Темнейшее обещание
Шрифт:
Когда она отступила от него, Несчастье поглотил ее тревогу и прошептал разговоры, которые велись в толпе.
— Бьюсь об заклад, он убьет ее… с наслаждением.
— Как бы мне увидеть эту смерть?
Глядя на Камео, Лазарь приказал:
— Оставьте нас. Сейчас же.
Команда была произнесена мягким тоном, но все же толпа исчезла за секунды, оставив столы и товары без вопросов. Солдаты и лошади унеслись прочь.
Лазарь был королем, его слово — закон, а власть бесспорна. Он олицетворял бога среди людей. Камео вновь задалась вопросом,
Она никогда не винила Алекса в предательстве. Нет, она винила страх.
Когда она сбежала от ловцов, то вернулась к Алексу и, окровавленная и с переломанными костями стоя на коленях в мольбе, рассказала ему о ящике. Он кинул свой меч, присоединился к ней на полу и заключил в объятия. Камео решила, что он начал ее понимать.
«Такое зло должно быть уничтожено», — сказал Алекс. Затем вновь крикнул ловцов. Только тогда ей пришлось признать правду. Несчастье заразило его, и это вина Камео.
Когда она боролась за свою свободу во второй раз, ловец вышел вперед и сказал: «Иди с нами добровольно, или Александр умрет».
Алекс умер.
Даже сейчас она ощущала бремя вины, чувство несчастья больше не было вызвано демоном. «Я не подарок для мужчины».
«Нет, ты погибель каждого мужчины», — сказал Несчастье.
Она сделала еще один шаг назад, и в пятку впился острый камень. Камео поморщилась.
Взгляд Лазаря опустился на ее ноги, и выражение лица стало хмурым.
— Твои ноги. Ты босая и в крови. Тебе больно.
Слова о боли слетели с его губ словно отвратительное проклятье, обещая насилие.
— Это сделали небесные змеи? — потребовал он ответа.
Он накажет своих питомцев, если это так?
— Вини приход сюда и дерьмового оборотня, который украл мои ботинки.
Он провел языком по зубам. Планировал кару для Рэтбоуна?
Почему его заботило, кто и что сделал ей, если он явно ее ненавидит?
— Жестокие слова, дорогая. Жестокие. — Рэтбоун появился в отдалении, обходя стол. — И это после того, как я спас тебя от трагического конца.
Лжец!
— Я спаслась сама.
Камео погрозила ему кулаком.
Леопард цыкнул, словно она была слишком глупа, что понимать разницу между спасением и опасностью.
Лазарь обхватил рукоять кинжала.
Рэтбоун начал отступать.
— У тебя сейчас явно эти дни. У вас обоих. Я вернусь позже.
И исчез в мгновение ока.
Камео завидовала его возможности перемещаться.
«Получи желаемое и уходи».
— Ты задал вопрос, — обратилась она к Лазарю. — Теперь я отвечу. Я здесь, потому что хочу ответов. Хочу знать все, что произошло ранее.
Молча он встал на колени и мягко, но твердо, толкнул ее в живот плечом.
— Что… — начала она.
Лазарь выпрямился, поднимая ее, убедившись, что она осталась на нем.
Камео слишком удивилась, чтобы протестовать. Грозную хранительницу Несчастья несли как мешок
— Мы продолжим наш разговор, — сказал он. — Позже.
— Что мы сейчас делаем? — спросила она любопытно, но не испуганно.
Последовала пауза. Затем:
— Мы продолжаем на том месте, где остановились.
Пока Лазарь говорил, бабочка с алыми крыльями опустилась на стол с её кинжалами, и Камео застонала. Еще один знак грядущей гибели.
Ее отношения с Лазарем не приведут ни к чему хорошему, так ведь?
Глава 4
«Как выиграть войну за шесть шагов. Первый: Дразнить».
— «Как добиться победы»
Лазарь прошел через массивные передние двери, открытые стражниками, которых поставил тут, с шокирующе послушной Камео, переброшенной через плечо. В последний раз, когда она попала в реальность духов, он почувствовал ее и поймал, когда она упала. Почему он не почувствовал ее сегодня?
— Ты прошла через портал? — спросил Лазарь. — Или вошла в реальность другим путем?
— Через портал, — пробормотала она. — Приземление было отстойным.
Он каким-то образом заблокировал от нее свой разум, также как она заблокировала свой от него? Или она поставила блок с самого начала?
Ну, сейчас он ее не блокировал. Не мог думать ни о чем и ни о ком, кроме Камео.
В просторном холле слуги перестали убираться, чтобы поклониться ему… и с удивлением на него уставиться. Лазарь никогда не обращался так с женщиной при людях раньше.
Камео выглядела еще прекраснее, чем он помнил. Шелковые черные локоны, серебристые глаза, рубиново-красные губы. Ее глаза манили подойти ближе, а ее демон сказал, что и так достаточно. Она была его личной соблазнительницей. Камео его зачаровала, хотя не имела права!
Даже сейчас его ноги покалывало и обжигало, первый признак того, что кристаллы расширялись.
Она знала, как ужасно на него влияла? Или насколько сильно могла ослабить его, сделав легкой добычей для врагов? Ее это волновало?
Он открыл разум, только чтобы натолкнуться на ее щит. Его вопросы остались без ответа, в нем вскипело знакомое раздражение. Раздражение, ярость и непрекращающееся желание.
Его страсть к этой женщине невозможно унять, но он не мог ее заполучить. Если, конечно, Лазарь не откажется от мыслей о мести тем, кто его больно ранил, и примет вечность, заключенный в нерушимый кристалл.