Темный город
Шрифт:
Никогда еще безжизненность не казалась такой насыщенной, полной.
Окруженный звуками, зажатый между ядовитой почвой и мертвенным воздухом, человек месил грязь.
Не было грызунов, что копошились в грязи, выискивая осколки костей и нетленные обрывки плоти. Не было собирателей, что из остатков вываривают желеобразное нечто, которое потом сдавали на рынок. Все они куда-то подевались, исторгнутые из пространства страхом заболеть.
Туман сглаживал очертания строений, зато приукрашивал звуки. Человек сначала услышал
Недра робота подрагивали, источали тепло и едкие химикаты.
Лишь много позже – человек успел досчитать до тысячи, – механизм появился в поле зрения.
Гусеничная машина, чей управляющий блок выпирал далеко вперед. Под ним располагался насос, от которого до поверхности свисал гибкий, подвижный хобот. Робот засасывал грязь, обрабатывал ее, а затем преобразовывал таинственным образом в серые батончики.
На пешехода машина не обратила внимание. Ее функционал ограничен. Человек не сомневался, что покажи он роботу оружие силовиков, тот никак не отреагирует. Проверять этого не хотелось.
Обойдя по широкой дуге робота, человек приблизился к нему с тыла. Тяжелые гусеницы ушли в грязь по самые катки. Жижа стекала с траков, попадая на оси верхних катков. Многие уже заклинили. Профилактику устройство не проходило более десяти циклов.
Сколь бы надежным устройство ни спроектировано, ему недолго осталось.
Его вздувшееся брюшко, в котором происходили химические таинства, источало запах антисептика, едкой химии, отчего нос чесался, а в горле першило. С некогда бронзового бока стекала черная субстанция.
Зато в накопителе скопилось много батончиков. Большинство из них утратили форму, покрылись слоем зеленоватого налета, забрызганы грязью.
Не брезгуя, человек сгреб из накопителя всю продукцию за пазуху. Уже в стороне от гремящего робота, человек рассовал батончики по потайным карманчикам, поправил хламиду и продолжил путь.
У него не возникло мысли, что устройство давно бы вышло из строя. Что некто выпустил эту машину на улицы в тщетной попытке очистить поверхность от накопленных отходов.
Если такая мысль возникла, то тут же погасла. На веревке у левого бока висело оружие, а встреч с незараженными опасаться не стоит. Те не посмеют выйти без защиты под облака газообразного гноя. Не захотят общаться с бредущим в пустоте незнакомцем.
С того взять нечего, кроме многочисленных микроорганизмов.
Почему он сам не заболел, человек не задавался вопросом. Мысль об иммунитете возникала, даже позабавила последовавшая цепочка рассуждений, что он может стать спасителем всех горожан. Найти противоядие, вакцину – как угодно.
Это не имело смысла. Ни в прикладном, ни в этичном смысле.
А вот отсутствие запасной батареи – важный фактор.
Робот очиститель не мог возникнуть из ниоткуда. Он работает в том секторе, в котором запрограммирован. Скорее уж упрется в стену,
Рядом должна находиться мастерская по обслуживанию и гараж хозяйственных машин. А значит, поблизости расположен бастион стражей.
Это могли оказаться те развалины, человек об этом не думал. Он не знал, сколько прошел, не мог просчитать время. Биологические часы работали разлажено. Производить дефекацию и потреблять калории он мог в различные периоды. Количество совершенных шагов различалось в зависимости от местности.
Пространство вокруг существовало, но где-то вне человека. И он сам существовал вне знакомых рамок.
Это напоминало прошлое состояние, но там хотя бы имелись ориентиры – суточный ритм, фиксируемый по источникам освещения; раздатчики пищи и минерализованной воды; периодические посещения тепличных ангаров.
Освободившись от этих ограничений человек просто существовал. Как и раньше до него никому не было дела, зато мир от него не требовал ничего. Пищи все так же не хватало, чистой воды не найти, зато нет нужды взаимодействовать с теми, кто имеет доступ ко всем этим благам, а, значит, выше и сильнее.
Нет нужды удовлетворять их потребности, стоящие чуть выше базовых.
Потому, оказавшись пред воротами районного эксплуатационным бюро, человек испытывал сомнения.
Кто-то ведь активировал робота. Кто-то поддерживает его функционирование. Робот в ответ приносит хозяину питательные батончики. Этот субъект удовлетворил потребности в пище, возможно, имеет доступ к воде. Ему захочется чего-то большего.
Эти желания легко пресечь выжиганием мозгов, но стоит ли тратить заряд на изголодавшегося по общению человека?
Въевшаяся в подкорку покорность отвадит этого выжившего от попыток проникнуть на территорию силовиков. Даже сейчас.
Смирившись с неизбежным, человек шагнул под своды арки.
Туман последовал за ним, будто являлся его частью, порождался телесными испарениями. Облака миазм вязли в потоках газов, идущих с улицы, из подвального помещения гаража.
Света хватало. Туман не только скрывал очертания, но так же рассеивал свет. А вот дальше, под слоями брони и фильтров начнутся темные тоннели. Стандартная постройка. Все здания однотипные. Тут легко ориентироваться.
Человек вскоре добрался до бронированной двери. Как раз такого размера, чтобы робот чистильщик смог выехать наружу. На ржавчине пандуса еще угадывались следы от гусениц.
Открыть дверь не представлялось возможным. С внешней стороны нет ни поручней, ни консоли управления.
Пожав плечами, человек в хламиде протянул руку и постучал по металлу.
Кожа на костяшках треснула, кровавые следы соединили металл и плоть. Человек порывисто поднес кулак ко рту, костяшки ткнулись в грязную ткань на лице, что только растревожило ссадины.