Темный лебедь

Шоуолтер Джена

«Чувак. Я даже отстой поступаю со вкусом».

Честно говоря, он заслужил только ленту участника за эту ночь, а не золотую медаль. Выбор спутника на вечер превратился в рутину, вроде как принятие стандартной дозы. А секс… секс стал скорее обязанностью, а не потребностью.

— Помоги мне.

Когда до его сознания дошел второй призыв о помощи, ему пришлось вновь открыть материалы дела. Голос не мог исходить от телевизора. Даллас его узнал.

Удивление и ярость смешались, когда Даллас потянулся к бластеру в кобуре на боку. Он медленно двинулся

вперед. Возможно, ему следовало пригласить свою партнершу к себе, где защита лучше, но внутрь допускались только трое: сам Даллас, его друг Девин и, когда ему хотелось ощутить пытки на себе, его босс Миа. Никто другой не занимал достаточно высокого положения в его шкале, чтобы получить такую…он осмелился сказать… удивительную привилегию.

Да. Осмелился. Правда есть правда.

Тихо ступая, он завернул за угол, и в поле его зрения появилась гостиная. Там оказалось восемь предметов мебели: диван с цветочным принтом, два одинаковых кресла, приставной столик/сервировочная тележка, кофейный столик, телевизор и два барных стула. Чего не хватало? Говорящего.

— Помоги мне.

Он напрягся, когда она ползком обогнула диван и без сил рухнула на пол. Длинный светлые волосы спутались вокруг ее изможденного лица, бледная кожа обвисла над изящной костной структурой. Даже глаза ввалились; они были налиты кровью и обрамлены открытыми язвами, а не ресницами.

Тринити, королева Шонов, сейчас могла напугать бугимена. Хотя это и не важно.

Прекрасное чудовище… сейчас просто чудовище… обладала силой испускать мощный феромон, который заманивал ничего не подозревающих мужчин в ее объятия, какой бы уродливой она ни была, заставляя бедных дурачков привыкать к ее вкусу. Затем мужчины обнаруживали, что заражены болезнью Шона, и вставали перед ужасным выбором: заняться сексом с кем-то еще, чтобы передать болезнь, не давая ей питаться своим собственным телом, или гнить изнутри, в конечном счете поддаваясь желанию пожирать человеческую плоть.

Да. Эта сука создавала секс-зомби.

А.У.Ч. шел по ее следу несколько месяцев, но ей всегда удавалось сбежать. Затем ее втянул в параллельную вселенную сам… без шуток… Отец Времени, и Даллас решил, что больше ее не увидит! Троекратное ура!

Но сейчас она здесь, вернулась в его жизнь. Троекратное фу.

Как она его нашла?

Насколько ему известно, она не могла телепортироваться к конкретным людям. И вообще какого черта она здесь делает? Чтобы соблазнить его, заразить и подчинить себе? Она уже пыталась раньше и потерпела сокрушительную неудачу.

Когда их взгляды встретились, она протянула дрожащую руку в его направлении. Его накрыло волной желания, вызвав отвращение, и Даллас отшатнулся, увеличивая дистанцию между ними. По крайней мере, вожделение не искреннее, и ему не придется чистить свои гормоны отбеливателем.

— Твои феромоны не действуют на меня, — напомнил он ей.

— Помоги…

— Ты говоришь «помоги», но я слышу лишь «избавь меня от страданий».

Он присел, чтобы вытащить второй пистолет. УШ — также известный как убийца Шонов.

Специальное оружие, созданное только для нее и ее жертв. Один выстрел может убить ее или нет: оно создано, чтобы поймать болезнь в ловушку внутри, дав время подумать, что делать дальше.

По мнению ученых А.У.Ч. болезнь Шонов была отдельной инопланетной формой жизни. Если носитель умер, а форма жизни не поймана в ловушку, то начнет искать нового носителя. Он же человек, находящийся поблизости.

— Тебе не следовало сюда приходить, — сказал он Тринити. Однажды она убила почти целый отряд агентов А.У.Ч. Его коллег. Единственную семью, которая у него когда-либо была, и он хотел, чтобы она за это заплатила. И заплатила дорого. — Я враг номер один.

— Помоги… прооошу…

Такое отчаяние. Как восхитительно!

— Бедная Тринити! Ты попала в затруднительное положение и теперь надеешься потянуть за струны моей души, чтобы доказать, что ты… что? Изменилась? Искупила свои грехи? — Слишком поздно. — Я открою тебе секрет. У меня нет сердца.

На улицах его называют Бессердечный Враг.

Решимость и облегчение кружились к глубинах ее синих озер, хотя слезы текли по щекам.

Его брови сошлись вместе. Почему облегчение?

Это действительно важно? Сегодня он ее остановит.

Он наклонил голову, чтобы прижаться ухом к плечу и включить внутренний сотовый телефон, который недавно установил.

— Йоу, — сказала Миа через несколько секунд, ее голос звучал так же ясно, словно она стояла рядом. — Надеюсь, это важно, агент Гутьеррес.

Миа Сноу любила казаться жесткой, как гвозди, но под ее оболочкой скрывалась мягкая сердцевина из зефира… если его приготовили с ядом.

— Я рядом с Шоном. Как это ни странно. Она ранена, даже покорна.

Ее шок передался по линии.

— Ты шутишь. Если ты шутишь, я поджарю твои яички во фритюре на полдник.

— Не нужно демонстрировать свою крутость.

— Оно под контролем?

Оно. Какое точное определение.

— Да. Под контролем. И я хотел бы получить разрешение использовать его в качестве тренировочной мишени.

Последовала пауза. Затеям тяжелый вздох.

— Отказываю. Извини, мой друг, но тебе придется оставаться на позиции, не стреляя. Зачем рисковать, если в этом нет необходимости? Я отправлю подразделение для захвата. Ожидай прибытия через четыре минуты и тридцать восемь секунд.

Не было необходимости сообщать о его местонахождении. телефон начали отслеживать в момент активации.

— Ты портишь мне все удовольствие.

— Знаю! Именно так я получаю удовольствие.

Даллас закончил говорить, еще раз прижавшись ухом к плечу. Убирая бластер в кобуру, он держал другой — УШ — направленный на свою цель.

— У меня для тебя плохие новости и хорошие. Какие хочешь услышать первыми?

— Помоги…

— Тогда хорошие новости. Тебя посадят под замок и, возможно, используют как лабораторную крысу. Плохие новости, ты будешь жить. Подожди. Я не упомянул, что хорошие и плохие новости для меня?