Темный Лорд
Шрифт:
– Отец!
– испуганно вскрикнул девичий голосок, и из-за кустов стремглав вылетела бледная, как полотно, в порванном сарафане, нещадно перепачканная девушка, которая со всех ног бросилась к слабо улыбнувшемуся отцу и буквально упала подле него на колени.
– Отец! Я живая! С нами ничего не случилось... нет, лежи! Лежи, я сейчас перевяжу!..
– Илима...
– Рана неопасна, - спокойно сообщил купцу Страж.
– Надо зашить, и все будет нормально. Ребра тоже целы, так что считай: тебе повезло. Выглядишь ты, конечно, хреново, но жить будешь.
Герр Хатор измученно откинулся на спину,
– Пустяки. Бывало и хуже. Спасибо, что девочку спас. Я у тебя в долгу.
– Это не я.
– Как?!
– изумился купец.
– Это Белик, - всхлипнула вдруг Илима.
– Они с Каррашем как вылетели, да как набросились на этих магов... те огнем кинулись, но почему-то не попали... а он нас с ног сбил и потом прыгнул на них... и это так ужасно... так ужасно! Я думала, его сожжет заживо!
– Тихо, девочка моя, - ласково погладил задрожавшую от пережитого девушку герр Хатор.
– Все уже хорошо, все нормально. Со мной тоже все хорошо, опасаться нечего.
– Ты не понимаешь!
– исступленно зашептала Илима, все еще бледная от ужаса.
– Это было так страшно, так жутко! Я никогда раньше не видела, чтобы кто-то мог...
– Ты устала и испугалась, - мягко перебил Дядько, настойчиво оттесняя вздрагивающую девушку от отца.
– В таком состоянии чего только не померещиться. Арва! Забери ее и успокой! А потом найди для нас чистые тряпицы и холщовые нитки!
– Да, г-господин, - неожиданно оробела пришедшая в себя толстуха. Она торопливо подбежала, обхватила девушку под локоть, дернула за руку пошатывающуюся, смертельно бледную Лильку, которую, кажется, скоро должно было вырвать, и, поминутно оглядываясь на страшного, перемазанного в чужой крови воина, поспешно увела.
Дядько понимающе хмыкнул. Что поделаешь? Такова уж его работа: без грязи никак не получается.
– Гаррон, ты шить умеешь?
Подошедший южанин только усмехнулся.
– А то!
– Тогда займись, пока герр Хатор тут кровью не истек. Белик, ты где?
– Здесь, - недовольно буркнули из ближайших кустов, и мальчишка неторопливо выбрался на дорогу. Трепаный, взъерошенный, как воробей под дождем, и чем-то ужасно раздраженный, он остервенело тер окровавленные ладони о невесть откуда взявшуюся тряпку и брезгливо морщил нос.
– Фу! Дядько! В них крови оказалось еще больше, чем в свиньях! Гляди, на кого я теперь похож?!
Белик возмущенно отряхнулся, но полностью избавиться от отвратительных багровых потеков на рукавах не смог. Вид у него был такой, словно он руки по локоть окунул в таз с красной краской. Следом за ним из-за деревьев выбрался воинственно всхрапывающий Карраш, тоже перемазанный в крови, словно искупался в ней целиком.
– Ну, вот, - окончательно расстроился пацан.
– Теперь еще и его отмывать придется.
– Ничего, не впервой, - улыбнулся Страж.
– Да?!! А ты знаешь, чего мне будет стоить просто уговорить его смыть эту гадость?! Он же по тем магам чуть не попрыгал сверху! Там поляна в кровище, будто на ней все демоны Границы порезвились! А он их еще и сбросил в овраг! Хорошо, не сожрал! Представляешь?! Нет, ты только посмотри, чего он натворил?!
Дядько с преувеличенным вниманием оглядел нещадно
– Мне жаль, малыш. Но это твой зверь, тебе с ним и управляться. Между прочим, есть такая поговорка: скажи мне, кто твой питомец, и я скажу, кто ты.
– Да, ты прав, - лицемерно вздохнул мальчишка, неловко дернув плечом.
– Но из моих питомцев я гораздо больше похожу на Траш. Или же она на меня? А в случае с Каррашем все как раз наоборот: это он еще не дорос для такого жуткого монстра, как я.
Белик снова вздохнул, внимательно оглядел воцарившийся на дороге хаос, перевернутые повозки, сброшенные наземь тюки, всхлипывающую возле няньки Илиму, бледную до синевы Лильку, которую едва успел вытащить из-под чужого клинка, жужжащих жирных мух, уже жадно слетающихся к мертвым телам, и неприязненно поморщился. А при виде отвратительных красных луж под ногами, в которых едва не тонули его щегольские сапожки, вдруг скривился и заметно побледнел.
– П-прошу прощения, - внезапно севшим голосом пробормотал пацан.
– Что-то меня мутит... извини, Дядько, я ненадолго отлучусь. Ты же знаешь, терпеть не могу всего этого безобразия!
Белик побледнел еще больше, разом осунулся, даже позеленел немного, но от вида крови ему, похоже, в самом деле стало нехорошо: он вдруг подхватился и, старательно дыша ртом, торопливо помчался прочь, брезгливо огибая даже малейшие пятнышки и поминутно вздрагивая, как от холода.
– Ну, почему всегда так много крови?! Ненавижу кровь! Терпеть ее не могу! А они каждый раз... как специально!.. ну, почему надо было помирать именно так?!.. бр-р-р... какая гадость!.. Карраш, ты где, чудовище зубастое? Живо сюда! И только попробуй мне не отмыться! Шкуру сниму и своими руками выстираю! Ну! Чего застрял?!
Гаррканец, виновато покосившись по сторонам, смущенно шаркнул ножкой, но ослушаться не посмел и под снисходительные улыбки бывалых воинов поспешил нагнать хозяина. Он знал, что Белик действительно слыл жутким чистюлей и ужасно не любил вида крови, даже крохотное пятнышко всегда остервенело сдирал, чуть не с собственной кожей. Но, наверное, это прошлое до сих пор аукалось и заставляло его избегать любого, даже малейшего прикосновения к этой коварной субстанции, из-за которой им с Траш довелось в свое время хлебнуть немало горя. А сегодня в ней обоим довелось очень щедро перемазаться, вот он и нервничает, спешит поскорее отмыться.
Однако дело было не только в этом.
Карраш в два громадных прыжка нагнал быстро удаляющегося хозяина, осторожно обнюхал порванный рукав и вдруг встревожено фыркнул: появившийся там новый запах ему очень не понравился. Настолько, что он даже рискнул робко протестовать против решения искупаться. Но мальчишка, не глядя, щелкнул его по ушам и с силой притянул к лицу внезапно изменившуюся морду.
– Не смей, - тихо велел он, и гаррканец испуганно замер, ожидая самого страшного. Однако Белик лишь коротко сверкнул глазами и резко отвернулся, четко давая понять, что тема закрыта и обсуждению больше не подлежит.