Шрифт:
Пролог
Я сидела в опустевшем кабинете Рэя и читала.
Вообще-то я не должна была здесь находиться. Я была лишь стажёром имперской разведки, мой наставник был арестован, и мне следовало сейчас смирно лежать в общей спальне, как и другим студенткам Второй Академии.
Но вместо этого я при свете настольного артефакта сидела над древним томом из имперских архивов, пытаясь найти хоть один намёк, что древние сидды-драконы знали о руне бессмертия. Безуспешно.
Зачем вообще я этим занималась?
Но я не знала, что ещё делать, и чувство растерянности и беспомощности меня убивало. Поэтому, оставшись его заместительницей, я делала всё, чтобы хоть как-то продолжать дела. Проверила всё отделение на следящие артефакты с помощью Шаеса, навела тщательный порядок в кабинете Рэя и в остальных залах, заново активировала Хата и потребовала, чтобы голем дал мне доступ в комнаты Рэя…
…В спальне Рэя всё было перевёрнуто вверх дном. Сцепив зубы, я прибралась и там. С Берном я старалась не пересекаться, ведь именно его свидетельство, что Рэй утаил от имперской разведки важнейшие артефакты, упекло моего упрямого наставника под арест. Впрочем, был ли у Берна выбор? Солгать новому главе разведки ради принца-предателя, который даже не был ему близким другом? Рискнуть головой?
Я вздохнула, потирая виски. И тут из зала раздалось тихое шипение.
Я замерла. Я знала этот звук. Именно так включался артефакт дальней связи, но это было невозможно. Нельзя активировать пьедестал без подтверждающего сигнала отсюда, а я была здесь одна!
Я опрометью бросилась из кабинета.
В полутёмном зале было совершенно пусто. Дежурила одна я, и не было ни одного агента, способного активировать артефакт. Но тем не менее внутри статуи-пьедестала клубился туман, обрисовывая безликую фигуру. Некий таинственный незнакомец играючи сломал защиту имперской разведки… и сейчас он был передо мной.
Я глубоко вздохнула и выдохнула, успокаивая дыхание. Я не покажу пришельцу своего страха.
— Итак, вы смогли взломать артефакт дальней связи и скрыть ваше лицо, кем бы вы ни были, — произнесла я. — Что вам нужно?
Короткий тихий смех.
— У бывшего главы разведки есть некоторые трюки в рукаве, знаешь ли.
Искажённый голос. Чужой. Но такие знакомые слова.
— Отец? — прошептала я.
— Гриссёнок, — голос отца смягчился. — Ты одна, как я вижу?
— Да. По твоей милости, — я подбавила в голос горечи. — Рэй арестован, а меня вот-вот вышибут из разведки следом за ним.
— По моей милости?
— А по чьей же ещё?
Я скрестила руки на груди, глядя на туманный силуэт того, кто некогда был Маркусом Рише. Мой бессмертный отец, проживший десятки жизней, владеющий таинственной руной-татуировкой, позволяющей перемещаться из разума в разум.
…Когда мне было десять, мой отец внезапно изменился. Он будто вдруг заметил, что я существую, и начал разговаривать со мной, рассказывать необыкновенные вещи, тренировать, учить… обращаться со мной, как с любимой дочерью,
Я любила его. Очень. Больше всех на свете.
Три года спустя он погиб во время дворцового переворота.
Я оплакивала его. А потом встретила Рэя, бывшего принца великой династии и агента имперской разведки, который рассказал мне, что мой отец не погиб. Что тело Маркуса Рише было для него лишь временным вместилищем, а теперь он захватил другое тело.
Имперская разведка охотилась за отцом, чтобы любыми средствами вытащить из него тайну бессмертия. Рэй мечтал отомстить ему за безумие своего отца и смерть брата.
А я… я, кажется, хотела его спасти.
— Ты хочешь сказать, что ты — не леди Алетта? — произнесла я вслух. — Что вовсе не ты перетряхнул имперскую разведку, подстроил самоубийство её главы и подбил лорда Джавуса на то, чтобы арестовать Рэя, дабы отобрать украденные у тебя артефакты?
— Нет, — невозмутимо произнёс мой отец. — А ты ждала другого ответа?
Я коротко рассмеялась.
— Ну конечно же. Но если ты — не она, как ты тогда узнал, что я служу в имперской разведке?
Тихий смешок.
— Возможно, потому, что я сам в ней служу? А может быть, возглавляю её? Ты никогда не думала, что это забавная игра — видеть в каждом из своих собеседников меня?
— Нет, — прошептала я. — Совсем не забавная.
— Порой я бы и сам хотел ей насладиться, — с неожиданной грустью произнёс отец. — Гулять по улицам в поисках другого бессмертного и однажды его найти. Друга, который не покинет меня через пару десятков лет. Кого-то, кто знал бы меня так, как знаешь ты. Увы, свою тайну я ценю куда больше и делить её с кем-то не собираюсь.
— То есть ты всё-таки убьёшь меня и Рэя? Ведь мы почти догадались, кто ты.
Ещё один смешок.
— Кто из нас двоих в итоге тебя убьёт — это отдельный вопрос. Возможно, ответ тебя удивит.
Я вздохнула. К моему большому сожалению, отец был прав. Если я твёрдо встану на сторону отца и предам Рэя и империю, мне конец. А если отец сочтёт меня помехой и угрозой, я тем более мертва. Впрочем, я с самого начала знала, что агенты имперской разведки редко доживают до старости.
Наступила тишина. Я подошла к креслу и села. Раз уж говорить с призраком, так в удобной обстановке.
— Почему на твоём мёртвом теле не нашли руну бессмертия? — спросила я. — И почему её не было видно, когда ты был жив?
— Руна проявляется лишь тогда, когда ты готов к переносу, а после переноса исчезает со старого тела навсегда. Ещё она видна, когда ты упражняешься, готовясь занять новое тело. Ты ведь держала в руках книгу с медитативными упражнениями, которую украл у меня Рэй?
— Стало быть, Рэй был прав, когда спрятал эту книгу. Секрет твоего бессмертия.
— Лишь часть моей тайны, и не самая важная. Но я желаю вернуть эту книгу. Передай Рэю, что он совершает ошибку, пряча её.