Тёмный убийца
Шрифт:
— Другого пути нет? — спросила я в отвращении от перспективны.
Торн покачала головой. — Если не пить кровь, то станешь слабым и умрёшь второй смертью. Всё очень просто. Кровь здесь также является валютой. Её можно получить в специальных магазинах и гостиницах, но за плату — слабые души нанимаются искать жертв или давать информацию об их местонахождении. Сильным не нужно идти на такой компромисс. Они берут кровь непосредственно у своих жертв. Пейте кровь сильной ведьмы и вы обретете её силу.
— Тогда лучше бы Лиззи не переходила мне дорогу, — парировала я. — Если
ГЛАВА 5
ЧТО ЛЮДИ НАЗЫВАЮТ АДОМ
ГРИМАЛКИН
ОСТАВАЯСЬ В тени, насколько это было возможно, чтобы избежать света кровавой луны, мы с Торн возвращались в базилику вдоль узких мощеных улочек. Самым опасным моментом было пересечение открытого пространства площади, чтобы добраться до прикрытия стен, но колокол оставался тихим, а воздух пуст от чиков. Я бы хотела убить ещё несколько чиков, но нам нужно было сохранить силы на то, что ждало впереди.
Мы поднялись по крутым каменным ступеням, ведущим к двери, единственному входу, который, как думала Торн, не был защищён или заперт — и действительно, она просто открыла дверь, и мы вошли в темноту.
— Я была здесь раньше, поэтому поведу, — сказала она — Там есть винтовая лестница, ведущая под землю.
Я последовала за ней по ступеням, спускаясь противосолонь в полной темноте. Не было никакого опасного обрыва, в который мы могли упасть, но ступени были крутыми и узкими, а мои плечи прижимались к холодному, влажному камню с обеих сторон.
Мы вышли на узкий выступ над тем, что могло быть естественной пещерой со статуями и резными фигурами, освещёнными факелами. Пол был далеко внизу, и мне казалось, что он должен лежать значительно ниже, чем площадь перед базиликой.
Торн указала вниз. — Вы видите алтари внизу? — спросила она.
Я посмотрела вниз и увидела ряд структур на полу вдалеке. Одни были квадратными, другие круглыми или вытянутыми. — Каких богов они чтят? — я говорила тихо, но голос всё равно слабо отражался от стен этого огромного места.
— Большинство божеств тьмы. Одна статуя — Дьявола — сейчас удалена, так как он прекратил своё существование. Но у него был свой собственный домен, который очень близок к этому. Если нам удастся пройти через врата, то мы попадём в него. Конечно, теперь от него нет никакой опасности, но там проживают другие существа. Однажды я повстречала скельтов.
— Почему здесь никого нет? Где молящиеся?
— Каждому божеству поклоняются в разное время, хотя обязательно должны быть приверженцы, заботящиеся об алтарях.
— Значит они могут нас поджидать? — спросила я.
— Это возможно, — ответила Торн. — Когда я пришла сюда с Алисой, мы попали в засаду и были схвачены. Это было потому, что магия Морвены была достаточно мощной, чтобы обнаружить наше присутствие даже издалека. То теперь она мертва. Я не рассчитываю, что другие узнают, что мы вошли в базилику.
Меня не успокоили её слова. Мне не понравилась пустота в помещении внизу. Что-то было не так. Я чувствовала опасность…
Мы осторожно спустились на пол. Я взглянула на ближайший алтарь, где
За ней стоял ещё один алтарь, на этот раз посвященный Ксанату, божеству змей и ядов; у него было тело человека, но голова змеи. Оглядываясь вокруг, я увидела, что здесь было более пятидесяти постаментов, каждый из которых был жертвенником тёмному богу. И там, вдалеке, прямо в центре помещения, находился пустой постамент, самый большой из них. Там раньше стояла статуя Дьявола, которая была удалена после его уничтожения.
Я снова задумалась об отсутствии верующих. Конечно, кто-нибудь должен быть здесь и молиться своему богу.
Помещение было примерно круглой формы, и дверные проёмы были равномерно распределены по его окружности — может быть, больше десятка. Все, кроме двух, были окутаны тьмой.
Я подвела Торн к первому из освещенных проёмов. Когда мы подошли, я услышала глухой ритмичный звук. Вынув один из своих длинных клинков, заглянула внутрь.
Там, в маленькой комнате, был демон Вельзевул, сидящий на высоком помосте спиной к стене. Только одна свеча мерцала желтым светом, но этого было достаточно, чтобы сразу прояснить ситуацию. Это объясняло ритмичный звук. Демон стучал затылком о каменную стену.
Его лицо было перекошено в агонии, но это было вызвано не только ударами. Вельзевул вытянул руки, а из ран, отсутствующих больших пальцев, капала кровь. Он испытывал ужасную боль и не мог быть угрозой для нас. Я взглянула на две большие кости на ожерелье Торн. Отрезав их, она довела его до такого жалкого состояния.
Я улыбнулась ей. — Ты хорошо справилась, дитя! — сказала я.
Но в этой комнате находилась вторая фигура — женщина, хотя она едва ли казалась человеком. Возможно, размером только в треть нормального взрослого, она была одета в покрытое слизью тёмное платье, а лицо было скручено и растянуто, как будто было расплавлено и переделано. Её язык торчал изо рта, а шея была невероятно вытянута, когда она бросалась то вправо, то влево, ловя каждую каплю крови, капающую из двух ран Вельзевула.
— Это старая Мамаша Малкин! — ахнула Торн.
Я знала историю Мамаши Малкин. Она когда-то была самой сильной из Малкин, терроризировала графство, всюду шаталась и редко появлялась в Пендле. Том Уорд столкнулся с ней в первые дни своего ученичества, сбив в реку своим посохом и утопив её. Но она была настолько сильной, что вернулась в редкой форме нежити, мягкая и податливая, способная просочиться через уши жертвы и завладеть её телом.
Есть два способа убедиться, что ведьма не сможет вернуться из мертвых: сжечь её или съесть сердце. Том ничего из этого не сделал. Пытаясь убежать, она укрылась в свинарнике на семейной ферме и огромные голодные свиньи сожрали её. Как следствие, она попала во тьму, где оказалась в ловушке на вечность.