Темный
Шрифт:
— Это и есть ОНИ?
— Где он сам? — Вилласам проигнорировал мой вопрос, но ответ не был важен, сам все понял.
— Он мертв, — спокойно, как будто сам его и убил, ответил я.
— Это ОНИ? — а это плагиат: такой вопрос я уже задавал.
— Да, наверное… Не знаю точно, — неуверенно пожал я плечами.
— Понятно, — мрачно отозвался тот.
Воин развернулся в другую сторону — там его сторг нашел более интересное занятие. Я тоже хотел приняться «за работу», как в локте от моего лица прожужжала и впилась в стену «пчела». Розар в кого-то не попал?.. Оглядевшись, не нашел вокруг ни одной мишени, кроме самого себя.
С такими мыслями направился на помощь Дракону: на молодого воина бросились сразу трое. Я прицелился, выпустил один болт в одного противника, второй — в другого. Оба раза попал, оставив Дракона с последним тет-а-тет. Опустил арбалет, чтобы перезарядить и одновременно разглядеть следующую мишень… В этот миг что-то пронеслось в двух пальцах от моего плеча. Что-то блестящее. Меч? Возможно… Тело инстинктивно отшатнулось в сторону, уходя от рубящего удара. Кто же мог так промахнуться?.. Надо быть осторожнее, а то не доживу до конца бойни.
Не отвлекаясь более на бесполезные размышления, я повернулся лицом к «полю сражения». Надо было найти цель… нельзя стоять столбом, когда людей, ставших тебе почти товарищами, убивают непонятно за что. Глаза зашарили по помещению… Вилласам размахивал мечом, пытаясь попасть по противнику. Но тот в свою очередь тоже был не новичок, и способности уворачиваться можно было только позавидовать. Отец Рон тоже готовил упокой одному. Было видно, как губы бывшего священника шепчут молитву. Просил отпущения грехов для себя или же отпускал грехи противнику перед смертью?..
Я не спешил стрелять, хотя без труда мог попасть по любому из них. Эти справятся сами, а я смотрел дальше: может кому-то моя помощь окажется нужнее.
Глаза перебегали от одного к другому по всей территории бывшей таверны, как бы прокладывая себе дорогу… сталкиваясь… уворачиваясь… но продолжая наступление, пока не встретились с достойным противником — чужими глазами, точно так же идущими в атаку… глазами Розара. Он смотрел прямо на меня, лыбясь во все свои несколько зубов, целясь и не спеша натягивая тетиву… Бесы! Он целился в меня! Купец не спешил. Рассчитывал на мое остолбенение? Надо заметить, я его не разочаровал.
Челюсть, наверное, от удивления отвисла к самым коленям. Однако, в тот момент было не до шуток: в меня целились, а я ничего не мог… хотя, постойте — мог, конечно, но почему-то не делал ничего. Просто стоял и смотрел, представляя стрелу уже у себя в голове, а ведь арбалет был в руках… Что мне стоило выстрелить первым?.. Я бы успел. Но я ждал… Чего? Смерти? Судьбы? Случая?..
Причем, последний долго ждать себя не заставил: Рив увидел и меня, и Розара, в ту же секунду метнув нож… Купец со стоном повалился набок и больше не двигался.
А вот я момент упустил: к Дракону сзади приблизился еще один противник. Воин его не заметил… Зато мои глаза видели, как он замахнулся «Ласточкой»… как меч, блестя в отсветах каминного пламени, настиг человеческую плоть, заставляя Душу покинуть свой сосуд…
Но Смерть на этом не остановится: слишком велико искушение, а никогда не удовлетворяющийся аппетит уже разыгрался донельзя…
Я не успел… Чуть заметная улыбка молодого воина трогает его губы… это улыбка победителя… хищника, наконец загнавшего свою жертву в угол… Но за спиной у него такая
Река Забвения унесет Душу к берегу Смерти, оставляя другой берег ни с чем. Душа встанет, освободившись от огромного бремени Сосуда Жизни, сначала на колени, затем поднимется на ноги… и снова зашагает по тверди… Но это будет уже в другом мире…
А я… я просто не успел ничего сделать… И ведь понимаю, что это не оправдание, а упорно держусь его… хватаюсь из последних сил.
Сильный толчок заставил забыть на время Дракона и взглянуть на источник. Отец Рон, завершив упокой предыдущей жертвы, продолжал читать молитву, переключившись на следующую… Я уже понял, что меня пытаются убить. Но что такого я сделал? Может они считают, что это я застрелил Вельнира там на рынке?.. Вряд ли, ведь все должны понимать, что против такого воина, как Вельнир, я никто. А как же Рив с Лодаллесом? Я на мгновение позволил себе обернуться: Ривент сражается с одним противником, Лодаллес взял на себя одновременно двоих, а Вилласам вытаскивает сторг из груди уже мертвого… По всем видно, что они смертельно устали.
Мое внимание снова переключилось на грозящую лично мне опасность — опытного воина прямо передо мной. Отец Рон подходил все ближе, вынуждая отступать. Его тонкий длинный клинок ловко не позволял мне приблизиться или отдалиться больше заданного им расстояния. Арбалет против «Струны» — ничто. Да и для того, чтобы прицелиться и выстрелить, нужно открыться, а это значит — подарить себя противнику. Я был не настолько глуп, посему оставалось только отступать, время от времени отбивая удары священника «Охотником», выжидая удобного момента и боковым зрением высматривая возможное колюще-рубящее оружие.
В следующий момент я глубоко пожалел, что не вырастил глаза на затылке: споткнувшись о лежащее тело, я упал на спину, открывая отцу всего себя… Второй раз я видел, как оружие было нацелено на меня… В этот раз Рив был занят, и я не надеялся ни чью-то помощь.
Но Хозяйка распорядилась по-другому…
Прямо передо мной как будто из ниоткуда возник Вилласам. Он встал между нами лицом к бывшему священнику. Их мечи одновременно вонзились друг в друга… Но, видимо, отец Рон самую малость промазал, не попав в сердце. Вилласам же бил наверняка, чтобы жертва не мучилась дольше положенного. Сам он со стоном, переходящим в хрип, упал мне под ноги.
Секунду я просидел на полу в оцепенении. Этого хватило, чтобы в следующее мгновение вскочить и кинуться к умирающему воину, только что спасшему мою шкуру.
Не боясь испачкаться кровью, положил его голову на колени и тихо спросил:
— Зачем… зачем ты это сделал? — громче шепота просто не получилось. Второй за сегодня умирал на моих руках. Застрявший в горле ком не давал говорить ровно и спокойно.
— Мей… Мейрон… — Вилласаму с трудом давались слова, но он хотел что-то сказать, потому я не перебивал. — Теперь мы квиты. В про… гх-гх… в прошлый раз ты спас мне жизнь… теперь… теперь была моя очередь…