Темный
Шрифт:
— Не хочу лишний раз рисковать. — Зен постучал ногтем по колбочке с синей жидкостью. — Я усилил свое тело и улучшил восприятие. Такие действия, как я вижу, не расходуют энергию для маскировки. А вот если бы я попытался его атаковать…
Колдун не закончил, но Есай прекрасно понял, что именно он имел ввиду: еще больше мандаринов, Воинов в Красном и неприятностей, с ними связанных.
— То есть, тебе придется драться с ним без магии?! — Ужаснулся монашек.
— Сейчас я лучше подготовлен к сражению, чем той ночью, к тому же, — Зен вытащил из-за пазухи свою странную
— Но когда ты начнешь колдовать, разве…
— Нет. Если мои предположения верны, магию крови здесь определять не умеют.
— С чего ты взял?
— Ну, он ведь не догадался, что я запутал его поисковый амулет. К тому же у него куча других амулетов. Если бы местные мандарины их заметили, то прислали бы и своих людей, чтобы просто проверить — они ведь не могут на расстоянии определить кем или чем является источник магии.
— А если эти люди где-то рядом, в засаде?
— Можешь мне не верить, но у меня неплохое чутье на засады. — В свое время Эзенгрину часто приходилось попадать в засады а затем и выбираться из них. Так что у него имелся богатый опыт по этой части. — Этот парень хочет со мной поквитаться один на один. Восстановить попранную честь воина и все такое. Ты знаешь, как это бывает.
Есай действительно знал. Нечто подобное он почерпнул из учений школ боевых искусств, которые некогда изучал.
— И ты даешь ему прекрасный шанс сделать это! — Все же не смог скрыть скептицизма он. — Не все придерживаются так называемого «кодекса боя». Тебе не дадут подняться, если ты упадешь, и не позволят подобрать оружие, если ты его потеряешь. Это не будет честным поединком.
— Вот в этом ты прав. — Хмыкнув, Зен выразительно помахал левой рукой. Монтировка, припрятанная с помощью простенького заклинания, выпадать раньше времени не спешила.
— Этого может оказаться недостаточно.
Колдун покосился на монашка — тот все так же опасливо всматривался в фигуру Красного, суетящегося возле своего зверя, пока не началась битва. Эзенгрин ухмыльнулся: «значит, точно задел!»
— Знаешь, ты чересчур пессимистично настроен. Вот скажи, какие сказки в детстве тебе казались страшнее, про Воинов в Красном или про злых колдунов?
— Про воинов. — Не задумываясь, ответил Есай. — И это были скорее не сказки, а страшилки, которые описывали реальные события. Не недооценивай его!
— В любом случае, если станет совсем скверно, у меня не будет иного выхода, кроме как использовать Дар в полной мере. — Сказав это, колдун перебрался через борт воздушного шара и спрыгнул на мелкие острые камни, усеивающие выбранную местность. Деревянные сандалии хоть и не были особенно удобны, но для таких условий подходили идеально.
— Ты сиди внутри, — приказал Зен выбирающемуся следом Есаю. — Если что — взлетай.
— Я не смогу!
— Брось, это просто, я же тебя учил — отжимаешь самый передний рычаг на себя, потом…
— Да я не об этом! Если тебя… если что-нибудь с тобой случиться я не смогу сбежать!
Эзенгрин в очередной раз оглядел монашка и
— Все равно не вылезай. И даже не пытайся вмешаться. — Зен положил ладонь ему на лоб и толкнул обратно. Из гондолы послышался глухой удар и ровно на столько грязные ругательства, насколько позволяли монашеские нормы приличия. Конечно, в таком деле слова не особо важны, в отличие от интонации, но судя по коротким заминкам между фразами Есай, то и дело порывался ввернуть что-нибудь поувесистей.
— Ну, я пошел. — Постучав по деревянному борту, крикнул колдун и направился к центру импровизированной арены.
— Хранят тебя Духи! — Выкрикнул ему вслед Есай.
Противники остановились, не доходя друг до друга примерно десяти шахов. Эзенгрин снял шляпу и отбросил ее в сторону. Фирменный прищур колдуна встретился с «рыбьим» взглядом воина.
— Ты долго от меня бегал, Пришедший, но теперь тебе некуда деваться.
— Скажи еще, что сам припер меня к стенке.
— Неважно, главное, что я тебя выследил и скоро прикончу.
— Ты в этом уверен?
— Уверен.
— Знаешь, ты не похож на человека, который абсолютно в чем-то уверен.
— С чего ты взял?
— В нашу первую встречу ты, не задумываясь, перешел в нападение, а сейчас даже удосужился завести со мной разговор, — Зен скрестил руки на груди и улыбнулся одними уголками губ, — из чего следует, что ты знаешь, что перед тобой непреодолимое препятствие.
— А ты нагл, колдун.
— Могу себе это позволить.
— Скоро ты забудешь о своей наглости и станешь молить о пощаде! — Гордо выпятив подбородок, произнес Красная Смерть. — Я уже победил множество подобных тебе.
На это заявление Эзенгрин мог бы усмехнуться и с чистой совестью сообщить, что с такими как он, ни одному Воину в Красном сталкиваться уж точно еще не приходилось, но у него не было никакого желания подыгрывать отчаянно храбрящемуся мальчишке.
— Ты что, время тянешь? — Приподняв бровь, поинтересовался он.
— Как ты смеешь…?
— Слушай, завязывай уже. Или нападай, или проваливай, только не надо тратить мое время на пустой выпендреж. — Сказав это, колдун выхватил свой тесак и приглашающе им помахал.
— И ты думаешь, что сможешь победить меня этим варварским оружием? Знай, что на этот раз магия тебе не помо…
Красная Смерть не успел договорить потому как Пришедший, в мгновение ока преодолев разделявшее их расстояние, атаковал. Хоть это и было неожиданно для молодого воина, но он успел отпрыгнуть в сторону, одновременно изготовив к бою свой меч — навыки отработанные годами не подвели.
На самом деле колдун был прав, и Красная Смерть сам не понимал, почему старался оттянуть схватку. Было ли это проявлением страха или же неожиданно прорезавшегося инстинкта самосохранения он и сам не знал. В любом случае, стоило ему оказаться боевой стойке, все сомнения и страхи моментально вылетели из головы. Теперь был только он и противник. Очень сильный противник, сильнейший из всех, с кем ему приходилось когда-либо сражаться. Воин не стал дожидаться повторной атаки и сам пошел на врага.