Тень и Лёд
Шрифт:
— Прошу прощения, — сказала Вейл, бочком подойдя к Ноксу. — Он, э-э, прибыл издалека и еще не понимает наших обычаев.
Его айер молчал, что означало, что в подсобке не таилось никакой опасности. Поэтому он позволил ей вывести себя на свежий воздух.
— Заходить за прилавок, за любой прилавок, запрещено, — сказала она, протягивая ему горячий бумажный стаканчик. — Другими словами, большое жирное нет.
— Пить то, что ты подобрала на территории Ронана, тоже мое нет, и это единственное, что имеет значение. — Он выбросил
— Во-первых, современные люди не стали бы… не важно. Для получения прибыли, они пойдут на все. Во-вторых, мы бессмертны, помнишь? Если бы Ронан отравил кофе, а это большое «если», мы бы не умерли. Так ведь?
— Так, но мы можем оказаться недееспособными. Тогда воины нападут. И мы умрем.
— Спасибо за то, что испортил все блюда, которые я когда-либо съем. — Она вздохнула. — Пойдем, купим телефон. — Она взяла его за руку и потянула в противоположном направлении. — Я видела магазин с трубками в этой стороне.
— Мы собираемся сломать наш телефон?
— Нет-нет. Трубка — это разновидность телефона. Их невозможно отследить, и нам не придется подписывать контракт или платить ежемесячную плату за доступ к данным.
Опять чепуха. Насколько технологически продвинутым стал этот мир? Какие новые опасности его поджидали?
Когда какой-то мужчина свистнул в сторону Вейл, Нокс обернулся и свирепо посмотрел на него. Мужчина сморщился, прежде чем убежать.
— Мой герой, — пробормотала Вейл, и хотя ее тон был насмешливым, она посмотрела на него широко раскрытыми карими глазами, ее сексуальные красные губы приоткрылись, словно ожидая поцелуя.
Его тело отреагировало, все системы запустились. Сердцебиение ускорилось, температура тела повысилась. Мышцы напряглись, но не для подготовки к бою. Шальная мысль заставила его пошатнуться: «Я хочу быть ее героем по-настоящему».
Он остановился прямо посреди тротуара. Вейл так же резко остановилась. Они стояли, уставившись друг на друга и тяжело дыша, пойманные в ловушку силой, большей, чем честолюбие, глубже, чем потребность, наэлектрелизованнее, чем осознание. Внутри него, казалось, рушились барьеры.
Мир вокруг исчез, ее эротический аромат сгустил воздух, согревая его кровь… Подогревая его кровь. Он думал, что избежал этого запаха, когда они вышли из машины, думал, что избежал чувственного нападения.
Только отсрочил неизбежное.
Его член болезненно затвердел. Зрение затуманилось, Вейл стала его единственным фокусом. То, что он хотел сделать с ней… То, что он будет делать.
Она была воплощенной фантазией, искушением и сущностью всех трех ивилэндских долин. Лучом солнца в его очень темном мире, источником непреодолимого тепла… и силой, которая вела его прямо к гибели.
«Гибель. Совершенно верно». Никогда в жизни Нокс не выходил на открытое пространство, как сейчас, едва ли не бросая вызов врагу.
— Что
Ненавидя войну, ненавидя себя, он сказал:
— Мы покупаем трубку. Показывай дорогу.
Маска безразличия скрыла ее эмоции, но не раньше, чем он уловил проблеск разочарования и, возможно, даже обвинения в трусости.
Он не мог этого отрицать. Приставь пистолет к его лицу, и он не дрогнет. Когда Вейл приблизится к нему — он рухнет.
— Постарайся не отставать, — сказала она, устремляясь вперед.
Нокс держался рядом, постоянно осматриваясь. Скоро ему придется пересмотреть отношение Вейл к нему. Он знал ее недолго, но она уже нравилась ему, и он ожидал, что в следующий раз сможет заставить ее улыбнуться или рассмеяться… или прикоснется к ней.
«Что, черт возьми, со мной происходит?»
На тот случай, если его самоконтроль рухнет и Нокс поставит ее благополучие превыше войны, он должен принять меры, найти способ исправить любые ошибки. Ходили слухи, что у Леннокса из Уинслета была пара наручников с возможностью повернуть время вспять. Но поскольку Эмберель убила воина после четвертого собрания, теперь наручники принадлежали ей.
Должен ли Нокс охотиться на Ронана, как планировалось, или пойти за Эмберель?
Полегче. Подзорная труба Ронана была ключом к поиску остальных. Поэтому подзорная труба оставалась его главным приоритетом.
А Вейл? Что он будет делать с ней в ближайшее время?
У него никогда раньше не было проблем с тем, чтобы уйти от женщины, его железный контроль был нерушим.
Он скользнул взглядом по ее черно-белым волосам, изящной линии спины, красивому изгибу попки и длинным ногам, и его пульс подскочил в предвкушении. «Добро пожаловать в твою новую зависимость».
Если он переспит с ней, то, вероятно, сможет, наконец, к счастью, покончить со своим странным, слишком сильным желанием к ней.
Стоит попробовать. Рассматривал ли когда-либо другой мужчина такой гениальный план?
Нокс расправил плечи и вздернул подбородок. Он столкнется с этой сексуальной потребностью, точнее, с этим сексуальным любопытством к Вейл, и очень скоро. Раньше он боялся, что, испытав на себе ее женские уловки, только сильнее захочет ее, что бы она ни предлагала. Теперь знал правду. Он не мог хотеть ее еще больше… похоть уже полностью его поглотила.
Потом он снова сосредоточится на войне, и его очарование Вейл исчезнет. Он был в этом уверен.
В его плане была только одна загвоздка. Вейл должна согласиться разделить с ним постель.
Она согласится?
Он найдет способ завоевать ее расположение. В конце концов, победа была его специализацией.
Возбуждение охватило его, решимость не отставала. Тогда все решено. Если она захочет его, то получит. Ее брак… не имел значения. Муж не мог победить Нокса. Да и кто бы мог? Следовательно, муж ее не заслуживал.