Тень Луны
Шрифт:
Фёдор Михайлович Ищенко, командующий ВБ-18-06, отложил компьютер, вышел из машины и посмотрел, как солдаты в бледно-серой форме выпрыгивают из грузовиков, занимая позиции. Парковка стала местом ожесточённого боя. Фасад здания был покрыт выщерблинами, словно его разъедала оспа.
Нервы разыгрались запоздалой злостью. Он извлёк из кармана потрёпанную временем зажигалку и прикурил. В лёгкие проникло успокаивающее тепло, но не помогло. Полковник смял горящую сигарету, та, словно сопротивляясь, обожгла ладонь своим огнём. Он с раздражением кинул её на асфальт и раздавил.
Откуда-то
— Господин полковник, — отвлёк его голос подполковника Родионова, командира группы спецназа «Коршун». Его звали Владимиром, но все его называли коротко: Владом, хоть это и не было сокращением от имени.
— Да? — Ищенко повернулся к нему, поймав пронизывающий взгляд. Одет он был в хамелеоновскую форму и бронежилет, поэтому казался облепленным снегом.
— Сомневаюсь, что мы что-нибудь найдем на поверхности.
— Я не хочу рисковать, а из-под земли никто не уйдёт. Ты что-нибудь чувствуешь?
Влад застыл. Что происходило в эти мгновения, не смогла бы объяснить и наука, но командир группы спецназа, каким-то загадочным образом мог предвидеть события и знать, что происходит за стеной. Как не парадоксально звучит, но в спецвойсках учат и этому. Вопреки распространенному мнению об уникальности «новых людей» любой человек обладает встроенным сканером, возможностью предвидеть события, но не многим удаётся найти свой дар и развить его. Всё-таки для этого требуется время и труд.
— Там никого нет.
— Куда же они делись?
— Вопрос риторический?
— Да, или ты знаешь и ответ?
— Нет, — ответил Родионов. — Знаете, полковник, я чувствую что там, — он указал на знание Центра, — происходит что-то странное.
— Странное? Как со Сферой?
— Возможно…
— Нам начинать? — спросил Влад. Полковник посмотрел в сторону, где остановился автобус со спецназом. «Коршуны» уже выгрузились. Некоторые бойцы ещё герметизировали «Хамелионы», надевая шлемы, проверяли автоматы.
— Начинайте, как будете готовы, — ответил Ищенко и окликнул ротного, который стоял в нескольких метрах от него. — Возьми тридцать человек и посмотрите, что в жилом.
— Есть.
Вскоре группа Родионова начала движение и находилась у входа в ПИЦ. Безликие фигуры спецназовцев рассредоточивались на первом этаже, проверяя сканерами наличие «взрывных подарков». При направленном взрыве, несущие конструкции могли не выдержать и похоронить всех бойцов.
Полковник закрепил компьютер на кисти руки и посмотрел на монитор. Сюда в режиме реального времени транслировалось всё, что видел командир группы.
Влад стоял у входа в подсобку и не шевелился, приблизив ладонь к двери. Сейчас он пытался понять, есть ли там кто-нибудь, потом махнул и стал отсчитывать пальцами время: «Три»… «два»… «один»…
Дверь сорвалась с петель мощным ударом, командир внимательно осмотрел комнату. Часть экрана занимал прицел автомата, но и так было понятно, что никого
Тем временем на мониторе показалась очередная дверь. Операция повторилась с точностью до движения. Спецназовцы были мастерами своего дела.
— Мы у жилых комплексов, — донёсся голос ротного.
— Начинайте осмотр здания, — ответил Фёдор Михайлович.
— Есть.
Полковник снова посмотрел на монитор: спецназ сканировал очередной коридор.
По разработанному плану он должен будет запустить солдат только после того, как Родионов убедится, что первый этаж можно считать безопасным.
«Что ж такая у них работа: быть на острие».
Монитор показывал очередную комнату, но только она отличалась от остальных. Здесь на полу лежало множество тел, прикрытых какой-то материей.
— Вы видите это? — спросил Влад.
— Да, Родионов. Продолжай.
«Вот и затухающие термовсплески».
— Господин полковник, это База, — донёсся в мини-рации знакомый голос связного.
— Да, что случилось?
— Вас тут журналист спрашивает.
— Что? Какой ещё журналист?! Как они?.. — Ищенко был потрясён. Как они смогли узнать о происшествии, да так быстро? — Пошлите его куда-нибудь подальше! — в ярости бросил он, но тут же одумался, понимая последствия. — Хотя, нет, постой. Скажи ему, что ещё ничего не ясно. И всякую ерунду. Короче, придумай сам. Мне не до них. Откуда он узнал?
— Сказал, что ему позвонили и сказали.
— Кто?
— Он не знает.
— Сделай всё, что угодно, но пусть они меня не беспокоят. У меня есть дела поважнее. Это всё.
— Есть, — ответил связной и отключился.
Ищенко ненавидел журналистов за их постоянное желание совать нос, куда не следует. «Пираньи», — охарактеризовал он их и снова отвлёкся на монитор, но тут Родионов сам ответил:
— Полковник, первый этаж безопасен. Входим на подземные уровни.
— Отлично.
Ищенко повернулся и крикнул второму ротному:
— Юра, заводи людей. Проверите второй этаж. По возможности ничего не трогайте, скоро должны приехать спецы из ОМБ.
Тот кивнул, что явно было не по уставу, и передал приказ.
В наушнике раздался голос ротного:
— Мы осмотрели жилые здания. Здесь только учёные. Они живы, отделались лёгким испугом.
«Слава Богу, хоть одна приятная новость», — тяжело вздохнул Ищенко.
Лопасти садящегося вертолёта будоражили мёрзлый воздух, поднимая снежную пыль с парковки. Евгений Николаевич посмотрел в иллюминатор и видел встречающих. Вертолёт опускался, новые порывы ветра заставляли людей на площадке закрывать ладонями лица.