Тень Луны
Шрифт:
— Мама! Папа!
Дверь кухни открылась. Оттуда вышла мама. Их взгляды встретились.
— Мамочка! — Кэтрин бросилась к ней и горячо обхватила руками. Слёзы радости потекли помимо желания. Страшное ощущение дежа вю мгновенно улетучилось. Потрясённая мать обнимала дочь не в силах произнести ни слова. Наконец, и она заговорила:
— Кэтти… говорили, что на вас напали… — брызнули слёзы, руки матери ещё сильнее обняла дочь. — Говорили…
— София, что за шум? — прозвучал сверху голос отца, и раздались шаги: он спускался вниз. Кэтрин повернула
— Я вернулась, папочка. Я больше никуда не уеду… потому что я люблю вас.
Саша зашёл в кабинет Ромина первым. За ним последовал Андрей.
— Здравствуйте, проходите, я вас уже заждался, — поприветствовал генерал и указал на стулья. — Думал вы уж и не явитесь.
— Здравия желаю, — произнёс Александр и потряс папкой. — Отчёты… мой, Андрея и Жана… — подойдя к столу, он положил их на стол и сел. Булдаков последовал его примеру, но ничего не сказал.
Генерал откинулся на стул и бегло просмотрел записи. Андрей внимательно следил за ним. Ромин вёл себя крайне странно, собственно как и его подчинённый, Павел Корышев: никакого движения, словно оба специально тянули время. Однако Евгений Николаевич выглядел собранным. Ощущалось, что вся полнота власти принадлежит только ему.
— Думаю, мы займёмся этим делом. Вы не возражаете? — спросил Саша. Взгляд генерала стрельнул на Андрея и на мгновение задержался, а затем на Соколова. — Мы во многом разобрались. Это было бы логично.
Ромина поставили в затруднительное положение, однако он умел вести разговор:
— Вообще-то, Саш, — мягко произнёс генерал, — этим делом уже занимается другой человек.
— Значит, мы поможем ему. Включите нас в его группу, — продолжал мягко давить Соколов.
— Да, помогите. Поговорите с ним. Да он и сам вас найдёт, если нужно.
— Евгений Николаевич, мы трое суток были ему доступны… для такого важного дела совершенно недопустимая халатность.
— Итак, у вас претензии.
Андрей заметил, что Ромин начинает нервничать. Безусловно, он догадался, что Булдаков молчит лишь для того, чтобы заговорить. Линия атаки оказалась верна и теперь приносила свои плоды.
— На всё, вероятно, есть свои причины, — произнёс генерал.
— Какая у него фамилия?
— Корышев. Павел Корышев. По отчеству Алексеевич.
— Я не знаю такого, — отметил Саша.
— Неудивительно. Даже я не знаю всех своих подчинённых.
Андрей был вынужден признать, что удары генерал держит хорошо, но, безусловно, что-то скрывает. Та «медсестра» особо интересовала его, однако спрашивать не спешил. Пока не станут ясными роли каждой фигуры в этой шахматной партии, подобный вопрос мог стать неверным ходом.
«Может ему приказали или даже угрожали», — Булдаков думал, что хорошо знает Ромина, и ему не хотелось верить в причастность, пусть даже и косвенную, к нападению
Саша продолжал ненавязчиво давить на генерала, приводя те же аргументы, что и Андрей несколько дней назад, но генерал был непреклонен.
— Вы можете потребоваться и в другом деле. Я понимаю ваши чувства, но я же не могу снять Корышева лишь потому, что вам так хочется.
Ромин действовал жёстко, но демократично, не указывая лишний раз свои полномочия, и вскоре Александр был вынужден уступить, иначе Евгений Николаевич имел бы полное право отдать приказ прямо здесь и избавиться от него, лишний раз показав, кто здесь определяет логику дальнейших событий.
— Хорошо, мы поговорим с Корышевым.
— Вот и отлично, — улыбнулся генерал. — он как раз сейчас в своём кабинете. Недавно переехал. Вы легко его найдёте. До встречи.
«Что-то ты слишком уж гонишь нас. Не верю, что ты играешь в эту грязную игру, здесь что-то иное», — думал Булдаков, поднимаясь.
Они вышли. Миновав секретаря, Саша и Андрей оказались в заполненном людьми коридоре. Одни топтались на месте, разглядывая папки, другие спокойно шли, третьи бежали — обычная картина утром, впрочем, часто здесь горит свет и ночью. Время суток не особо сказывается на некоторых чиновниках и офицерах ОМБ.
Они направились к лифтам, где в ожидании скопилась небольшая группа сотрудников.
— Вот мы ещё раз убедились в очевидном, — произнёс Саша так, чтобы его не могли слышать посторонние.
— В чём именно?
— В том, что генерал не наш союзник.
— Для меня это не так очевидно.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Есть бессчётное множество способов воздействия… — намекнул Андрей, и друг всё понял.
— Думаешь, Корышев как-то связан с Секретным Отделом?
— Вполне возможно. Что, если его навязали Ромину, а те двое его постоянно контролируют. Я вообще не сомневаюсь, что тот человек, которого мы выдели в его кабинете, из Секретного Отдела, — Андрей слегка замедлил шаг, снова обдумывая ситуацию. — Но опять же, какое отношение ко всему этому имеет Макс? Очень похоже на то, что он главный в этой партии.
— Я уже давно не сомневаюсь, что он не был простым исполнителем.
— Организатором?
— Скорее всего.
— Неужели всё так просто? Нет, что-то не так.
— Не обязательно должно быть сложно, — заверил его Саша. — Хотя признаю, что он не может действовать в одиночку. Скорее всего, он один из организаторов. Но почему он (или они) это делают, я не могу понять. И его исцеление, когда была атака… Кем же он может быть?
Вопрос остался без ответа, и дальше до лифта они шли молча.