Тень совы
Шрифт:
— Депрессия перед ознакомлением с результатами контрольных, — сообщила Вилл. — Распространенное, но малоизученное заболевание.
— Все будет в порядке, — сказала Тарани, широко улыбаясь. Но Ирма хоть убей не могла понять, чему тут можно улыбаться.
— Тебе легко говорить, — пробормотала она. — У тебя могут быть только два варианта оценок: «пять» или «пять с плюсом».
Но Вилл и Корнелия и не думали отпускать ее.
«Что ж, — подумала Ирма, — может, все не так уж и плохо. Кажется, на один или два вопроса я ответила
Возле доски объявлений уже собралась группа учеников. Всякий раз, когда подходил кто-то новый, раздавался радостный возглас или разочарованный вздох.
— Простите, — извинялась Вилл, проталкиваясь к доске. — У нашей подруги тяжелый случай мандража, и ей очень важно увидеть результаты прямо сейчас.
Ирма почувствовала острый приступ тошноты и зажмурила глаза. «Может, если я не буду смотреть, это пройдет само собой?» — думала она.
— Все, добрались, — сообщила Корнелия. — Открывай глаза, Ирма, хватит вести себя как младенец.
Ирма медленно открыла глаза. Она взглянула на доску, зажмурилась и взглянула еще раз — абсолютно потрясенная. Ее самые ужасные предположения подтвердились.
— О нет! Нет! — воскликнула она.
— Ну… могло быть и хуже, — Хай Лин обхватила подругу за плечи.
— Да ты только взгляни на них! Ты что, не видишь, что все ужасно?!
— По французскому отметка неплохая, — ободряюще заметила Вилл. — Все еще занимаешься с Мартином?
— Лучше не говори о нем. Вчера он назвал меня «ma petite tartine au chokolat».
— Мое маленькое шоколадное пирожное? — усмехнулась Тарани. — И что тут такого? Это доказывает, что ты ему нравишься.
— Да, только лучше бы я нравилась кому-нибудь другому, — сморщилась Ирма. — Кому-нибудь не такому… Ну вы понимаете, не такому мартинообразному. Ладно, мой французский улучшился, но поглядите на это!
— История, — Тарани пробежала глазами по списку. — Так, где ты тут?
Уже без особого оптимизма она ткнула пальцем в самый конец списка.
— Вот.
— Ирма, если бы это был настоящий экзамен, ты бы его провалила, — укоризненно сказала Корнелия.
— Я знаю.
— Ты должна больше готовиться.
— Я знаю.
— Если ты не подтянешься, в следующий раз будет еще хуже.
— Я знаю. Хватит повторять то, что мне и без вас известно.
— Но, Ирма, это серьезно…
— Я ЗНАЮ!!! Но ведь все могло быть по-другому. Мне уже почти хочется, чтобы Горгон слегка изменил историю. Ну, чтобы все было так, как я написала в контрольной…
Вилл опасливо покосилась по сторонам.
— Т-с-с, — зашипела она, — тут полно народу! К тому же… ты знаешь, мы должны быть осторожнее со своими желаниями.
— Я же сказала «почти».
— Все равно.
— Ну ладно. Это… это просто ужасно! — Ирма снова взглянула на результаты, но ни со второго, ни с третьего взгляда они не стали казаться лучше. «Ну почему кто-то решил, что в мире должны быть такие вещи, контрольные и экзамены?! — думала
— Ты лучше скажи: ты готовилась по истории? — строго спросила Тарани.
— Конечно, — Ирма опустила глаза, но продолжала чувствовать на себе пронзительный взгляд Тарани. — Ну, немного. Хорошо, я не смогла найти свой учебник по истории, ясно? Можете расстрелять меня за это!
— Оставим эту привилегию мистеру Коллинзу, — усмехнулась Тарани. — Но в следующий раз не могла бы ты все-таки заглянуть в учебник?
«Есть ли в школе хоть один уголок, где не обсуждают контрольные и набранные баллы?!» — хотелось закричать Ирме. Обычно в школе было не так уж мало вещей, которые ей по-настоящему нравились: например большие перемены, друзья, с которыми можно поболтать, и еще куча всего. Даже на уроках были свои приятные моменты: когда она действительно знала правильный ответ, когда узнавала что-нибудь интересное, когда кто-то шутил и весь класс покатывался со смеху. Но сейчас все было серьезнее некуда.
Даже ее подруги-чародейки заразились всеобщим настроением. Вилл написала контрольную по математике лучше, чем думала, и теперь они с Тарани сидели за столиком в столовой и обсуждали какие-то виды уравнений, которые Вилл должна выучить, чтобы закрепить свою новую более или менее приличную оценку.
В свою очередь Корнелия и Хай Лин принялись обмениваться идеями по поводу приближающейся недели «Кем быть: выбираем профессию».
— Папа сказал, что я могу прийти к нему в банк, посмотреть что и как, но я не уверена, что хочу именно этого, — сказала Корнелия. — Честно говоря, я еще не определилась с профессией.
— А я уже, — вздохнула Хай Лин. — В смысле, уже определилась. Хочу поступить в Академию живописи и дизайна Бенсона-Тэйна. Думаю, они позволят мне посидеть на паре лекций для ознакомления. Но у них очень высокие требования при поступлении, недостаточно просто уметь рисовать.
«Не хочу этого слышать! — думала Ирма. — Карьеры, профессии… Если в самое ближайшее время не произойдет какое-нибудь чудо, мне светит только одна карьера, она же особо почетное звание: Самая Тупая Тупица в Хитерфилде. Может, со мной даже будут фотографироваться туристы. Или повсюду будут развешаны листовки с самыми дурацкими моими ответами, и все будут читать их и кататься по земле со смеху».
Она встала.
— Ты куда? — поинтересовалась Вилл.
— Пойду куплю газировки.
Но, подойдя к автомату с напитками и собираясь опустить монетку, Ирма почувствовала, как ее глаза наполняются слезами. Чтобы совсем не разреветься, она быстро заморгала. Родители будут не слишком довольны ее оценками. Она и сама была недовольна. Ведь она могла подготовиться и получше.
— Эй, ты будешь что-нибудь покупать? Или ты влюбилась в автомат и не можешь от него отлипнуть? Другие тоже хотят пить!