Тень в зеркале

Ирвин Ян

Мендарк изобразил на лице злобную гримасу и кивнул. Когда Таллия вышла, он взял Лиана за руку и отвел его к креслу у огня.

— Ты что-нибудь ел? — спросил Мендарк, указав рукой на стол, на котором лежали хлеб, фрукты, овощи и блюдо с давно остывшим жареным мясом.

— Почти ничего, — ответил Лиан, пожирая глазами пищу.

— А мы уже поели. Подкрепись тем, что осталось. Лиан положил себе в тарелку еды и сел у огня. Ему было не по себе. Он постоянно помнил, что в долгу перед Мендарком, и ждал начала разговора на эту тему, однако тот не произнес

ни слова, пока Лиан не поел. В этот момент вернулась Таллия. Мендарк налил им по бокалу темного вина из стоявшей рядом с ним глиняной бутылки.

— Да, нам пришлось из-за тебя попотеть, — сказал наконец он, но тут же улыбнулся.

— А что такое?

— Таллия много недель разыскивала тебя в горах. Мы думали, ты погиб… А что у тебя нового? Что с Зеркалом?

Лиан начал свой длинный рассказ.

— А что случилось после того, как за Караной погнались вельмы? — спросил Мендарк, когда Лиан замолчал, чтобы перевести дух.

Лиан поведал о том, что случилось в Шазмаке, о суде и о вопросе, с которым он обратился к Тензору. Мендарк усмехнулся:

— Ты, Лиан, или очень смел, или очень глуп. Что же заставило тебя задать ему такой дерзкий вопрос?

— Он очень скверно обошелся с Караной.

— Ему не казалось, что он плохо с ней обходится. Впрочем, это неважно. Я хотел спросить у тебя о чем-то другом. О чем же? Ах да! О твоем новом «Сказании о Непреодолимой Преграде»! Мне никак не раздобыть его текст.

— Его спрятал Вистан. А потом он вышвырнул меня из Школы, когда я отказался выполнять его нелепые требования.

— Вот как?.. Впрочем, тебе там и так было больше нечего делать.

— Я как раз хотел спросить тебя, чем я могу тебе служить, — осторожно спросил Лиан.

— Очень многим, но об этом позже. Сейчас вопросы задаю я. Что же такого необычного было в твоем сказании?

Лиан рассказал об убийстве хромой девушки.

— Поэтому я считаю, что в башне кто-то побывал, — заключил он.

— Очень интересно! Что ты так ерзаешь, Лиан? Отхожее место слева у двери.

Лиан вышел.

— Ну, что ты об этом думаешь, Таллия?

— Возможно, он что-то действительно обнаружил.

— Возможно… А может, все это опять ничем не кончится, точно так же как и многие другие таинственные сведения из прошлого. Хотелось бы мне знать, действительно ли Тензор полагает, что первым в башне побывал один из трех оказавшихся на Сантенаре каронов. Об этом надо поразмыслить.

— Скажи мне, Мендарк, а зачем ты покровительствовал Лиану?

— Я сразу понял, что он очень талантлив и должен получить лучшее образование. Вспомни, что я сделал то же и для тебя! Но мне нужен такой человек. В наших представлениях о прошлом и будущем царит страшная неразбериха. Кто же может лучше летописца разобраться в них?!

— А я-то была уверена, что ты хочешь, чтобы после твоей смерти он воспел твои заслуги в новом Великом Сказании!

Мендарк, ничуть не смущаясь, усмехнулся:

— Что ж! Неплохая мысль!

Лиан вернулся и закончил рассказ о своих странствиях.

— И наконец

мы добрались до Туркада, где я и нашел тебя после длительных поисков, — закончил он свое повествование. Хотя он постоянно вспоминал сон, приснившийся ему в Шазмаке после чтения «Аркимских сказаний», в котором он видел легендарную Табличку Вассалов, он не стал ничего говорить об этом Мендарку. Этим секретом он ни с кем не желал делиться. Наступит день, когда он больше ничего не будет должен Мендарку, а тот будет в хорошем настроении. Вот тогда-то и наступит время подробных расспросов о Непреодолимой Преграде! Намерение Лиана найти убийцу хромой девушки ничуть не уменьшилось от того, что произошло с тех пор, как Лиан впервые о ней узнал.

— Значит, Карана сейчас в Туркаде, а Зеркало у нее! — подскочив, воскликнул Мендарк. — Болван! Отчего же ты не привел ее сюда?! Ты что, не помнишь, чем мне обязан?!

— Она не согласилась пойти со мной. Ей было очень страшно. Кроме того, она отдаст Зеркало только женщине по имени Фечанда.

— Фечанда? — переспросил Мендарк. — Я что-то о ней слышал. Кажется, она из второстепенных мансеров. А почему именно ей?

— Не знаю, — ответил Лиан. — К тому же Каране часто снится, как Рульк пытается освободиться из плена, разрывая свои путы.

— Рулька надежно стерегут, — сказал Мендарк.

— Ночную Страну охраняют?

— Разумеется, я слежу за этим. Рульк надежно в ней заперт. Может, ум Караны помутился от пережитых ею трудностей?

Лиан ужаснулся, услышав то, в чем он не решался себе признаться. Он закрыл глаза и откинулся на спинку кресла.

— А где сейчас Карана? — громко спросила его Таллия, напомнив ему тем самым, где он находится. — Она одна?

— Да.

— Надо спешить! — воскликнул Мендарк, набросив на плечи плащ. — Она в страшной опасности. Кого сейчас только нет в Туркаде! Тут полно злодеев, а армия Иггура всего в нескольких днях пути… Карана умеет пользоваться Зеркалом?

— Говорит, что нет. Я, разумеется, тоже, — сказал Лиан, вспомнив день, проведенный им в дупле полусгнившего дерева в окрестностях Нарна. — Оно было у меня несколько дней, но, как я ни старался в нем что-нибудь рассмотреть, в нем было только мое отражение.

— Еще бы! — негромко проговорил Мендарк. — Кому, как не тебе, знать, что такими вещами надо уметь пользоваться. А учиться искусству их использования надо очень долго.

Они проследовали мимо сторожки, в которой теперь сидел невероятно хмурый стражник, и вышли на улицу.

— А что слышно о войне? Сет уже взят?

Таллия кивнула:

— Его взяли давным-давно. Армия Иггура заняла все земли на юге. Ты, наверное, и сам видел там дым. За Иггуром остается только выжженная земля. Его армия будет здесь через несколько дней.

— А что случилось с тобой, Мендарк?

— Меня свергли. Может, я этого и заслужил тем, что слишком много думал о прошлом… Что ж, теперь я в незавидном положении, и тебе придется отплатить мне за все, что я для тебя сделал. Но об этом позже…