Теневик
Шрифт:
«Злобного двойника Рика Стюарта… злобного двойника… злобного», – повторялось у Кейси в голове.
Опершись на левую руку и оба колена, Кейси сумела приподняться. Живот тут же резануло от боли, но уже терпимой. Кейси вытянула руку и, согнув ногу в колене, немного продвинулась вперед. До двери оставалось всего несколько подобных движений, она всё ближе, ещё ближе, но вдруг Кейси замерла. Вокруг стало слишком тихо, отчётливо слышны лишь всхлипы. Кейси понимала, сейчас бы стоило приложить все остатки сил и терпения, чтобы выскочить из квартиры, но над ней возобладало
– Ублюдки! Заткнитесь, я знаю, что вы голодны. Заткнитесь! – Рик обернулся в сторону Кейси. – Слышите меня?!
Отец ринулся к дочери, и, схватив её за ногу, вновь потащил к кровати. Всё произошло за секунду, Кейси не успела даже вскрикнуть. Теперь она понимала свою ошибку, нужно было спешить, теперь же заново предстоит бороться за свою жизнь. В Кейси нарастало желание выжить и убежать от свирепого зверя, поэтому она свободной ногой начала пинать руку отца, но все попытки нанести весомый удар были тщетны. Папа-монстр их будто не чувствовал.
– Сейчас вы пожрете! И если не заткнётесь, я хрен больше вернусь, поняли? – кричал Рик в тёмный коридор.
– Папа, остановись. Прошу тебя, остановись! – Кейси кричала, но её крик никак не мог заглушить голоса, звучащие, как думала девушка, лишь в голове обезумевшего отца.
Рик дернул к себе ногу дочери. Кейси тут же со скрипом скользнула по паркетному полу и вскрикнула от тянущей боли в бедре. Она хотела перевернуться, но не успела. Рик опустил мозолистую ладонь на её голову и сжал волосы в кулак. Кейси подумала, что это конец, поэтому она закрыла глаза в ожидании смерти, а Рик резко и с хрустом повернул голову дочери к себе.
– Ааа… – закричала Кейси от страха перед треском собственных костей и ощущения приблизившейся смерти.
Кейси смогла открыть глаза, и тут же один ужас сменился другим. Она не совсем понимала, то ли её разум помутился от борьбы за жизнь, то ли она уже страдала в аду, но Кейси чётко видела в тени коридора мелкие красные вспышки, и возвышавшиеся над ними два оранжевых огонька. Это зрелище казалось тем самым, знаменитым светом в конце тёмного тоннеля, но всё же это был не он. Внезапно Рик вновь дёрнул дочь к себе, и новый приступ дерущей боли подсказал Кейси, она всё ещё жива.
Притащив дочь к кровати, Рик отпустил волосы Кейси и перехватил её за воротник футболки. Его сильная рука с лёгкостью оторвала девушку от пола и швырнула на кровать. От такого грубого броска обжигающие и колющие ощущения растеклись по всему телу Кейси, но её крики всё не трогали душу разъярённого отца. Рик залез на кровать, и через пару движений Кейси оказалась между его ног. Объятая страхом перед собственным отцом, опасаясь непредсказуемости его поступков, Кейси изо всех сил заорала, в надежде докричаться хоть до кого-нибудь.
Рик обхватил пальцами шею дочери и визг её голоса был в миг заглушён. Кейси знала, отцовские руки-тиски с легкостью переломят ей шею, поэтому она старалась смотреть ему прямо в глаза, надеясь на чудо или проявление жалости. Но
Воздуха катастрофически не хватало, лёгкие горели, а тело с каждой секундой слабело всё сильнее. Чем больше жизнь покидала Кейси, тем смиреннее она ждала смерти. Голова девушки непроизвольно склонилась влево, и Кейси увидела рисунок-сюрприз, всё ещё висевший на дверце холодильника. Кейси из последних сил потянулась к нему и почти беззвучно прохрипела предсмертное желание:
– Папочка, прилетай…
Кейси начала ощущать странное чувство, похожее на приближение холодных губ, но оно внезапно упорхнуло и тут же её горло будто тронул обжигающий холод, который быстро остудил раскалённые лёгкие. Силки окончательно разжались, и Кейси разразилась кашлем. Она перевела взгляд на отца, теперь он вглядывался в рисунок, а с его лица будто сползла жуткая личина. Он вновь застыл как безжизненная статуя, но его глаза пылали чувствами. Кейси же продолжала упиваться воздухом. Сделав ещё несколько вдохов, она ощутила, как её наполняла жажда жизни. Кейси подумала, что раз сама смерть отступила перед тихим желанием умирающей, значит нужно повторить его как можно громче:
– Папочка, – сглотнув, Кейси закричала, – пожалуйста прилетай!
Рик наконец посмотрел на дочь привычным отцовским взглядом, а Кейси разглядела на его лице недоумение и шок. Приоткрыв рот, Рик будто хотел что-то сказать, но тут он резко отскочил от дочери. Подбежав к двери, Рик открыл защелку и рванул к началу коридора, который он заслонил спиной, будто сдерживая темноту позади себя. Кейси была поражена и напугана увиденным, но куда больше её страшили стекавшие с красных глазниц отца кровавые слёзы.
– Милая, прости… – прошептал Рик. – Это… это все они.
– Папа…
– Кейси, – перебил её отец, – сейчас же беги. Прямо к Перришам. Беги и ни в коем случае не возвращайся. Это больше не твой дом.
– Папа… – Кейси разрыдалась. Чутьё подсказывало ей, нужно послушаться отца и уносить отсюда ноги, но сама Кейси хотела обнять папу и остаться с ним. Она не знала, что будет правильнее.
– Беги, я тебе сказал, – взревел Рик.
Кейси вскрикнула от испуга, а затем заревела, но всё же послушалась отца. Она с трудом встала с кровати и, преодолевая боль, направилась к двери, переступая с травмированной ноги на здоровую.
– Быстрее! – Рявкнул Рик.
Кейси дрогнула от громкой команды и захромала быстрее. Добравшись до входной двери, Кейси открыла её, а затем ещё раз посмотрела на отца и встретилась с ним взглядами.
– Я не хочу делать тебе больно… – жалостливо сказал Рик.
Его щёки потемнели от кровавых слёз, а глаза будто светились в темноте, прямо как светлячки. Этот человек, её любимый папа, уже мало чем был похож на утреннего Рика Стюарта, по крайней мере внешне. Кейси хотела заговорить с отцом, попытаться выдавить из него хоть что-то, но она не успела. Сначала алым светом вспыхнули глаза.