Тени любви

Айви Александра

В Ганнибале полночь, и ни одна живая душа не шелохнется.

Она неохотно повернулась, чтобы пройти назад к хибаре, дверь которой была закрыта от мартовского ветерка. Холод не беспокоил Риган, несмотря на то что на ней были только джинсы и вязаная майка. Может быть, она и не обладала способностью превращаться и производить потомство, зато имела все остальные таланты оборотней.

Она была быстрее и сильнее людей, ее не беспокоил холод, она прекрасно видела в темноте и обладала замечательной способностью заживлять любую рану,

не тронутую серебром.

На мгновение она запнулись. Это была та способность лечить, которая…

Нет. Не сейчас.

Ей нужно сосредоточиться. Погоревать о прошлом она сможет, когда Каллиган будет мертв.

В течение последних десяти часов Риган шла по следу беса, точнее сказать — по запаху, от Сент-Луиса до окраины Ганнибала. Она почти чувствовала вкус своей мести, когда его след вдруг таинственным образом исчез где-то в пригороде. Риган не знала, как этому сукину сыну удалось раствориться в воздухе, но это ее не остановит.

Так или иначе она найдет негодяя, который тридцать лет держал ее в плену, и отплатит ему сторицей.

Не удосужившись постучать, Риган распахнула дверь хибары и вошла. Это была тесная комнатенка со стенами, покрытыми глянцевыми проспектами, рекламирующими все замечательные места, которые можно увидеть в Ганнибале, и одним узким окном, выходящим в парк.

Казалось, что тут пусто, но от взгляда Риган не укрылся сигаретный дым, висевший в воздухе. Подойдя к пластиковой стойке в дальнем конце комнаты, она позвонила в маленький серебряный колокольчик.

Послышалось приглушенное ругательство, потом дверь за стойкой распахнулась и из нее выглянула лохматая голова.

— Да? — парень, которому было явно не больше восемнадцати, с носом, слишком большим для его узкого лица, замер, окинув длинные золотые волосы и стройное тело Риган. Затем он медленно поднялся, разглядывая зеленые глаза, выделявшиеся на бледном лице в форме сердечка, С глупой улыбкой он вошел в комнату и облокотился на стойку.

— Приве-е-ет. В чем дело?

— Я ищу друга.

— Ты только что нашла его, куколка. Дай мне десять минут закрыть заведение, и я весь твой.

Если бы.

Риган с трудом сдержала желание расквасить этот чересчур большой нос. Вместо этого она вытащила сложенную страницу, которую вырвала из журнала, прежде чем покинуть Сент-Луйс.

— Ты видел фургон, похожий на этот?

Парень едва взглянул на картинку.

— Я что, похож на того придурка из «Монаха»? Я беру деньги, даю им карточку, и на этом все. Мне глубоко плевать, как выглядят их фургоны.

— Это ты бы заметил. У водителя длинные рыжие волосы и глаза как у кошки. Он очень… заметный.

— Здесь нет никого без седых волос и зубных протезов. — Парень содрогнулся. — Мне снятся кошмары, что однажды я посмотрю туда, а там только трупы и гниющие фургоны.

— Очаровательно.

Глупая улыбка стала шире.

— Ты могла бы отвлечь меня от мерзких стариков и их неминуемой

смерти. Там сзади у меня есть кушетка.

Риган снова посмотрела на его торчащий клюв. У нее не бывало мишени соблазнительнее. К сожалению, она не могла позволить себе привлечь внимание. Люди всегда устраивают такую суету из-за пары капель крови и нескольких сломанных костей.

— Нет, даже если тебя завернуть в подарочную упаковку, — процедила она, поворачиваясь, чтобы уйти.

— Эй…

Что бы он там ни хотел сказать, слова оборвались, когда Риган захлопнула дверь и побежала к дороге, ведущей в Ганнибал.

Это была последняя стоянка для фургонов в этом районе. Теперь ее единственной надеждой оставалось то, что она отыщет след Каллигана в городе.

Не мог же он просто исчезнуть.

Каллиган не только убогий садист и бес, он просто был жалок. В отличие от многих своих сородичей он не умел создавать порталы для перемещения. Черт, да он едва умел колдовать.

Это означало, что он либо в своем фургоне, либо путешествует пешком.

Пять часов спустя Риган прочесала все улицы города, обнаружив лишь нескольких пьянчуг и горстку эльфов, танцующих в сгущающемся тумане.

Проклятие. Она была голодна, ужасно устала и не смогла бы сразиться с Каллиганом, даже если вдруг случайно наткнулась бы на него. Как это ни выводило ее из себя, пришло время искать ночлег.

Возвращаясь к главному шоссе, тянувшемуся через город, Риган старательно игнорировала запах еды, идущий от нескольких забегаловок, остававшихся открытыми на ночь. Перед отъездом из Сент-Луиса она украла деньги у Сальваторе, но они уже заканчивались. В данный момент она предпочитала защиту четырех стен на время сна, чем заполнение ноющей пустоты в желудке.

Риган вернулась в отель, который забронировала заранее в надежде, что ей понадобится место, чтобы спрятать избитого и окровавленного беса. Сейчас эта надежда растаяла, но по крайней мере она могла рассчитывать на горячий душ и чистую постель.

Опустив голову, Риган прохромала по ничем не примечательному вестибюлю, кивнула непримечательному портье и поднялась по непримечательной лестнице. Не важно, насколько сильно она устала, но не собиралась входить в лифт. Почти всю свою жизнь она была заперта в крошечной серебряной клетке. Больше ни непреодолимая сила, ни обещанная встреча с братьями Ионы не заставят ее войти в клетку.

Риган поднялась на пятый этаж, рассеянно растирая руки от охватившего ее озноба. Странно. Она никогда не ощущала холод. Очевидно, устала даже больше, чем думала.

Остановившись у своей двери, Риган вставила карточку в замок и нажала ручку, открывая. Только когда стальные руки схватили ее, она осознала опасность.

Черт! Мурашки, бегающие по коже, были не от холода, а из-за проклятого вампира. А она попала ему прямо в руки, как будто у нее было не больше мозгов, чем у обычного человека.