Тени прошлого
Шрифт:
Владыка, молча, кивнул и с подозрением в голосе спросил:
— Насколько я помню, у сэра Малькольма не было детей?
— Я не… — вырвалось у Мартина, но сэр Корнелиус молниеносно среагировал и бесцеремонно его перебил.
— Сэр Малькольм болен, как вы знаете, но перед приближающейся смертью он признал Мартина своим сыном от давней побочной связи с простолюдинкой. Он воспитывал его с девяти лет, но правду рассказал только недавно.
Владыка вновь молча, кивнул. Тем временем служители дома Мудрости, увидев столь важных гостей, поспешили принести кресло с высокой
Мартин был ошеломлен происходящим. Смысл давно покинул его разум и теперь Сэйвел стоял за столом над картой, будто видел ее впервые.
— Итак, что же вы обнаружили? — спросил Дарктон, обращаясь к Корнелиусу, даже не посмотрев в сторону Мартина.
Сэр Тайт сел в другое кресло и положил руки на подлокотники.
— Сэр Мартин предположил, что стоит начать с поисков шахты из легенды. Тернистым путем мысли, он пришел к выводу, что предполагаемых мест три…
Мартин не выдержал и громко, чтобы все слышали, уронил на стол стопку тяжелых книг. Те, упав, подняли в воздух облачко пыли, а огонек свечи, пугливо заметался по сторонам.
— Я могу все рассказать сам, сэр Корнелиус. А если вам в следующий раз захочется спросить обо мне, будто меня здесь нет, обращайтесь напрямую… Владыка.
Четверо за спиной Дарктона резко запустили руки под плащи, но Владыка жестом ладони остановил их. У крайнего слева дернулась щека, как от пощечины.
— Я приму к сведению, сэр Уиндерби — спокойно произнес Дарктон и обратился с вопросом уже к нему, минуя сэра Корнелиуса — и что же вы скажете еще?
Мартин решил, что следует говорить постепенно, ибо он еще не понял, друг перед ним или враг. Хотя сэр Малькольм все время твердил «Друзья хуже врагов, ранят не только сердце, но и душу», но Сэйвел противился и следовал своим инстинктам, а не зову разума.
— Когда я жил в Скофилде, сэр Малькольм говорил, что в рудниках, возможно, осталось мало залежей, и они через пятьдесят лет истощаться, потому что на глубину спускаться опасно. Значит, некто из легенды не мог там бывать, ибо рудокопы отца, уже давно бы нашли, то, что убило брата неизвестного нам человека. В Пиресе рудники древнее и менее изучены, но самым старым является рудник в Тортвене. Гора, где он расположен, некогда была вулканом, потухшим еще до эпохи королевства.
— Вижу, вы унаследовали ум своего отца — доброжелательно, как показалось Сэйвелу, сказал Владыка Культа.
«Он не мой отец!» хотелось крикнуть Мартину, но он пересилил себя и промолчал. Сэр Корнелиус до того молчавший, встал с кресла и подошел к карте.
— Парень обошел твоих Мудрецов, а, Дарктон? — с улыбкой сказал он главному — может тебе стоит их отправить чистить конюшни?
— Мои Мудрецы заняты другим. — Сухо ответил Владыка — Итак, сэр Корнелиус, вы и ваше Братство поможете нам доставить, чтобы ни было лекарством в Обитель?
— Не может быть сомнений — поспешил заверить Тайт — Вы же в свою очередь, готовы помочь с допуском к Ней?
Мартину показался странным этот вопрос, но он предусмотрительно постарался не сболтнуть что-нибудь лишнее.
— Договор будет исполнен —
— Огонь Всеозирающего снизойдет на лжецов. Только праведники присоединятся к свите Его.
Четыре одновременных голоса слились в один, от которого Мартину стало холодно, будто морозная зима уже наступила.
— Полноте — миролюбиво произнес Корнелиус — Братству нет смысла обманывать столь уважаемое и могущественное объединение как Культ Дракона.
Владыка снял с шеи медальон и протянул его сэру Тайту. Мартин не знал, что сейчас произойдет, но догадка у него была. Она же через минуту и подтвердилась. Сэр Корнелиус принял медальон из рук Дарктона и, поднеся указательный палец к рубину, коснулся его. На красном камне не было видно капли крови, но наполнившись, она стекла на золотую окантовку и упала на пол. Отняв палец от медальона, он отдал его Владыке. Тот также дотронулся указательным пальцем до рубина. Капелька потекла по камню, а затем его кровь и кровь сэра Корнелиуса впитались в рубин и он засветился изнутри. Повесив медальон на шею, Владыка миролюбиво сказал:
— Клятва принесена пред взором Всеозирающего, при свидетелях Его. Нарушивший клятву будет страдать в муках праведного огня.
— А как же задание короля? — шепнул Мартин Корнелиусу. Тот тихо сквозь зубы ответил:
— Когда все выполнят договор, ты получишь лекарство.
— А если нет? Я не могу рисковать, пока есть возможность спасти сэра Малькольма. — Снова шепнул Сэйвел.
— Успокойся и жди. — Ответил Тайт, улыбаясь Владыке, который был занят беседой с Магистром Торнетом.
В сторону рудника выдвинулась целая процессия, достойная короля. Впереди, на белой лошади ехал сэр Корнелиус Тайт, за ним на такого же цвета тягловых ступали члены его братства. Владыка Дарктон ехал в середине, окруженный со всех сторон своими сторонниками. Мартин же ехал сзади всех, а рядом с ним, на серой лошадке, с белым пятнышком на морде, скакал верный Том. Полчаса назад в город прибыл гонец короля с документами на титул и поместье, и отряд спешно отправился путь, задержавшись из-за Сэйвела. Крепость Мартин покидал в статусе сэра, о котором он когда-то мечтал, но никогда не хотел получить его таким образом.
— Что же это творится… — произнес слуга, негромко, чтобы не услышали другие.
Мартин сначала не хотел брать Тома в дорогу, но тот неожиданно стал умолять, чтобы Сэйвел не ехал, туда, куда собирался. Лорд-охранитель знал слугу шестнадцать лет и такие закидоны у него случались редко, но всегда по делу. Однажды Том заявил, что господину (тогда он еще следовал этикету, но спустя время сдался) не стоит идти в плавание на «Морской деве». Мартин сопротивлялся, пока слуга не опоил его зельем, добавленным в вино и не отключился на полдня. Очнувшись, он пообещал отрезать Тому уши, и долго не мог отойти от снотворного. Позже, на рынке он услышал историю о том как «Морская дева» попала в шторм, потерпев крушение, и выжить удалось только одному моряку, который со страха потерял дар речи и лишь выпучивал глаза из орбит.