Тени судьбы

Бэйлор Алекс

«Мальчику просто скучно, — отсмеивалось большинство придворных».

И в те далекие годы Маркос уверял себя, что так действительно и есть. Ведь во дворце, кроме нескольких детей прислуги, не было сверстников Кайо. Со временем, когда он заведет знакомства с принцами и принцессами соседних государств, он и сам позабудет о своих безумных увлечениях.

Но Кайо не забыл.

И с каждым годом все становилось только хуже.

А безумный взгляд, которым одарил его сын вчерашним вечером, привел Маркоса в неистовый ужас.

Кем

бы не вырос его сын, Маркос знал, что винить в этом может только себя.

Янда заметила растущую в их сыне тьму уже очень давно. И только сейчас Маркос начинал понимать, каким же глупцом он был. Ведь Янда множество раз пыталась до него достучаться, но по своей же собственной трусости Маркос боялся признать, что его сын рос настоящим монстром.

И вот только сейчас, когда он уже потерял над ним всякий контроль, пытаться что-то изменить было уже слишком поздно.

Он боялся своего сына.

***

— Выручка с поставок пряностей в Гелдор и Тиберию выросла до четырех тысяч ликтов в год, — продекламировал Шелтран де Барвен, заведующий казной, — и нет никаких сомнений, что к концу следующего года эта цифра может увеличиться вдвое.

Собрание длилось уже около часа, но мысли Маркоса Олуика были заняты совсем другим. Из всего сказанного он не уловил даже половины. Скрестив руки под подбородком, архонт сидел молча, уставившись в одну точку.

— Далее, если позволите, мне бы хотелось затронуть тему важности увеличения числа боевых кораблей, — вставил Янвиль Коутс, заведующий флотом Солнечного Копья. Он передал Маркосу несколько бумаг, но тот даже не обратил на них никакого внимания. Коутс обменялся взглядами с остальными членами собрания, но те лишь озадаченно пожимали плечами. Откашлявшись, он продолжил, — более того, пираты на южной границе Аргерана разбивают наши багалы в пух и прах. Мы провели собрания с нашими корабельными мастерами насчет улучшения обшивки и увели…

В следующий миг двери в зал резко распахнулись, и в помещение ворвался Кайо. За ним следовала, по меньшей мере, дюжина «Тигровых Сыновей». С копьями наперевес, они разбрелись по всему залу. Дублет Кайо по бокам был расшит оскалившими клыки мантикорами с расправленными крыльями.

— Что здесь…

Шелтран де Барвен вскочил на ноги, но тут же получил удар древком копья по лицу.

Остальные члены собрания, поднявшиеся со своих мест, тут же сели обратно. Их лица исказились от страха и полного недоумения.

— Милорд Маркос, — прошептал Янвиль Коутс, — вы…

— Молчать! — Лицо Кайо побагровело от гнева.

Коутс рухнул обратно на стул, ошарашенно глядя на Кайо.

Остановившись в метре позади Маркоса, Кайо развел руки в сторону.

— Надо полагать, вы хотели бы знать, что же здесь происходит, — скалясь в безумной ухмылке, провозгласил принц. Он сделал шаг к отцу, и, склонившись прямо над его ухом, прошептал, —

ты поплатишься за свою трусость, старик.

Маркос ощутил, как его прошиб озноб. На его лбу выступила испарина, но он по-прежнему сохранял невозмутимое выражение лица. Архонт Солнечного Копья был не в силах произнести ни слова. Маркос Олуик понял, что окончательно потерял своего сына. И, возможно, куда раньше, чем он мог себе представить.

Кайо залился в приступе дикого хохота, и, отстранившись от отца, начал обходить стол.

— Господа, как вы, должно быть, знаете, — нарочито размеренным тоном заговорил принц, — в последнее время наше славное государство словно застыло на месте.

Кайо небрежно взмахнул рукой.

— Мы перестали развиваться.

«Тигровые Сыновья» выстроились вдоль стола с двух сторон.

— Многие зарубежные государства разрывают с нами союзы, а кто-то и вовсе перестал принимать «Солнечное копье» всерьез. Среди них даже бытует мнение, что от «великой державы-завоевателей» мы перешли в статус «трусливых торгашей».

Члены собрания обеспокоенно переглядывались между собой.

— И, к сожалению, вынужден признать, что в этом действительно есть доля правды.

Кайо наклонился над капитаном армии «Солнечного копья», Тексисом Морангой.

— И только в нашей с вами власти исправить столь досадное положение, — принц хлопнул Морангу по спине, и, продолжая улыбаться, пошел дальше вдоль стола, — мы обязаны вернуть нашей Родине было величие.

Кайо встал у изголовья стола, ровно напротив отца.

— А для достижения этой цели, — повысив голос, принц развел руки в сторону, — не получится просто отсиживаться на месте, торгуя остатками наших истощенных ресурсов и надеяться, что этого хватит влачить существование несколько ближайших десятилетий.

Кайо Олуик цокнул языком и медленно покачал головой.

— Нет, этого недостаточно. Мы должны действовать уже сейчас, должны позаботиться о благополучии будущего поколения, наших детей, внуков, правнуков и десятков поколений вперед.

Кайо поднял вверх сжатую в кулак ладонь.

Маркос впервые за все это время поднял взгляд на сына, и увидел на его лице смесь лютой ненависти и безграничной злобы.

«Нет, — в ужасе подумал он, — это не мой сын.»

Кайо смотрел Маркосу прямо в глаза и злобно ухмылялся.

Пару секунд в зале заседаний сохранялась полнейшая тишина, а затем Кайо кивнул одному из гвардейцев и по его команде «Тигровые Сыновья» выставили копья вперед.

— И с сожалением вынужден сообщить, — продолжил принц, — что те из вас, кто не готов к переменам и не желает добиться светлого будущего для жителей всего «Солнечного копья», а не только для своих собственных карманов, боюсь, не смогут и дальше занимать свои должности.

«Тигровые Сыновья» приблизились на шаг к столу, заняв позиции прямо позади каждого из члена собрания.