Тео Носик и Генерал

Брок Петер

Бублик был настроен менее пессимистически. Но и он предвидел немалые трудности с этой четверкой из бывшего «Генерального штаба».

— Вполне возможно, что ребята придут. Только вот Генерал? Он-то вряд ли.

— Ладно, с ним поговорим на сборе, — предложил Носик.

— Нет, это неверно! — заявила Точка.

И тут выяснилось, что она уже обсудила этот вопрос с лейтенантом.

— Он говорит, что тащить их насильно неправильно. Будьте уверены, если только в этот день у них не разболятся зубы, они явятся на пустырь.

Но будут разыгрывать обиженных. Впрочем, это не так уж важно. «Однако, — сказал товарищ лейтенант, — настоящая победа будет одержана лишь в том случае, если они придут добровольно».

Ребята еще долго и горячо спорили.

Вдруг Точка вскочила:

— Хватит! Сидим тут, будто нам делать нечего. А ведь через неделю открытие. Надо действовать. Товарищу Турму придется предоставить мне отпуск на неделю. Ну, пока!

Только они ее и видели.

Ребята искоса поглядели друг на друга. Вытаскивать передатчик? Уж очень любопытно. Да и руки чешутся собрать его. И вот все сомнения отброшены.

— Провода у меня хватит, — сказал Носик. — Может, лейтенант даже обрадуется? Мы ведь не будем вести передачи. Мы только соберем. И сделаем ему сюрприз. Вот здорово!

— Нет, все равно нельзя, — сказал Бублик. — Тебе ведь хочешь не хочешь, а придется его испытывать. А это запрещено.

Он перелистал «Радиолюбитель». Черным по белому там было написано, что пользование передатчиком без разрешения, а также передача каких-либо сообщений карается по закону.

— Черт побери, если бы Генерал только знал!.. — воскликнул Носик. — Вот глаза бы вытаращил. Передатчик наверняка задел бы его за живое.

Кто-то позвонил. Они снова стали запихивать передатчик на полку, да так торопливо, что он чуть не свалился. А сверху прикрыли его «Радиолюбителем». Только тогда Носик пошел отпирать дверь.

Появился Пингвин.

— Я на минутку. Думаю: «Чего они тут поделывают?» сказал он простодушно.

Ребята недоверчиво поглядели на него. Что ему здесь надо? Для начала Пингвин стал крутить разные выключатели и вообще наводить легкий беспорядок. Какой-то мотор завелся, вспыхнуло несколько контрольных лампочек, завертелся вентилятор. У Пингвина было такое выражение лица, точно он попал к пульту управления завода-автомата.

— Ре-е-бя-я! Здорово у вас тут! — то и дело повторял: он. — А если я на этот стул сяду, что со мной будет?

— Вылетишь в форточку, — буркнул Бублик и ухмыльнулся.

Носик и Бублик продолжали возиться с монтажом приемника и перестали обращать внимание на Пингвина. «Пусть немножко потрепыхается», — решили они.

Вдруг Пингвин произнес:

— Согласно закону, подпольной передачей считается всякая передача, осуществляемая без соответствующего разрешения…

Носик вскочил и вырвал у него из рук журнал. Тут же подбежал и Бублик.

Пингвин испуганно глядел на обоих.

— Чего это с вами?

— Ты что, рехнулся? — спросил Бублик. — Что еще

за «подпольная передача»?

Только теперь Пингвин обратил внимание на небольшой передатчик на полке.

— Вы хотите… — И глаза его загорелись от любопытства.

— А ты, часом, не того! — постучал его Бублик пальцем по лбу.

Однако Носик довольно заметно подмигнул Бублику и сказал:

— Ну… ну и что? Только никому ни слова! Слыхал? Никому! Главное — Генералу!

У Бублика перехватило дыхание. Что это значит?

— Ре-бя-я! Передатчик! — благоговейно выдохнул Пингвин. — Генерал лопнет от зависти, когда узнает.

Носик улыбнулся. «Правильный ход», — подумал он.

— Никому не рассказывай, Пингвин, — прошептал он на ухо шпиону. — Через неделю мы начнем передачи. Там, на площадке. Приходи, коли охота будет.

Бублик наконец понял, какую игру затеял Носик. «Хорошо только, если это останется игрой, — подумал он. — А уж Генералу передатчик наверняка по душе придется».

— Классно! — Пингвин сиял. — Но я ведь, если приду, налечу на вашу сигнальную систему и влипну? Нет, не на таковского напали!

Носик скорчил таинственную мину и сказал:

— Будь внимателен у изгороди и у входа в барак. Но молчок, ясно?

Пингвин кивнул. И страшно покраснел.

А Носик продолжал гнуть свою линию и потребовал от него честного слова.

— Честное слово, — прошептал Пингвин.

Что он его не сдержит, хорошо понимали все трое. Но никто не говорил об этом. Потом Пингвин сказал:

— Ну, ладно, мне пора. Отец будет ругаться, что так долго не возвращаюсь.

И он исчез.

— Через недельку загляну, — пообещал он снова, уже в дверях.

Бублик и Носик весело расхохотались. И стали развивать планы, как разжечь любопытство Генерала и его друзей. Решили распустить самые невероятные слухи. Только Точка и Рената будут знать, что все это выдумки. Бублик вызвался сию же секунду помчаться к Точке и все ей рассказать.

— А те пусть лопнут от любопытства, — повторил он, уходя.

Носик же достал с полки передатчик и склонился над схемой. И чем больше он ее изучал, тем чаще мысли его принимали недозволенное направление. «Модулятор у меня найдется, — размышлял он. — Для микрофона можно одолжить из маминого проигрывателя пьезокристалл…»

Он бегал из угла в угол. «А если я соберу его совсем один, — думал он. — Бублику вовсе не обязательно знать об этом. Но если все выплывет, тогда…»

Он не решался даже думать об этом.

Пингвин приземляется на Марсе

До тех, кто проходил в этот день мимо старого барака, из открытых окон доносились слова диковинной команды:

— Внимание, внимание! Космодром! Взлетная площадка свободна? Сигнализация флагами после команды «на старт»! Доложите о технике безопасности! Алло, Бублик, ты меня слышишь?