Тепло твоих рук

Тейлор Дженел

– Но они не мои! – возмутилась Кайла. – Я понятия не имею, как они оказались в моем рюкзаке.

– Бога ради, – презрительно сказала Марни. – Неужели ты не можешь придумать что-нибудь получше?

– Я говорю правду! – крикнула Кайла.

– Вряд ли бы она сама дала рюкзак для осмотра, если бы знала, что вы найдете там фломастеры, – заметила Оливия.

– Думаю, она считала, что спрятала их в потайном отделении, – заявила Брианна. – Но для этого она слишком тупа.

– Заткнись! – рявкнула Кайла.

– Хватит! – остановила

их директор, несколько раз ударив в ладони.

– Папа, я не делала этого! – воскликнула Кайла, заглядывая ему в глаза.

В первое мгновение Зак поверил дочери, но в следующий же миг начал сомневаться. Черт! Ему хотелось ей верить. Но плакаты были выходкой как раз в ее стиле. Да и фломастеры обнаружили в ее рюкзаке.

Но дело в том, что Кайла совсем не умела лгать. Она обычно признавалась во всех своих проделках. Правда, если бы она призналась в этом, ее не допустили бы до участия в конкурсе «Истинная красота».

– Так исключат ее или нет? – поинтересовалась Марни.

– Мистер Арчер, – обратилась к нему директор, – что вы скажете по этому поводу?

Зак глубоко вздохнул.

– Если Кайла говорит, что не делала этого, я ей верю. Моя дочь не лжет.

– Ты что, издеваешься? – возмутилась Марни. – Не успела она вернуться после отстранения от уроков, как вновь попала в неприятности. Она и есть самая большая неприятность!

– Директор Сайкс, я не намерен сидеть здесь и выслушивать оскорбления в адрес моей дочери. Я сожалею о появлении этих плакатов, они отвратительны, но Кайла тут ни при чем. – Зак встал, а за ним поднялась и Оливия. – Так что если у вас нет доказательств виновности Кайлы, я бы хотел закончить эту встречу.

Марни поднялась и схватила дочь за руку:

– Пойдем, Брианна. Я не намерена ни секунды больше оставаться в одной комнате с этими хищниками. – Они пулей вылетели из комнаты. Директор покачала головой.

– Спасибо, что приехали, – устало сказала она.

По дороге на улицу Кайла спросила:

– Папа, ты мне веришь?

– Да, верю.

Она бросилась в его объятия, по ее щекам текли слезы.

– Оливия, а ты мне веришь?

Оливия улыбнулась и сжала ее руку.

– Да. Девочка, с которой я познакомилась, не стала бы такого делать.

Кайла облегченно вздохнула.

– Думаю, я пойду на урок истории. Правда, осталось всего полчаса. – Она наклонилась к Оливии: – Мне нравится один мальчик в нашем классе.

Оливия улыбнулась:

– Увидимся дома.

Кайла побежала по коридору к своему классу.

– Почему эти фломастеры оказались в ее рюкзаке? – спросил Зак.

Оливия пожала плечами:

– Розовый и оранжевый ее любимые цвета.

– Правда?

– Она мне об этом уже три раза сказала. Она хочет надеть розовое платье на чтение эссе и оранжевую юбку на устную презентацию.

– Ты считаешь, что плакаты случайно оказались оранжевыми и розовыми? – спросил Зак.

Оливия положила руку ему на плечо:

– Я знаю,

что это звучит глупо, но да. Я говорила с ней абсолютно серьезно. Девочка, с которой я познакомилась, не стала бы этого делать, не опустилась бы до этого. Кайла не скрытная. Она всем прямо в лицо говорит, что она о них думает.

– Это правда, – согласился Зак. – Пассивно-агрессивной ее не назовешь. Она скорее агрессивно-агрессивная.

Оливия засмеялась:

– Возвращайся на работу. Я буду дома, когда Кайла придет из школы.

Зак поцеловал Оливию в губы. Неизвестно, кого это удивило больше: ее или его самого.

Глава 19

Следующие несколько дней прошли без происшествий. Без плохих происшествий. Из школы больше никто не звонил. Джоанна не закатывала сцен. Она отклоняла все приглашения зайти на чашечку кофе, но по крайней мере болтала о погоде. Нападения на Оливию тоже прекратились.

Так что когда телефон Оливии зазвонил, она ответила без обычного волнения.

А волноваться следовало бы.

– У нас сегодня встреча конкурсанток и их родителей, – сказала Колин. – Если вы не сможете сегодня прийти, боюсь, что ваш голос не будет засчитан.

– Колин, а по поводу чего собрание? Что-то произошло?

– Еще бы, – загадочно ответила Колин. – Собрание сегодня в шесть в зале ратуши. Мне нужно еще обзвонить всех остальных, так что до вечера.

– Кто звонил? – спросил Зак, выглядывая из кухни. Он готовил праздничный ужин по поводу окончания Кайлой ее устной презентации. Она не сказала им, кто для нее самый влиятельный человек, но кружилась и танцевала по всему дому. В данный момент Кайла была у себя в комнате. Пыталась продумать возможные вопросы и ответы финального тура.

– Это Колин. Не знаю, что у них случилось, но мне кажется, это серьезно. Они созывают внеочередное собрание конкурсанток и их родителей в шесть часов.

Зак вздохнул:

– Вот и готовь вам после этого курицу.

Когда Оливия, Зак и Кайла приехали в ратушу, собрались уже все, кроме Дини и ее мамы. Все расселись на своих местах, перед ними встала Колин, вид у нее был встревоженный.

– Еще несколько минут подождем Маккордов, а затем начнем собрание, – объявила она.

– Можно начинать прямо сейчас. Кайла-то пришла, – крикнула Ева, вскакивая с места. – Ведь именно она послала мне письмо.

Оливия посмотрела на Кайлу. Но девочка была удивлена этим известием ничуть не меньше, чем сама Оливия или Зак.

– Какое письмо? – спросила Кайла, глядя на Еву.

– Как будто ты не знаешь! – закричала Ева.

– Может быть, кто-нибудь объяснит нам, что тут происходит? – спросила Марни, скрещивая руки на груди. – Хотя, мне кажется, я начинаю понимать. Похоже на то, что произошло с Брианной на прошлой неделе, – добавила она и, прищурившись, посмотрела на Кайлу.

Колин посмотрела на часы, потом на дверь зала.