Теплообмен
Шрифт:
Эшли не могла видеть его в своей спальне, собирающего вещи. Бросить парочку вещей в вещевой мешок было бы нормально. Но коробки с вещами показывают, что он собирается оставаться у Скотти ещё довольно долго, чтобы дать ей некоторое пространство.
Дэнни взял четыре коробки из грузовика, пока Эшли сидела на диване, тупо пялясь в телевизор. Она бы могла заплакать или закричать, но почему-то не получалось.
Когда он спустился вниз с пятой коробкой, Дэнни колебался у лестницы, и Эшли увидела его страх. Он собирался сказать
Она встала и подошла к нему.
— Это всё?
— Думаю, что у меня есть всё, что мне нужно на данный момент.
— Я имею в виду, что это всё, что ты просто соберешь всё свое дерьмо и свалишь, даже не поговорив со мной?
— Я не знаю, что сказать Эш. Я тот же парень, в которого ты влюбилась. Тот же парень, за которого ты вышла замуж. Я не понимаю, почему тебе не достаточно этого.
— Нет, Дэнни, — её горло болело от эмоций, кипевших внутри. — Это не... Я не сказала, что мне недостаточно этого. Я никогда так не говорила.
— Я не знаю, чего ты хочешь от меня.
— Я хочу, чтобы ты делился своими чувствами со мной.
Он смотрел на неё так долго, что она уже решила, что он не ответит, но потом вздохнул и сказал:
— Я думал, что делал это. Я всегда говорил, что люблю тебя. Я не... Я не знаю, что еще нужно.
— Я хочу знать обо всех твоих чувствах. Хороших. Плохих. Громких. Беспорядочных. Обо всех, потому что я твоя жена, и я устала от того, что ты всё скрываешь.
Она смотрела на него и видела, что выражение его лица изменилось, словно что-то сдерживало бурю и она понимала, что он не хочет говорить об этом.
— Я не такой парень, который любит что-то показывать, Эш. И я не хочу приходить домой, чтобы потом скулить о своей работе. Я имею дело с грёбанной грудой документов, один из парней вечно ноет, о своей доле дома и о том, что его жена решила стать вегетерианкой и спрятала мясо. Эйден рвёт волосы на своей заднице, но я не знаю почему. Ты хочешь выслушивать всё это?
Эшли почувствовала вину, потому что она знала из-за чего Эйден рвёт волосы на своей заднице. Но она не могла рассказать об этом Дэнни, потому что иначе предала бы доверие сестры. И Дэнни работал вместе с Эйденом и Скотти, так что если тот что-то узнает, то получится хреновое шоу.
Но сейчас, это не имело значения. Они были взрослыми, а это не её проблемы.
— Да, я хочу знать, каким тяжёлым был твой день. Может это глупо и по-детски пытаться заставить тебя принять мою помощь, сообщив, чего я хочу, но ты даже не попытался что-то изменить. Ты просто ушёл.
Он сжал челюсть, прежде чем заговорил.
— Ты сказала, что тебе нужно пространство, и я дал его тебе. Я не тот парень, который отказывается уйти, когда его об этом просят. Я не такой.
— Ты даже не выглядишь расстроенным.
— Я был расстроен, — она посмотрела на него и увидела, как он с трудом сглотнул. — Это был худший вечер в моей жизни, Эшли,
Это было заманчиво. Она могла бы сказать лишь слово, и он бы остался сегодня в её постели. Они бы проснулись завтра утром и всё было бы как и прежде, словно ничего такого и не было.
Но Дэнни даже не прикоснулся к ней. Его рука даже не дёрнулась, как будто он не хотел прикасаться к ней. Он оставался всё той же кирпичной стеной, об которую она устала биться.
— Нам нужно сходить на консультацию, — сказала она и получила эмоциональный отклик.
Просто гримаса, но она видела её, прежде чем та исчезла. Конечно, он станет сопротивляться этому, ведь там придётся показывать свои чувства.
— Я не хочу возвращаться к тому, что было.
Он быстро кивнул, поджав губы.
— Если ты найдешь кого-то, то я приду, но не знаю, поможет ли это. Я такой, какой есть, Эш, и не думаю, что пара сеансов терапии это изменит.
— Надеюсь, ты ошибаешься.
Дэнни прижал коробку к бедру и вздохнул.
— Просто дай мне знать. И сделай одолжение. Если ты подашь на развод — дай мне знать. Пожалуйста, не надо тащить бумаги домой.
Эшли практически ничего не видела перед собой из-за слёз, которые грозились вырваться наружу, так что она вцепилась в ладонь ногтями.
— Я не сделаю этого.
— Спасибо. Я... Спокойной ночи. Полагаю, мы скоро поговорим.
— Спокойной ночи.
Эшли закрыла входную дверь и прислонилась лбом к деревянной поверхности. Глотая воздух, она попыталась сдержать рыдания, но это было чересчур. Она соскользнула на пол и обхватила колени, разразившись слезами.
Глава 9.
В прайм-тайм (прим.: пиковое телевизионное время) по телевизору не было ничего интересного, примерно, как и дневное время, подумал Эйден. Или может он просто даже после перекуса и горячего душа был в скверном настроении.
Он остановился на каком-то историческом документальном фильме, надеясь, что нудный голос рассказчика заставит его уснуть. Может ночью он пожалеет о том, что спит на диване, но, по крайней мере, он не будет лежать в кровати и пялиться в потолочный вентилятор.
Спустя час, он не только не спал, но даже узнал много нового о сумчатых, больше, чем ему требовалось знать. Он взял пульт, но вместо того, чтобы пощёлкать дальше, просто выключил телевизор. Лучше бы он лежал в постели и смотрел на вентилятор, может быть, и заснул бы уже.
Когда он встал, его телефон завибрировал на кофейном столике. Сообщение было от Лидии, и целый поток смешанных эмоций промчался в его голове: желание увидеть её, воспоминание о полученном ею удовольствии и осознание того, что Лидия не хочет осложнять отношения между ним и Скотти.