Теркес

Баландина Екатерина Витальевна

— Вот, это правильно. Все бы люди так мыслили.

Затянулась пауза.

— Ты мне нравишься. Давай дружить? — Сказала Лина.

— Ты серьезно хочешь со мной дружить?

— Ага.

— Ладно.

— Давай встретимся здесь же через десять дней.

— Десять?

— Меня бабушка берет в деревню.

— Давай.

— Пока, мне пора.

— Пока.

Лина умчалась вдаль. Кити посмотрела на уменьшающуюся фигуру и поднялась.

Тяжко вздыхая, Кити направилась к убежищу. Она приоткрыла дверь. И открылась

странная картина. На диване сидит Даке. На спинке, свесив ему на плечи ноги, сидит девочка, лет тоже тринадцати. У нее были черные, вьющиеся до поясницы волосы, овальное лицо, зеленые глаза и летнее платьице. Она ерошила волосы на голове Даке и смеялась каким-то мяукающим смехом.

— О, сэмпай! У вас такие волосы! Их можно потягать!

Даке поднял голову.

— О, Кити!

Кити хмыкнула и, поднявшись наверх, хлопнула дверью своей комнаты. Даке грустно опустил голову обратно в журнал. "И как мне быть? Она же, как кошка!" думал он. Хотя уже часа два страницу не переворачивал.

Кити рыдала в подушку, чтобы не было слышно.

— Почему? Почему именно он должен возиться с этой… мелкой девчонкой? Да она же даже сделать ничего не сможет! А если с сэмпаем что-то случится? ААААА!

Кити начала привыкать к девочке. Со временем. Кити видела, что эта "малютка" не сможет даже каплю воды призвать.

Сами подумайте, что может сделать маленькое нечто? Просыпать из миски корм? Пролить воду? Стащить со стола селедку и утащить ее под кровать?

Это единственная мысль, успокаивавшая ее. Однако Кити не могла даже поговорить с Даке. "Малютка" тут же его утаскивала кататься на каруселях или есть сахарную вату.

Если проблема назревает, то ее не успокоить. Если она разгорелась, то она будет мучить и разрастаться, как мозоль. И если ее не убрать, она уберет тебя. Но убрать ее тоже не легче. В это утро она это поняла.

Абсолютно глупо.

Кити проснулась рано утром. Суббота. Она открыла глаза и посмотрела в потолок.

— Опять просыпаюсь в очередное глупое утро, опять вижу этот глупый потолок, сейчас встаю с глупой кровати и начинаю свой глупый очередной день.

За окном 10й день подряд плавали, как выразилась Кити, глупые облака. И ни одно из них не выронило ни одной глупой капли.

Небо было белое от облаков. За окном прохладно. Дул холодный ветер. Он бился в стекла, но окно Кити его не пускало. Серо-голубые занавески напоминали крылья умирающего мотылька.

Кити вышла из своей комнаты. Она пинком выгнала Кодоку из ванной и заперлась изнутри. Кодоку потер ушибленный затылок. К нему подошел Томохару.

— Доброе утро, Кодоку.

— И вам всего наилучшего.

— М-да. Мне кажется, она стала какой-то злобной и раздражительной.

— Не то слово. Я одним видом вывожу ее из себя.

— Не в тебе дело. Она сейчас обозлилась на

весь мир. И никто не знает, почему.

— Даже Даке?

— Ага. Да они и не общаются особо.

С кухни выбежала "Малютка". Она смеялась и тянула за собой Даке за руку.

— Пойдемте! Пойдемте скорее! Новое мороженое продают! — говорила она.

Томохару недовольно смотрел на девочку.

— Я бы сказал, совсем не общаются. И все портит эта маленькая… как бы помягче…

— Луна.

— Чего?

— Ее так и зовут. Луна.

— Не удивительно. Лунатики на нашей планете. — С этими словами Томохару развернулся и ушел.

Дверь ванной открылась. Грозная Кити бросила грозный взгляд на Кодоку.

— Понял, сэмпай.

С этими словами Кодоку, как на эстафете бросился бежать. Кити посмотрела ему в след.

— Глупый.

Кити пришла на кухню. Там сидел Даке. Один. Больше никого. Кити подошла к шкафчику и достала оттуда кукурузные хлопья.

Даке ударил стаканом об стол.

— Доброе утро, Кити…

— Вам того же.

— Мне показалось… что в последнее время ты слишком хмурая…

Кити молча подошла к холодильнику и достала оттуда молоко. Даке решил продолжить.

— И мы давно не говорили…

Молчанье.

— Что у тебя нового?

— Одно открытие.

— Какое же?

— Со дня принятия Луны прошло 10 глупых дней. Десять.

— Я что-то не… — Улыбка Даке начала увядать.

— Вот именно, "не". Вы не видитесь со мной, не общаетесь и у вас, даже нет времени на общение со мной.

— Просто, Луна…

— Что и следовало ожидать. Луна. Вы все время с ней. Хотя, я заходила к вам в комнату. Вы сказали "занят". Я подходила к вам. Что же вы сказали?

— Я говорил… что занят.

— В том и дело. А чем вы заняты? Неужели, у вас даже нет времени на общение со мной? Со старым другом?

— Ты хочешь сказать, что…

— Именно это я и хочу сказать. Выбирайте.

— Но это же глупо! — Даке ударил кулаком об стол. — Я не могу выбирать!

— Тогда о чем разговор?

— Просто… мы с тобой дружим… а с ней я работаю.

— Смотря, над чем.

— Предлагаешь мне выбрать? Выбрать работу или… или…

— Хм.

— Что же с тобой такое происходит? Ты мне близка, но и она… Кого из вас выбрать?

— Затруднение? Тогда нам не о чем говорить. — Кити развернулась.

— Постой! Не уходи! Я не хотел тебя обидеть… — Даке схватил Кити за запястье.

— Ха, обидеть меня? Это же глупо, — Кити ткнула указательным пальцем в лоб Даке, — с э м п а й.

В кухню сунулась Луна.

— Даке… Даке! — Луна подбежала к Даке и обняла его. — Эта девочка тебя обижает, да?

Кити хмыкнула и вышла с кухни, сорвав со своего запястья руку Даке. Даке печально сел обратно за стол.

Кити вошла в комнату и хлопнула дверью.

— Черт побери! Он невыносим!