TERRA NOVA
Шрифт:
II
Остаток рабочего дня прошел без инцидентов. Декстер успокоился и вновь вернулся к своим дурным привычкам и пессимистично-угрюмому настроению. Не потому, что его что-то расстраивало, а потому, что в таком угрюмом, саморазрушающем настрое ему было вполне комфортно. Это была его личная норма. С утра он тоже был угрюм, и был таким же недовольным при встрече с двумя крестоносцами, но это было не то. Ему не было комфортно. Что-то терзало и тревожило его больше обычного, да так, что даже сигареты не спасали, а благодарность хозяина бара вдруг ужалила его куда-то в самое нутро. Он вдруг становился максимально уязвимым и терял контроль над собой и своей угрюмой маской. Как будто в этот миг он превращался в самого себя, того маленького мальчика пяти лет, когда ему сообщили о гибели родителей. Когда он не мог ничего сам и был максимально уязвим. Но Декс считал, что его настоящее «я», это
Отработав три часа, Декстер завернул в ближайшую забегаловку перекусить. Пожалуй, единственное, что нравилось Дексу во власти ордена – это их взгляд на работу. По каким-то там их «догмам», каждый Гражданин обязан был заниматься деятельностью. И эта деятельность делилась на личную и общественную. Под общественной подразумевалась обычная работа где-либо. Декстер отдавал свой «общественный долг» нянчась с двухметровой металлической детиной. На это, по правилам вездесущего ордена, отводилось от четырех до восьми часов. За четыре часа работы платили 75 процентов от возможной оплаты, за шесть часов 100 процентов, а за восемь – 125 процентов. Декс работал в патруле шесть часов, имея возможность прерваться на полчаса на обед. Если же, он сталкивался с какими-то правонарушениями, то мог задерживаться на дольше, и тогда оплата за этот день шла по расценкам восьмичасового дня. Впрочем, главное было не в этом. А в «личной деятельности», как ее называл орден. Из двадцати четырех часов суток – восемь отводились на «здоровый сон», а значит оставшиеся расчеты шли лишь из шестнадцати часов. Так, отработав на «общественной деятельности», Гражданин был обязан отдохнуть равное количество часов, а затем получить выходной на «личную деятельность». Так Декс и работал. Спал он, конечно, не сколько было положено, но это было уже его личное дело. Затем, он работал шесть часов в патруле, а после получал десять часов «свободного времени», слагаемые из шести равных работе и еще четырех оставшихся, что были «свободными». Следующий же день полностью отводился под «личную деятельность», что для Декса было просто обычным выходным, который он тратил на просмотр телика и походы по «злачным» заведениям. После чего, цикл повторялся.
Подойдя к уличному терминалу популярной бургерной, Декстер кивнул андроиду.
– Постой в сторонке, ПиДи, – произнес он, указывая рукой в сторону. – у меня обед.
Андроид, услышав командную фразу, послушно шагнул к бордюру и застыл, перейдя в состояние ожидания. Декс, в свою очередь, коснулся терминала и стал выбирать, чем же он хочет пообедать. Подавляющее большинство кафе и ресторанов работали по автоматическому принципу. Люди только готовили и передавали заказ клиенту. Принимал же заказ, практически всегда, автоматический терминал. Декс, пробежавшись глазами по меню, выбрал себе бургер с курицей и газированный напиток. Как только он подтвердил заказ на экране тут же выскочило табло, с указанием количества калорий заказа, состава, а, главное, с указанием о нездоровой пище. Газировка и бургер – было не самым полезным питанием, но Декса это не волновало. Он быстрым нажатием, не читая, убрал всплывшее окошко и приложил карточку к принимающему оплату терминалу. Тут же появилось другое окно с фамилией и инициалами, а также сумма заказа, списанная с его счета – 280 Кредитов. Не так много для его зарплаты, если бы не множественные коэффициенты, что сильно урезали его зарабатываемые средства. Декстер фыркнул, увидев остаток на счету: 3 800 Кредитов. Девятнадцатого числа была зарплата, а следующее начисление только пятого числа предстоящего месяца. На эти деньги ему придется прожить остаток времени. «Идиотские цифры!» – выругался про себя Декс, направляясь к окну выдачи. С учетом времени работы, его зарплата должна быть весьма внушительной. Как у того же Винсента. Однако, из-за пассивности Декса, индекс симпатии Граждан вносил слишком сильные коррективы в его доходы. Так, в среднем, его зарплата должна колебаться в районе двадцати тысяч кредитов, что, в целом, довольно сносно. Но, у Винсента, из-за его «добропорядочности» и «заинтересованности» зарплата выросла почти вдвое. «Тьфу! – фыркнул Декс, запивая бургер напитком. – Бесит, до невозможности!» А вот у Декстера, напротив, из-за упавшего на минимум индекса симпатии – зарплата упала до жалких двенадцати тысяч. «Ну и черт с ним, – выругался юноша про себя, прожевывая пищу, что камнем падала в желудок. – проживу как-нибудь!»
Вернувшись с патрулирования, Декс передал своего верного
– Эм… Извините… Мистер Шоу? – запинаясь и, явно, смущаясь от того, что вошла в раздевалку без стука, спросила девушка. – меня зовут Аманда… простите еще раз… вас ждет мистер Стоун… в своем кабинете…
– Ничего страшного, Аманда, я уже оделся, – как мог ласково сказал Декс и улыбнулся ей, хотя весть, что она принесла, вряд ли его порадовала, – я сейчас к нему поднимусь, только подпишу отчет.
– Эм… дело в том, что мистер Стоун ждет вас до того, как вы подпишите бумаги…
Неприятные предположения пронеслись в голове Декса.
– Что ж, раз так, тогда я поднимусь сейчас, – вновь улыбнулся Декс девушке, но в этот раз получилось нелепо. Впрочем, она не виновата, что его вновь будут отчитывать о качестве его работы.
Ему было не впервой оказываться на ковре перед начальником и выслушивать о себе нелестные слова, но всегда все заканчивалось хорошо, поскольку Роберт Стоун, глава этого полицейского департамента, не мог, почему-то, долго злиться на своего подопечного. Может быть из-за того, что Декс был сиротой и Стоун относился к нему как к своему сыну. Не самому умному и не самому способному, но все же как к сыну, пытаясь подарить мальчишке хоть какого-то «отца». Однако в этот раз Декс чувствовал, что все так хорошо не закончится. Еще бы, дважды за день общаться с всевластными фанатиками – такое явно не к добру.
Кабинет Стоуна находился на последнем этаже 8-ми этажного здания полицейского участка. Для наиболее эффективного строительства все здания в полисах возводились небольшими по площади фундамента, но сильно вытянутыми вверх. Кабинет Стоуна был прямоугольной формы, входя в него, Декс сразу упирался в Т-образный стол на конце которого сидел сам Роберт, а вытянутая часть предназначалась для сотрудников. Справа от входа тянулся ряд панорамных окон, в которых виднелся вечерний город, укрывающийся под красноватыми лучами склонившегося к горизонту солнца. Начальник – полноватый мужичок зрелых лет, с залысиной на блестящей голове и небольшими, но добрыми глазами, сидел во главе стола и делал что-то в своем компьютере. За спиной Стоуна виднелась дверь, ведущая в более мелкий, но более уединенный кабинет. На столе у Роберта стоял тончайший экран компьютера, не самый новый, но достаточный чтобы справляться с огромными потоками данных ото всех сотрудников и андроидов.
– Заходи, Декс, присаживайся, – достаточно добродушно проговорил Стоун, что насторожило Декстера еще больше. – и будь добр, расскажи-ка мне, что там за история… с пылью, кажется?
– А, разве ПиДи не составил подробный отчет? – спросил Декс, присаживаясь за стол почти на краю, подальше от своего босса.
– Его отчет лишь наполнен статусами «противоречиво» и «передано Ордену», – растянуто объяснял Роберт, жестикулируя. – ты же знаешь, машина, что с нее взять? Я хочу узнать, по-человечески, что там произошло.
– Да… там… – начал Декс, понимая, что воспоминания ему даются с трудом из-за неприязни ко всему произошедшему. – паренек какой-то неместный… нажрался чего-то… вот хозяин и поднял бучу…
– Это понятно, дальше то что? – начиная постепенно терять терпение, перебил его Стоун. – причем там Орден? Почему ты не решил вопрос сам, если робот определил нарушение как первый уровень?
Декстер начал понимать к чему все шло.
– ПиДи решил, что нарушения не было, что я должен был сделать? Отпустить его? – начал повышать голос Декс, но до крика еще не дошло, – Он же был под несертифицированным веществом! Это нарушение…!
– Запрещено изготовление, хранение и сбыт! – почти криком парировал Стоун. – употребление – не наша забота! Ты должен был отвезти парня в клинику, накачать ингибиторами и допросить, а не Ордену его спихивать!
– Вот пусть орден и занимается этим, – почти себе под нос пробубнил Декс. Он вдруг превратился в мальчишку, которого отчитывают за хулиганство. – они у нас всесильные, самые правильные и справедливые. Они пусть и решают эту спорную ситуацию…
– Она не была спорной, – спокойно ответил Стоун и повернулся в сторону панорамных окон. – а Орден теперь может указать на твою не… – он пытался подобрать правильное слово, чтобы не обидеть Декса.