Террорист №1
Шрифт:
– И это все? – несколько разочарованно произнес Романцев, оглядываясь по сторонам. – А я-то уж и вправду подумал…
Его тайные страхи не оправдались. Помещение, посередине которого он стоял, почти в точности копировало его служебный кабинет в здании на Шаболовке, где базируется возглавляемый им аналитический отдел ГУБОП. На мгновение в мозг закралась мысль, что он и вправду находится в своем родном офисе, который занимает вот уже восемь лет… И что вот сейчас, в эту самую секунду распахнется настежь дверь, на пороге возникнут двое его замов или кто-то другой из его подчиненных; и тогда, увидев их ухмыляющиеся рожи, он врубится наконец, что все происходящее с ним –
Но нет, наваждение, завладевшее мозгом на короткий миг, тут же рассеялось. Потому что, помимо всего прочего, существовали кое-какие детали, на которые он не мог не обратить внимания даже в своем нынешнем бедственном положении.
На письменном столе, свободном от бумаг, лежал ноутбук – с откинутой крышкой, но не включенный пока в работу. Справа от ПК на столешнице находится жесткий диск, заключенный в прозрачную подложку. Похоже на то, что это и вправду его «чемоданчик», во всяком случае, этот ноутбук выглядит точь-в-точь как тот, которым он привык пользоваться на службе… Есть только одно «но». Никогда и ни при каких условиях, покидая даже ненадолго свой кабинет, он не оставлял на виду свой портативный ПК – не то чтобы он опасался того, что в его отсутствие кто-то может скачать какую-то информацию – доступ к базе получить не так легко, – а просто порядок есть порядок… Будь то служебные документы или программное обеспечение для персоналки – оставлять беспризорными их не положено. И вообще самые ценные сведения и самые опасные тайны надежнее всего хранить в собственной голове.
Имелось еще несколько деталей, на которые он не мог не обратить внимания.
Справа от кресла, на приставном столике, стоял автоответчик фирмы «Филипс» – точно такой же аппарат он поставил в квартире, которую снял для себя после развода. Чуть дальше, возле окна, плотно задернутого портьерами, – скорее всего там было не окно, а глухая стена – на подставке темнел телевизор «Сони», точная копия телеящика, который он приобрел недавно для своего нынешнего холостяцкого жилья. В замочной скважине сейфа виднеется ключ, дверца слегка приоткрыта – явный непорядок. И последнее: в двух местах, почти под потолком, на кронштейнах установлены следящие телекамеры, а вот в его родном кабинете на Шаболовке ничего подобного и в помине не было.
– Ну и что это все означает? – поинтересовался он у женщины. – Не понимаю пока, зачем вы меня сюда привели? И объясните, ради бога, чего вы добиваетесь?!
– Скажите, Алексей Андреевич… Здешняя обстановка вам не кажется знакомой?
– М-м… Допустим, что так. Хотя я и не понимаю, зачем вам понадобилось создавать эту декорацию.
– Скоро поймете. Помещение, в котором мы сейчас находимся, является почти точной копией вашего служебного офиса на Шаболовке, не так ли?
– Да, с некоторой натяжкой.
– При помощи этой «декорации», как вы выразились, мы сейчас попытаемся смоделировать ситуацию, которая могла бы возникнуть сразу же по вашем возвращении из служебной командировки на Северный Кавказ.
– Меня там убили, если вы еще не знаете. А потом сообщили на весь мир, показав в кадре обезглавленное тело человека, одетого в форму полковника МВД.
Он присел на краешек письменного стола, помолчал немного, затем, бросив на женщину хмурый взгляд, негромко сказал:
– У меня двое сыновей, шестнадцати и одиннадцати лет. Не знаю, был ли я им хорошим отцом… У меня есть родители – они, слава богу, живы и здоровы. У меня также имеется свой круг друзей и знакомых, некоторые из них, правда, оказались предателями… Как вы думаете, что они испытали, каждый на свой лад, когда из
Лариса Сергеевна спокойно посмотрела ему в глаза.
– Все это, конечно, очень печально… Но я не буду вас жалеть, даже не надейтесь. Мы не можем позволить себе малейшей слабости. Потому что если расслабимся, если дадим волю эмоциям, то может статься так, что ваши нынешние неприятности на фоне других, гораздо более серьезных вещей, могут показаться сущим пустяком…
Она указала перстом на часы, висевшие на стене в аккурат перед глазами Романцева.
– Засекаем время, Алексей Андреевич. Сейчас ровно девять часов утра. Убедились в этом? Ну а теперь будьте предельно внимательны…
Бросив напоследок эту загадочную реплику, она тут же вышла, плотно прикрыв за собой дверь.
Глава 10
Романцев несколько секунд после ее ухода провел в полной неподвижности. Он не то что был напуган, но все же чувствовал себя не в своей тарелке. Он все еще не мог понять, чем они здесь занимаются, равно как не понимал, где, в какой географической точке находится, и в какие игры пытается его втянуть Карпинский-Стоун.
Ничего не произошло. Все пока оставалось на своих местах. Ничего не взорвалось, никто не закричал истошным голосом, земля не разверзлась под ногами. В полной тишине слышно, как в груди бьется сердце. Она что-то говорила про время, кажется?
Романцев перевел дух. Взглянув на свои наручные часы, которым он доверял больше, чем настенным, Алексей смог убедиться, что эта женщина его не обманула. Да, действительно, сейчас ровно девять утра и вот только что секундная стрелка пошла отсчитывать первую минуту десятого.
Удивленно хмыкнув, он слез со стола. Может, кто-то прячется здесь? Чуть наклонив голову, он заглянул под стол – нет ли кого-либо или чего-либо? Осознавая, что ведет себя до крайности глупо, подошел к «окну» и раздернул в стороны портьеры. Коснулся пальцами стены: как он и предполагал, это была всего лишь имитация окна. Затем подошел к сейфу, открыл дверцу пошире и заглянул внутрь, в его металлическое чрево.
Внутри, на верхней полке, лежал пистолет «ПСМ». Именной, с выгравированной на рукояти дарственной надписью. Подарок от руководства МВД, у которого Романцев до поры до времени был на хорошем счету.
Так, так… Все это, конечно, не случайно. Они что, за идиота его держат? Даже если он вооружится, вряд ли это решит все его проблемы. Чего они добиваются? Может, надеются на то, что он сам пустит себе пулю в лоб?
Как-то странно это все…
Он не стал даже прикасаться к пистолету. В нижней секции сейфа обнаружилось еще кое-что, а именно: шприц, наполненный до половины каким-то зельем, резиновый жгут, упаковка ваты и флакончик с бесцветной жидкостью. Они что, предлагают ему сделать самому себе внутривенный укол? Но он не наркоман, хотя не исключено, его пытаются подсадить на иглу; во всяком случае, никаких признаков ломки в его организме покамест не наблюдается.
«Будьте предельно внимательны…»
Вначале он подумал, что шприц наполнен кровью, но, разглядев ампулу на свет, понял, что это не так: стеклянный цилиндрик был заполнен наполовину некоей странной жидкостью алого, с перламутровым переливом, цвета. Он тут же вернул ампулу-шприц на место: что бы это ни было, ширяться этой штуковиной он не намерен.
Романцев застыл посередине комнаты. Чего они от него добиваются? Хотят, чтобы он включил ПК и посмотрел, что там записано на дискете? Сделал телефонный звонок? Включил «ящик» и просмотрел некий телесюжет?