Террорист №1
Шрифт:
– Военной прокуратурой на меня заведено одно дельце, – угрюмо произнес Романцев. – Надо полагать, вы в курсе?
– Да, мне доложили, – кивнул Стоун. – Дело заведено по статье 285-й «Злоупотребление должностными полномочиями»… Вам инкриминируется то, что вы делились секретной информацией с некоей сторонней организацией…
– Каковой являлся Совбез и лично вы, Стоун.
– Расследование, естественно, будет прекращено, а само дело закрыто и отправлено в архив.
– В связи со смертью фигуранта?
– В том числе и по этой причине.
«Извини, но я не могу сказать сейчас тебе всей правды, – глядя на сидящего напротив человека, подумал Карпинский. – Ты к
– То, что Романцев мертв, надо еще доказать, – облизнув сухие губы, сказал Алексей. – И вообще… Что за дурацкую игру вы затеяли, Стоун? Зачем вам понадобилось инсценировать мою погибель? И где, хотелось бы знать, находится в настоящий момент, гм… мой труп?
– Так ли это важно? – поморщился Стоун. – Охота вам забивать голову разной ерундой… Впрочем, я готов просветить вас и в этом вопросе. Кстати, в новостях, переданных по российским телеканалам, приводятся кое-какие подробности касательно вашей… гибели. Желаете взглянуть?
– Оставьте в покое телевизор! – рявкнул Романцев. – Можете смаковать сфабрикованные вами материалы наедине! Лично я, к вашему сведению, манией величия не страдаю!
Пожав плечами, Стоун все же отложил пульт в сторону.
– Напрасно вы так кипятитесь, Романцев… Впрочем, правда ваша – не такая уж вы большая шишка. Не только о ЧП, но и о самом факте вашего существования забудут очень быстро… По сути, уже забыли, потому что в сегодняшних выпусках новостей о вас не было сказано ни слова, а в газетах по этой теме прошла скупая, дозированная информация. Что же касается трупа… Проблема заключается в том, что свидетелей этой трагедии нет. Кроме чеченских боевиков, естественно, которые организовали засаду, но они вряд ли что расскажут…
– Потому что нохчи здесь ни при чем, и вы это знаете.
– Вы передвигались в опасном районе без боевого сопровождения, без прикрытия «брони», – не обратив внимания на реплику, продолжил Стоун. – Труп был найден в полутора сотнях метров от места трагедии… Обезглавленный, с отрубленными кистями рук. Все же какие они звери, эти чечены, да? Гм… Хотя на покойном была форма полковника МВД, а его личность не вызывала сомнений, все же, ради соблюдения должных формальностей, тело, вернее, то, что от него осталось, насколько мне известно, было отправлено в Ростов на опознание, в спецлабораторию.
Романцев мрачно покрутил головой. Он прекрасно понимал, что его загнали в угол. Процесс «идентификации» может длиться сколько угодно долго. Вплоть до той поры, пока не выяснится «ошибка» или пока самого Романцева, чуток укоротив, в аккурат на голову, не сунут в морозильную камеру, подменив липовый дубликат на первоклассный оригинальный экземпляр.
– Насколько я понимаю, в интересах какого-то дела, затеянного вами, я должен ходить в покойниках?
– Да, это важное, хотя и не единственное условие, – сказал Стоун, одновременно сверяясь с циферблатом наручных часов. – А сейчас, Романцев, вами займутся двое моих помощников, потому что вы пока не готовы к дальнейшему разговору. Единственное пожелание: ничему особо не удивляйтесь, будьте готовы к тому, что воспринимаемая вами картина мира вскоре будет дополнена самыми неожиданными деталями и подробностями…
– Я ни черта для вас не буду делать! – торопливо сказал Романцев, заметив, что Стоун готов покинуть его общество. – Даже пальцем не пошевелю! И вообще… Мне это все уже неинтересно!
– И последнее, Романцев, –
Глава 4
Внутри просторного автофургона, примерно половину объема которого занимает аппаратура связи и слежения, оборудованы три рабочих места. Заняты пока что только два кресла, третье, командирское, пустует: Уитмор привык больше полагаться на собственный нюх, чем на все эти технические навороты.
Носовая перегородка штабного транспорта практически полностью занята мониторами, на экраны которых подается картинка от следящих телекамер. Такими «глазами», как обычными, так и «совиными», ночного видения, сейчас нашпигована буквально вся округа. Основное внимание оператора, и не только его одного, приковано, естественно, к двухэтажному дому с асимметричной крышей, находящемуся в поле зрения более полудюжины телекамер, снимающих объект с различных ракурсов. Обычный для этих краев коттедж, с выкрашенными в бежевый цвет стенами, мало чем отличающийся от соседних строений. Дом расположен чуть в глубине участка. По бокам, подобно шеренге солдат, выстроились серебристо-зеленые туи; от дороги коттедж отделен полутораметровой высоты живой изгородью, в одном месте разорванной, чтобы через прогал на участок мог въехать автомобиль. Маскируясь на фоне деревьев и кустарника, почти вплотную к объекту расположились два десятка спецназовцев, экипированных по всем правилам проведения подобных операций – они настолько слились с местностью, что обнаружить их присутствие очень и очень сложно.
Но хотя к штурму все уже давно готово, соответствующая команда почему-то не поступает, и это обстоятельство не может не нервировать всех без исключения участников спецоперации.
По предварительной информации, внутри дома находятся четверо мужчин, белых, европейской наружности – их личности еще предстоит уточнить. Что же касается самого домовладения, то установлено, что уже почти год как его арендует эмигрант из Восточной Европы, въехавший в США в начале девяностых годов по «зеленой карте» – уже возникло подозрение, что сделка оформлена через подставное лицо.
Окна дома темны, лишь над входной дверью тускло мерцает светильник. Через час с небольшим начнет светать. Если не случится ничего экстраординарного, то очень скоро здесь появится переброшенная по воздуху с базы Форт-Брэгг спецгруппа. Они-то, эти подготовленные люди, имеющие при себе соответствующую экипировку и спецоборудование, и должны осуществить финальную часть намечаемой в Лос-Анджелесе спецоперации.
Другой находящийся в штабном фургоне оператор, занимающий место за полукруглой консолью, тщательно отслеживает показания вынесенных почти вплотную к стенам «объекта» тепловизоров. Эти приборы, отградуированные соответствующим образом, способны улавливать тепло, излучаемое человеческим организмом, даже если наблюдаемая цель скрывается за какой-нибудь преградой, не слишком, конечно, мощной, иначе за стенами ничего не удастся «разглядеть». Но здесь, в Калифорнии, учитывая теплый климат, повсеместно сооружают дома облегченной конструкции, делая их едва не из картона, а потому их внутренности при помощи новейшей техники просматриваются четко, ну а остальное уже дело компьютерной графики и человеческой смекалки.