Тесен мир
Шрифт:
Непонятно как (может, по созвучию), но Дан ощутил боль – давнюю, острую, не проходящую. И ту же тоску после которой хотелось выть. Или как раз тоска произвела этот мираж? Черт, запутаешься тут!..
Бесшумно поднявшись, Эри переместился к окну и завороженно застыл, любуясь дождем, уже которую минуту продолжавшего низвергаться водопадом. Экий он все же впечатлительный!.. Впрочем, такого зрелища не сыскать в Империи. Жаль, за струями не разглядишь Лесную крышу, разглаженную сейчас до блеска, и бурные ручьи, стекающие по лиственным руслам в деревья-резервуары,
Хотя кто этих магов знает: а вдруг Эри видит все? Ведь он смотрит не только глазами.
– Кажется, я придумал способ дотянуться до Рэя, – сообщил Дан его спине. – Причем это вполне стыкуется с вашей методикой – так сказать, творческая доработка.
– По-твоему, сейчас стоит отвлекаться на Рэя? – спросил Эри, слегка повернув голову. – То есть потом-то он, конечно, станет опасным, если Империя войдет в силу.
– Плохо, что ты не знал его, – хмыкнул старший брат. – С другой стороны, лучше и дальше не знать. В своем роде это уникум. Уж насколько я эгоист, но до Рэя мне, как до абсолюта. Идеальная изоляция от среды – в том, что касается эмоций. Зато информация втекает без помех, зашоренности в помине нет. И сам сбалансирован на диво, а каждый блок сознания настраивается с легкостью, причем в полном диапазоне. Ей-богу, даже завидно! И если такое чудо вплывет в ваш раздрай и начнет все переиначивать на свой лад… Мало не покажется.
– Понятно, – молвил Эри. – И что за способ?
– Как видно, даже эта совершенная машина нуждается в корректировке. И он таки наследил тут, дал волю слабости.
– Представляю! – сказал младший не без опаски, словно бы не желал знать подробностей. Однако отвернулся от дождя на прежнее место, глядя с ожиданием.
– Понимаешь, у некоторых любовь принимает странные Формы. То есть они тоже привязываются, впускают за свои Щитные рубежи, но вот объектам это обычно не в радость. А иногда те огорчаются настолько, что даже умирают.
– Как в тот раз, да? – в упор спросил Эри, темнея лицом. Он что, замучил ее?
Вот теперь малыш определился в своем отношении к Рэю – разом и навеки. Из-за такой ерунды, надо же! – вздохнул Дан. Не-ет, с нашей чувствительностью надо что-то делать. Я и сам тогда расстроился до слез. Правда, я-то девочку неплохо знал.
– А ведь говорил, что научился прощать, – напомнил он.
– Только не такое, – отказался Эри. – Вот это уже – за гранью.
– Н-да, действительно, – пробормотал Дан. И оба, не сговариваясь, поглядели на девушку, безмятежно спящую между ними. А заодно вспомнили немало, каждый свое.
Все-таки Дан слишком размяк от всплывшей картинки, потому что призрак тотчас спросил:
– Похоже, тут личные счеты, да?
– Видишь ли, братик, – ответил Дан, усмехаясь без веселости, – когда поживешь с мое, чужих детей иной раз воспринимаешь как собственных. Хотя вообще я не ощущаю тяги к отцовству. А помнишь, как ты переживал из-за погибшего котенка?
– Забудешь такое, – поежился младший. – До сих пор слышу его голос. Ведь он звал меня – до самого конца. Словно это я был его родителем.
– Тогда ты
– Я понимаю.
– И потом, у меня к девочке долг. – Дан усмехнулся краем рта: – Еще один огрский предрассудок!.. Мне не следовало к ней привязываться, наверное, это и сгубило кроху. Не могу ручаться, но совпадение странное. Позже я выяснил: за ней приходил Родон – тот бесноватый Пес, что пытался расшатать Лес, и личный порученец Рэя. Честно сказать, сначала я решил, будто Родон… сам… Конечно, посчитался с ним сгоряча. О чем, впрочем, не жалею.
– Задрал, да? – спросил Эри с одобрением.
– Может, он и Волкодав, – ответил Дан, осклабясь. – Но Тигр оказался не по его зубам. Правда, разговорить Родона не удалось, он ведь впрямь бешеный… был. А может, из меня неважный дознаватель. Следовало обратиться к профессионалам, к тем же Псам.
Теперь младший покачал головой, возразив:
– Думаю, не стоило мараться.
– Затем картинка начала складываться, – продолжил Дан, – по пятнышку, по черточке. Но когда возникла определенность, Рэй успел улизнуть.
– Думаешь, успел? – усомнился призрак. – А может, просто поменял жаровню?
– Эксперимент покажет, – сказал Дан. – Хотя не верю я в высшую справедливость!
– Тут действует принцип: сделай сам. Кому-то ведь надо ее проводить?
– Так я же не прочь.
И оба ухмыльнулись, глядя друг на друга, точно на отражение.
– Ладно, а что за способ? – поинтересовался Эри. – Как ты собираешься добраться до Рэя?
Во-первых, у Найи полно родственников… сомнением призрак поджал губы, хмыкнул. Во-вторых? – спросил он.
– Ты ведь толковал про «банк душ»? Так вот, всех своих диланов, здравствующих и умерших… а теперь и некоторых огров… здешний Лес держит в себе, внутри своего исполинского сознания, раскинувшегося на весь материк, – этакие ментальные копии, даже как бы живущие внутри него, способные общаться меж собой и с живыми. Не знаю, можно ли считать это душами…
– Хорошая копия всегда накрепко связана с оригиналом, – произнес юноша убежденно. – Поэтому я и могу бреноситься сутью к своим подружкам, если меня отражают в точности. И таким же образом, наверное. Хранители вершат некоторые из своих чудес – когда накопленные знания об объекте превышают некий порог. Возникает связь, понимаешь? В пространстве открываются Окна. Одни люди забрасываются невесть в какие дали, другие возникают рядом неведомо откуда прорываются молнии…
– Значит, и Лесная матрица Найи в первом приближении может сойти за душу, – заключил Дан. – Это обнадеживает, да?
– Но твоей девочке потребуется привязка к месту, иначе ты не сможешь ухватить нить. Весь Лес – это слишком расплывчато. А подходящий мираж, чтобы она в него вселилась, я не сумею создать – не вспомнил еще и силы не накопил.
– А зачем мираж? – снова напомнил Дан. – Когда имеется такое тело, вдобавок бесхозное.
И они опять глянули вместе на Иту, раскидавшуюся на лежанке.