Тесен мир

Иванов Сергей Григорьевич

– Выходит, ты сможешь дотянуться до Лота, если я свяжусь с ним через эфир?

– Ну да, наверное, – подтвердил он озадаченно. – Если у Лота осталось воображение и если у тебя был с ним тесный контакт…

– Теснее некуда!.. И вряд ли Лот питает насчет меня иллюзии – так что моя копия в его сознании должна быть не дурной.

– Проблема в том, как выстроить эфирную тропку.

– Как раз это не проблема! – возразила Львица. – А Бонн, на что? Вот прямо сейчас и кликну его.

– Так тебя же вроде оставили без связи, – напомнил Эрик. – Может, все-таки смотать за моим шлемом?

Хотя меньше всего

Тигру хотелось сейчас покидать такую теплую компанию.

– Ну, обойти-то заслоны Тора я сумею, – ухмыльнулась она. – Наш старикан, невесть с чего вообразил себя докой в электронике, хотя знает не больше того, чему я научила его.

Сдвинувшись к краю постели, Львица уложила на скрещенные ноги клавиатуру и принялась выстукивать на ней шуршащую дробь – пока на экране не проступила физиономия Бонша, неожиданно спокойная, хотя заметно бледная, пепельных тонов. И опять пещерник сразу затуманил картинку, чтобы не видеть здешних безобразий – точнее сказать, наготы, Впрочем, затем он отрегулировал изображение, прояснив оконце, сквозь которое мог любоваться лицом Норы, а может, не только. Все-таки Бонш был еще молод и не успел закостенеть, как тамошние старики.

– Решила справиться о твоем здоровье, – сообщила Нора, приветливо улыбаясь. – Выглядишь на удивление!

– Ага, – подтвердил пещерник. – Особенно с этим, – и он показал культю, по локоть залепленную эластичным пластиком.

– Кстати, – словно бы вспомнила Львица, – я ведь поместила твою кисть в морозильник.

– Как сувенир, что ли? – невесело сострил Бонш. – Хорошо, я не оставил у вас еще кое-что.

– Стыдно, братец! На твоем посту следует чуть больше понимать в медицине. Разве тебе неведомо, что твои друзья Хранители умеют приживлять отсеченные конечности?

– В самом деле? – заинтересовался калека. – Надо же, какой пробел в образовании!

– А если не захотят они, – продолжала Нора, – у меня есть знакомцы, которые сделают не хуже. Стоит лишь обратиться.

– И кое-чем заплатить, верно? – добавил Бонш, усмехаясь. – И что же ты хочешь в обмен на руку?

– Не «в обмен», – возразила она. – На что мне новые конечности – я же не спрут!.. Но, как воспитанный Лев, ты мог бы отблагодарить за услугу.

– Ответной услугой, видимо?

– Соображаешь!

– И какой?

– Сведи меня с Лотом, – напрямик сказала Львица. – Нужно с ним выяснить кое-что.

– Что, при личной встрече? – даже слегка испугался пещерник.

– Боже упаси – это же Лот!.. Он ведь из тех, кто обожает ломать чужие игрушки, а с такими лучше говорить на дистанции.

– Вот как? – Бонш снова ухмыльнулся. – Ладно, попробую что-нибудь сделать. Береги мою руку. Нора!

Экран потух. Отложив клавиатуру, Львица оглянулась на парочку, мало-помалу расходившуюся все больше.

– Решили не терять времени? – спросила с завистью. – Правильно, когда еще выдастся передышка… Господи, – вдруг вырвалось из нее со всхлипом, – если бы и мой громила был тут! Куда же его занесло, а?

– Это ведь Горн, – откликнулся Эрик, стараясь говорить внятно. – Он из любой переделки выберется. Если даже с того света вернулся…

– Пожалуй, я опять к вам присоединюсь, – решила Львица. – Иначе свижусь. Все-таки замена, да? – И прибавила с гневом: – Ведь это он меня заразил!..

– Кто бы возражал, –

пробормотал Эрик, в нынешнем состоянии и впрямь не способный на возражения. – Раз это требуется для дела… можно сказать, дружеская взаимовыручка.

Размякшее сознание расплывалось вокруг него шире, давно поглотив спальню, затем и все покои Львицы. (Впрочем, не такие уж просторные, если не считать бассейна.) И вдруг ткнулось в скопление льдистых искр, кружащих в водовороте, стремительно наплывающих.

– Дьявол! – рыкнул Тигр, рывком садясь на постели. – Опять!..

Разом напружинившись, Ю отпрянула от него, высвобождая для действий. Одним скачком он достиг стены, сорвал с нее мечи, вторым – метнулся к выходу, перемахнув через кровать. А дверь уже сминалась, точно под напором стопохода, и в комнату вторгался смерч, в котором лишь искушенный взгляд мог распознать человека. Точнее, убийцу, чудовище… Невидимку!

Впрочем, теперь юноша видел его отчетливо – не то что в прежние разы, когда приходилось спасаться от ночного кошмара бегством или когда их спасал Горн. Но теперь оставалось лишь драться – прочие варианты отпадали. И не дожидаясь пока стальная туша вновь наберет инерцию, Тигр атаковал сам.

Встречным взмахом ему едва не оторвало руку, зато и Невидимка притормозил. Расплывшейся сутью юноша ощущал как Львица выхватывает из-под подушки игломет, с ходу нацеливая, и как из богини в него стекает свежая сила, удивительная в ее легком теле. И как еще откуда-то – наверное, из Тиберии, Кэнтии, Загорья – по незримым нитям поступают другие порции, словно бы в ответ на его неосознанный зов. И как от этих потоков в его груди взбухает огненный шар, смутно знакомый юноше по прежней жизни и послушный его воле, готовый скакать по всему телу, изредка даже вылетая наружу. А все это вместе как-то выравнивало шансы.

– Ты, урод! – прорычал Тигр. – Решил и тут наследить?

И снова ринулся вперед, потому что отступать было некуда. Новые столкновения потрясли его не меньше, но по крайней мере не отбросили далеко. В этот миг Нора начала стрелять, часто и густо, посылая иглы вплотную к Эрику, чтобы монстру было трудней увернуться, – еще одна выгода ментального контакта. Похоже, целила Львица не вслепую, не лишь бы попасть в контур, но за такой проворной мишенью трудно поспеть. Все же несколько игл угодили в уязвимые места, исторгнув из чудища оскорбленный рев. Погрузились, конечно, неглубоко, зато раззадорили. Как видно, в этом и заключалась слабость Невидимки: обидчив, видите ли!..

Прежде чем вопль оборвался. Тигр атаковал в третий раз, вдобавок к своему телу сорвав с места огненный шар. И сразу, точно по накатанным колеям, тот заметался от клинка к клинку подкрепляя их удары своими яростными взрывами. С внезапной податливостью Невидимка отступил в проломленную дверь, как видно, предпочтя для своих действий простор.

Но там его поджидал сюрприз: поперек удлиненной и довольно-таки узкой комнаты громоздился строй из четырех воинов, выросший словно по волшебству. А юноша уже изготовился к обороне на пороге спальни, готовый выстоять либо умереть – просто потому, что не оставалось третьего. Неожиданно монстр оказался в окружении врагов, каждый из которых, во всяком случае, стоил внимания, и такой поворот событий его вряд ли устраивал.