Тевтон
Шрифт:
– Благодарю тебя, рыцарь фон Вальдхайм, за твое решение. Ты оказался прав, как истинный вождь из многих вождей своего народа. Сейчас мы лишь мясо для ружей остроухих и мишень для их машин. Нам действительно нужно сначала научиться воевать. И мы послушаем тебя. Знай же: через два дня после этого разговора множество шрехтов, мужчин и женщин, придут в города, чтобы стать солдатами! Предупреди своих соплеменников, чтоб они не пугались нашествия. Ибо мы впервые идем не против вас, а с вами!..
Генерал-фельдмаршал проводил исчезающие среди необъятных стволов гигантского леса спины шрехтов, затем перевел взгляд
– Матерь Божья!.. – прошептал кто-то из кнехтов за его спиной, увидев чудо.
– Юнкера Витольда Баха ко мне! Срочно! – рявкнул Курт.
Когда тот, запыхавшись от быстрого бега, появился перед Вальдхаймом, тевтон улыбался:
– Теперь самолеты остроухих нам не страшны, юнкер! Отдайте приказ: всем, кто сейчас свободен, набрать любых камней и сложить их на дне окопов и траншей. А лучше – вымостить ими днища открытых сооружений. Империю ждет очень неприятный сюрприз!
Улыбка на лице Брата-командира была настолько жуткой, что Баху стало не по себе. Да и приказ нелепый… Но раз отдан, его следует исполнять не раздумывая. Впрочем, Вальдхайм уже завоевал у всех настолько непробиваемый авторитет, что, прикажи он броситься со скалы, юнкер выполнил бы распоряжение, не раздумывая и не колеблясь ни секунды…
Глава 17
Двое суток. Столько прошло до первого сигнала о приближении врага от высланных далеко за пределы долины дозоров. В наушниках тактического шлема Курта чуть треснуло, и взволнованный голос произнес:
– Это двенадцать-двадцать четыре. Наблюдаю передовые отряды остроухих. Как слышно?
Вальдхайм тронул тангенту передатчика и ответил:
– Слышу вас хорошо, двенадцать-двадцать четыре. Немедленно возвращайтесь к основным силам.
– Вас понял. Исполняю…
За время, подаренное врагами, неспешно приближающимися к городу, Вальдхайм и его отряд успели неплохо подготовиться. В долине вырос настоящий укрепрайон. Несколько линий окопов, противотанковые рвы с пропитанным зажигательной смесью дном. Густые минные поля в несколько слоев. Многочисленные противопехотные препятствия. Начиная от «путанки» и спиралей Бруно до волчьих ям с торчащими внизу острыми лезвиями, способными пронзить упавшего насквозь. Да и среди подошедших на помощь добровольцев также удалось навести какой-никакой порядок, назначив среди стихийно организовавшихся отрядов командиров из ветеранов, проведя несколько учений и даже преподав азы военной подготовки тем, кто закончил учебные заведения слишком давно.
Но все равно Курт считал своей главной ударной силой курсантов. Их он, по крайней мере, хотя бы короткий промежуток времени готовил, руководствуясь собственным опытом человека, прошедшего сражения с негерами в ягд-команде и с «синими мундирами» в сражении за форт на Черной планете. Так что в любом случае – остроухие получат здесь достойный отпор. И дешево им город не взять. Если
– Воздух!.. – Тревожный сигнал мгновенно облетел всю территорию укрепрайона.
Услышав крик, солдаты мгновенно прятались или просто занимали окопы. Зато те, кого Вальдхайм отрядил на ложные позиции для заманивания врага, наоборот, подняли излишнюю суету, старательно изображая панику. Курт поднял взгляд – высоко в небе плыл квадрат летающей платформы. По сведениям, полученным от Маэй, платформа предназначалась специально для разведывательных миссий. Сейчас и решится судьба тех, кто, вжимаясь в землю, ненавидящим взглядом провожает медленно дрейфующую в глубокой синеве среди белоснежных облаков вражескую машину.
Вальдхайм поправил шлем, тронул рукой «крысобойку». Запасные магазины аккуратно уложены в выложенную бумагой нишу. Гранаты – в соседней. Рядом – пирамидки камней. Против авиации или близко подошедшего противника. Внутри – абсолютное спокойствие. Холодность и трезвость мыслей. И – внутренняя сила, бушующая по жилам…
Платформа сделала круг, немного снизившись над заготовленными для остроухих обманками. Клюнули или нет? Сейчас все будет ясно. Не применили бы только газы! Но вроде бы для их «черных гвардейцев» подобные методы являются позором. Хотя, кто знает, на что решится их командир, когда поймет, что проигрывает битву? Впрочем, не стоит заранее накручивать себя. Случится то, что должно случиться. Волшебства не произойдет. Чудеса творят либо святые, которых уже давным-давно не стало, либо люди.
Курт скосил глаза, глядя по сторонам. Все напряжены. Сосредоточены. Ждут. Неизбежного. Все знают, что немногие доживут до вечера. И еще меньше тех, кто останется в живых после окончания назначенного командованием срока.
Последнее время Курт только терял. Друзей, соратников, жену… Уцелела ли его семья? Впрочем, она далеко на севере. Там остроухих не было. И не ожидалось. Брат, сестра, мама, отец… Он даже ни разу не справился, находясь на базе, как они там? Ладно. Время!
Вальдхайм поднес к глазам бинокль. Точно. Ему не показалось! Вдалеке, на входе в долину, появилась дымка – пыль от тысяч марширующих ног. Идут! Для того чтобы убивать, грабить, насиловать, разрушать…
Неожиданно подумалось о Маэй. Что с ней будет? В штабе отмахнулись, оставив вопрос открытым. Но тевтоны не убивают пленных! Если, конечно, берут в плен. Оставят ей жизнь или нет? Впрочем, если девчонка примет Святое Крещение – разумеется. Еще и гражданство дадут! А откажется – сожгут как еретичку. Или, может, позже обменяют на кого-нибудь из наших. Если, конечно, остроухие берут пленных… И почему вдруг всплыл в голове вопрос о судьбе Юури? Может, потому что мы в ответе за тех, кого приручили?.. Все! Не стоит думать о ней! Сейчас начнется сражение, на котором решится судьба жителей Нового Вюртемберга, а может, и всего Ордена! Если генерал-фельдмаршал фон Вальдхайм проиграет, то и они погибнут! Дети, старики, женщины… Граждане Тевтонии. Ее становая сила и мощь. А еще – это будет колоссальный удар по репутации Капитула и моральному духу оставшихся в строю солдат. Ведь падет третий город!..