The Agent
Шрифт:
Ниже шёл длинный список на неизвестном мне языке. Как выбирать из того, что не понимаешь? Выглядело это, как издевательство.
Я потратил некоторое время на то, чтобы хоть как-то прочесть названия миров, но из этих символов не находил у себя в памяти никаких аналогов. В конце концов я обречённо констатировал, что мне придётся довериться великому рандому.
Нажал на случайную строчку, и окно исчезло. И больше ничего.
А в следующий момент туман сгустился. Мысли в голове превратились в сплошное месиво, которое я был не в силах разобрать. Сперва я сел на землю. Снова ощутил, как меня стремительно покидают
***
Тепло. Холод. Яркий свет огней и грохот. Нет, это не грохот, скорее речь на неизвестном языке, усиленная гигантским рупором. Ничего не видно, глаза и тело болели, однако слух исправно доносил слова:
— Когда закончу с печатью Бога Смерти, я запечатаю твою чакру в Наруто, — говорит решительным голосом мужчина. — Когда он попытается контролировать силу девятихвостого, я хочу, чтобы ты помогла ему.
— Наш сын! Он наш сын! Вот почему, я не хочу ему такое ужасное будущее! — возражала женщина нежным, но в то же время твёрдым голосом. — Почему ты используешь печать Бога Смерти? Только ради моей встречи с Наруто на несколько минут?! Это не причина для твоей смерти! Я хочу, чтобы ты был рядом с Наруто, растил и защищал его! Я не понимаю. Ради баланса между хвостатыми? Ради защиты страны и деревни? Почему мы должны пожертвовать своим сыном?
— Отвернуться от страны и деревни - всё равно, что отвернуться от собственного ребёнка. Твоя родная деревня уничтожена, ты ведь понимаешь, какого это - жить без родины…
Сознание постепенно стало гаснуть. Я успевал уловить лишь обрывки фраз:
— …я счастлив умереть ради сына…
— …Наруто, не торопись когда ешь….
Значит всё-таки мир Наруто, в котором постоянно сражаются пользователи чакры, с кучей могучих персонажей, львиная доля которых попытается убить человека по имени Наруто. И этот Наруто получается я...
Засада.
***
Ничего в нашей жизни не даётся просто так. Тем более это касается перерождения. Поэтому я не был сильно удивлён, что угодил в потенциально выдуманный мир, в котором творятся страшные, жуткие и пугающие дела. Нет никаких сомнений, что жизнь будет наполнена опасными событиями, которые приведут меня к очередной гибели.
Что-то я слишком пессимистичен. Можно же найти и плюсы. Я снова жив. А ещё… Ещё… Что-то нет пока, но обязательно найдётся, мне оптимизм теперь обеспечен.
***
Судя по моим младенческим ощущениям, после битвы с девятихвостым мою тушку доставили в госпиталь, к другими таким же ревущим младенцам. Скажу по правде, соседство то ещё: спать почти нереально, ведь когда замолкает одна глотка, во всю начинает орать другая. Боже, как я страдал. Всё было настолько плохо, что система впервые дала о себе знать в новом мире сообщением о появившемся у меня пассивном навыке «Дзен», который давал дополнительную защиту разума от внешних раздражителей. И вдобавок к пассивке - «разум игрока». Но, как бы там ни было, эти два навыка мне сильно помогли.
Отношение местного медперсонала ко мне было странным: они словно не замечали меня и чаще всего меняли подгузники и кормили без эмоций на лице, хотя с другими младенцами многие
Хотя, если быть честным, начитавшись в свое время фанфиков по этому фэндому, я ожидал худшего. Игнор и безразличие не так уж и плохи.
Хм… Почему «Дзен» прибавил в уровне?
После яслей при больнице, ожидаемо, был приют с испуганными, нелюдимыми детьми. Вокруг царила атмосфера перманентной обречённости. Я не понимал, почему так, но, видимо, эмоции взрослых довольно-таки отчётливо передавались чувствительным к такому делу детям. Видимо, смерти от нападения Девятихвостого задели слишком много людей: спустя несколько лет, эта тема всё ещё бередит их души.
Вполне ожидаемо, вокруг меня всегда была своеобразная зона отчуждения. Даже воспитательницы воспринимали меня как ненавистную обязанность, от которой никак нельзя избавиться. Пробовала одна устроить мне типа несчастного случая, но той в голову прилетел кунай.
Я, по идее, не должен был видеть, как на меня сзади падает стеллаж с ящиками, набитыми спортивным инвентарем для детей, но в отражении оконного стекла я всё рассмотрел.
Женщину сноровисто утащили неизвестно откуда появившиеся шиноби в масках, а меня увели в другую комнату. Потом пришла симпатичная, по моим меркам, девушка с длинными золотыми волосами, и она немного со мной поговорила на тему недавнего происшествия. Не заметив ничего тревожного и необычного, она вскоре ушла. Больше подлянок со стороны воспитательниц не было, хотя дистанцию они держали от меня такую, что, даже если бы захотели, не смогли бы навредить.
Мда… Очередной раз повысился уровень Дзена. К чему бы это?
Печально, но окончание своего содержания в приюте не было хоть как-то торжественно отмечено: просто вручили конверт и показали на дверь.
***
Светило солнце, дул горячий ветер, поднимающий облака пыли с грунтовой дорожки. Вокруг были простенькие двухэтажные дома, неуловимо несущие в себе смесь элементов восточной и западной культуры. Проходили редкие люди в простых, но надёжных на вид одеждах. Женщины, мужчины, дети.
Я вскрыл конверт и вытянул его содержимое. Там оказалось направление на место жительства, тоненькая пачка денег и ключи.
Наверное, это опрометчиво со стороны тех, кто должен был за мной следить, но вот так поставить перед фактом, что я теперь взрослый и сам за себя отвечаю, слишком резко. Как я найду этот дом, указанный в записке? Да даже не вопрос, как найду, как я прочитаю что там написано? Нас ведь не учили читать!
Внезапно меня накрыла какая-то тень.
Поднял голову: оказалось, что это мужик с бородкой в белой накидке и с характерной шляпой на голове, в зубах - длинная курительная трубка. Его окружала аура доброго дедушки.
— Здравствуй, Наруто. Пфых, — пустил он облако дыма. — Меня зовут Сарутоби Хирузен.
Хм… Первое знакомство. Как-то рано всё началось, хотя почему бы и нет. Вот только встает вопрос: как построить линию общения с этим персонажем? Я - мелкий шкет, не знающий ничего о жизни, а он - правитель деревни убийц.
— Здравствуйте, — моргнул я.
— Гхм-м, — старик хокаге задумчиво уставился на меня, — так уж получилось, что мы не были лично знакомы до этого дня, но я знал твоих родителей и пообещал им позаботиться о тебе.