The Prodigy
Шрифт:
Ник что-то говорил, постукивая по папке с документами кончиком ручки. Скарлетт бросала вокруг любопытные взгляды, но все сидели с такими серьёзными и сосредоточенными лицами, что это нагоняло на Кору ещё большую скуку.
Наконец Ник закончил, и слово взял мужчина, сидящий ближе всех к Скарлетт – бледный, с цепким суровым взглядом. Едва Кора увидела его в дверях, сразу же поняла, почему все шторы в зале плотно задёрнуты.
Неожиданно Кора почувствовала прикосновение к своему колену и удивлённо взглянула на Ника. Однако тот слушал стригоя с абсолютно невозмутимым
Кора невольно прислушалась к тому, что говорил стригой, и нахмурилась.
– … Думаю, князь Эрон одобрил бы мои методы, ваше сиятельство, - голос его звучал размеренно, даже несколько лениво, - если в городе появляются люди, возомнившие себя охотниками, недалеко до образования новой Инквизиции. А в перспективе – и до начала новой войны. Мы же помним, как тяжело нам далась прошлая война, против альв. Я лично обезглавил последнюю представительницу их рода.
При этих словах Скарлетт отчего-то почувствовала укол в сердце, хотя если она раньше и слышала слово «альвы», то успешно об этом забыла. Взглянув на Ника, она успела уловить в его лице тревогу, прежде чем князь понял, что на него смотрят, и вернулся к своему обычному невозмутимому виду.
– К чему это, Матиас? У нас не вечер воспоминаний, - раздражённо напомнил Николас.
– Я всего лишь пытаюсь донести свою точку зрения, - ровно пояснил Матиас, - уничтожить этот город необходимо, чтобы не допустить прецедента.
– Уничтожить город? – только уловив на себе взгляды всех присутствующих, Скарлетт поняла, что сказала это вслух. Она медленно поднялась, опираясь ладонями на стол, и взглянула в красноватые глаза стригоя.
– Миледи? – с холодной вежливостью произнёс он.
– Вы собираетесь уничтожить целый город? Там ведь не только заговорщики, там женщины, дети, невинные люди.
– Невинных людей не существует, миледи, - не отрывая от неё взгляда, возразил Матиас, - я ведь сказал, нужно предотвратить прецедент.
– А если бы в этом городе жили ваши родные?
– У меня нет родных, миледи, - спокойно ответил стригой.
– Это заметно, - не удержавшись, бросила Скарлетт, и тут Николас встал и положил руку ей на плечо.
– Хватит, Кора, - тихо попросил он и перевёл взгляд на Матиаса.
– Я обдумаю это, но, думаю, вопрос должен быть решён голосованием.
Скарлетт нахмурилась и, резко отодвинув стул, покинула зал, сопровождаемая стуком собственных каблуков и громкими перешёптываниями.
Спустя несколько минут Николас догнал её в коридоре.
– Скарлетт! – Ник рывком повернул её к себе, - в чём дело?
– Ты вообще слышишь, что они предлагают?! – воскликнула Кора, - целый город!
– Успокойся, такие вопросы решают голосованием. Тот город на границе между Тальнером и Визеном. По сути, мой голос не будет решающим.
– Но… - Скарлетт запустила пальцы в волосы и жалобно посмотрела на Николаса, - ты ничего не сможешь сделать?
– Кора, Матиас прав, - мягко
– Но!.. – начала Кора и осеклась. В животе что-то словно дрогнуло, и девушка поморщилась.
– Что такое? – встревоженно спросил Ник.
– Не знаю, - медленно произнесла Скарлетт, чувствуя, как к горлу подступает тошнота, - я не…
– Тошнит? – тихо спросил Николас, и Кора потрясённо отдёрнулась.
– Нет! – быстро сказала она, - нет, ничего страшного… месячные, наверное, начинаются.
Мгновенно забыв обо всём, что произошло в зале, Скарлетт быстрым шагом направилась к лестнице. У порога спальни новая волна тошноты заставила горло сжаться; девушка зажала рукой рот и бросилась к ванной, больно ударившись коленями о кафель. Желудок опустел довольно быстро, но тошнота не отступала, и Кора ещё долго сидела, прижимаясь лбом к ледяной поверхности унитаза и радуясь тому, что заплела с утра волосы в косу.
– Скарлетт? Ты не заболела? – раздался рядом встревоженный голос Николаса. Кора зажмурилась, надеясь, что каким-то чудом, когда она откроет глаза, то Ника здесь уже не будет.
– Я не хочу, чтобы ты смотрел, как я блюю, - пробормотала Скарлетт и, только когда услышала весёлое фырканье, поняла, что сказала это вслух.
– Ты немного не о том сейчас думаешь, мой ангел, - голос Ника ощутимо дрогнул, и князь присел на корточки, обняв её за плечи. Кора жалобно взглянула на него и положила голову ему на плечо.
– А о чём я должна думать? – спросила Кора; разумеется, её мозг не спешил спрашивать у хозяйки разрешения и вовсю забрасывал её мыслями о том, что с того дня, как они с Николасом впервые занимались любовью, прошло уже около двух недель.
– Ты чем-то отравилась?
– Надеюсь, - шепнула Скарлетт.
– Надеешься? – шутливо уточнил Ник, - ты странно себя ведёшь последние дни. То злишься, то плачешь, то радуешься. Я уж было подумал, что ты увлеклась наркотиками.
Кора фыркнула, но тут же осеклась. Ведь он прав, частая смена настроения – это ещё один симптом. Правда, не только наркозависимости.
– Мне нужен врач, - признала она, и Николас нахмурился.
– Ты настолько плохо себя чувствуешь?
– Нет… ничего, не беспокойся. Я хочу проконсультироваться с ним по одному вопросу… Пусть Хоран меня отвезёт в город.
– Милая, я ещё могу позволить своей невесте не ездить туда-сюда и не стоять в очередях, - фыркнул князь, - я скажу прислуге, чтобы пригласили врача сюда.
– Я сама скажу, - Скарлетт встала и спустила воду, - тебя ждут.
– Я закончу, как только смогу, хорошо, ангел? – Николас улыбнулся и коснулся губами её лба. С некоторых пор Кора начала замечать, что его улыбка стала более искренней и теперь нравилась ей гораздо больше. Первые дни после того, как столицу Хольцрина неожиданно потрясла сильнейшая гроза, Николас не отходил от неё ни на шаг. Они вместе ели, вместе принимали ванну и вместе спали. Скарлетт всё отчётливее понимала, что не хочет знать, какие отношения были у них до аварии и что связывало её с оборотнем по имени Ким. Ей всё больше хотелось сосредоточиться на настоящем, на предстоящей свадьбе и на Нике.