Thor. Radioactive
Шрифт:
– В этот раз все иначе, – ответил громовержец, опять поворачиваясь к окнам.
– Что иначе? – недоумевала Джейн, внимательно рассматривая спину громовержца.
– Он несет ответственность не только за себя, – витиевато ответил Тор.
– Ты серьезно считаешь, что его заботит состояние Лиззи? Да он перешагнет через нее, если она упадет перед ним, а ему срочно нужно будет пройти, – возмутилась подруга.
– Спасибо, Джейн. Это весьма поднимает мою самооценку, – съязвила я.
– Дорогая, дело не в тебе, дело в Локи. В этом весь он.
– Он изменился, – парировал громовержец.
–
Тор замотал головой.
– Локи хватило мужества вернуться в Асгард и попросить прощения.
– Зачем это вдруг ему понадобилось? – спросила Джейн, перейдя на шепот.
– Без этого он бы не получил брак с Лиззи, – указав на меня, сказал царь.
– Не смеши меня, – пробурчала подруга. – Ему явно не женитьба с какой-то мидгардкой нужна. Это лишь способ вернуться.
Я скрестила руки на груди.
– Ты блистательный психолог, – с сарказмом в голосе ответила я Джейн.
– Только не говори, что тоже считаешь, что Локи влюблен в тебя, поэтому пошел на такие жертвы, наступив на горло собственной гордости.
Я хмыкнула.
– Конечно, нет. Просто можно и не говорить об этом вслух, хотя бы при мне. Подождите, почему тоже? Кто еще тут так считает? Что он… он… ну, вы поняли, – удивилась я, разглядывая каждого в этой комнате. Не хотелось ставить в одно предложение его имя и глагол «любить», тем более, использованный по отношению ко мне.
Тора можно было не спрашивать, у него все читалось на лице.
– Я так считаю, – внезапно произнесла Эйр.
Джейн приподняла брови.
– Ты просто не видела, что с ним творилось, когда он думал, что Лиззи выпила яд, – поспешила объяснить целительница. – Мне показалось, что он сможет легко умереть от разрыва сердца. Он готов был убить всех.
– Он всегда готов убить всех, – пошутила я.
Тор хохотнул.
– Я не доверяю ему, – сказала Джейн после секундного молчания.
– Твое право, но это не дает тебе возможности вешать такие тяжкие обвинения на него, – сердито сказал царь.
Подруга поджала нижнюю губу.
– Отправляйтесь в свои покои, а то шумите тут, как птицы на причале, а царице нужен покой и отдых, – сказала богиня врачевания.
Всеотец первый покинул больничное крыло, не в силах более смотреть на мучения любимой. Следом за ним вышел Тор, не став дожидаться Джейн. Ее недоверие к младшему брату всегда задевало громовержца.
– Лиззи, я попрошу тебя остаться, – прохрипела ослабленная Фригг, схватив меня за руку.
Я опешила.
– Вам нужен отдых, Ваше высочество. Разговор подождет.
Она едва заметно помотала головой.
Я тяжело вздохнула, возвращаясь на свое место.
– Зайди ко мне, – похлопав по плечу, сказала Джейн, выходя из помещения.
Некоторое время висела напрягающая тишина. Эйр скрылась в лаборатории, перебирая какие-то склянки, дав нам возможность поговорить наедине. Царица глубоко дышала, собираясь с силами, а я не решалась первой начать разговор, к тому же не знала его причину. Ничего не оставалось, как внимательно изучать мелкие складки на длинной юбке, перебирая шелковую ткань в руках.
Пушистые снежинки неспешно кружились на улице, оседая на белоснежную землю в саду Идун. Я сидела на стуле и наблюдала за их причудливым полетом. Деревья
– Вы погрустнели, – раздался тихий голос Фригг, вырвавший меня из размышлений.
– Не вижу повода для веселья. Это нападение означает лишь одно: скоро опять состоится кровопролитие. Будет война, – ответила я, рассматривая чистые стены лазарета.
– В такие минуты нужно держаться вместе и оказывать поддержку близким.
– Да, вы как всегда правы, – согласилась я.
– Знаешь, много лет тому назад… именно в этот день я переступила порог этого роскошного дворца. Он казался таким большим и страшным, что только при одной мысли, что я здесь останусь навсегда, ноги подкашивались. Все было таким чужим и незнакомым. Пышные комнаты пугали меня, хотя, я и сама с пеленок выросла практически в таком же дворце, но он не сравнится с этим. По размерам и красоте. Помню, как отец вел меня под руку в пышную Тронную залу, где собрались жители всего царства, чтобы поприветствовать избранницу великого Одина. Как и сегодня, помещение просто задыхалось от запахов цветов, фрейлины кружились в танце, а бароны и баронессы кланялись до самого пола, приветствуя меня. Мне улыбались, а я хотела плакать.
Я подивилась внезапному откровению Фригг, застыв на месте в ожидании продолжения, и оно не заставило себя долго ждать.
– В праздник Последнего цветка, в свое восемнадцатилетние, я впервые увидела будущего мужа. Признаться, он сразу же вызвал у меня отвращение. Такой напыщенный, величественный и надменный. Его манера говорить, ходить, даже дышать стала мне ненавистной. Я просто не могла представить, как смогу жить рядом с ним до скончания своих дней.
Фригг хмыкнула.
– Как и полагается, юная девушка уже успела отдать свое сердце другому благородному юноше, я так думаю, у Одина тоже была другая избранница, но детям царей не доступна обычная любовь. Мы – люди долга перед своим народом. Конечно, нас обвенчали.
– Вы не любили друг друга? – подивилась я. Вот это новость! Мне казалось, что между ними самая настоящая идиллия с первых дней.
Она кивнула, лукаво улыбаясь.
– Первые несколько лет я существовала с ним под одной крышей, как с врагом. Мы не разговаривали, всячески сторонились друг друга, даже принимали трапезу в разное время.
– Что же произошло потом? Ведь сейчас ваши отношения не остались такими? – спросила я.
– Покушение. У Одина всегда были недруги. Дождливым вечером на царя напали, когда он возвращался с прогулки из леса. Его верный конь смог вывезти раненого хозяина. Это были страшные дни для государства и для меня. Я спрашивала себя, буду ли я рада его смерти? Вздохну ли я радостно, избавившись от оков брака?