Тиерия

Морозова Анастасия

– Чего вы ждёте?!
– обратилась я к старейшинам.
– Вы хотите стать рабами этого чудовища?! Если нет, то необходимо сражаться за свой город, за свою планету, за свою свободу, в конце концов. И сражаться нужно прямо сейчас!
– я посмотрела на старейшин и увидела, как они опустили глаза вниз. Не смотря на меня, главный старейшина произнёс:

– Мелания, нам со старейшинами нужно посоветоваться, мы никогда не вели войн, каждый из здесь присутствующих - прекрасные волшебники, но мы не воины, мы не умеем вести настоящих сражений, мы ничего не понимаем в тактике и стратегии, мы не знаем, на что способны те звери, - он указал на войско Херокса, - поэтому, прежде чем вступать в бой, необходимо всё тщательно продумать.

– Конечно, подумайте, посоветуйтесь, созовите консилиум, желательно на завтра, когда вы все уже беспомощные будете сидеть в башнях Кародоса, украшенные замечательными браслетами Херокса!
– я просто не понимала, о каких совещаниях может идти речь, когда на кону свобода твоего государства и твоя собственная.

Я с мольбой посмотрела на папу, он оставался моей последней надеждой. Ластр всегда умел убеждать, и сейчас как никогда мне необходима была эта его способность. Ластр посмотрел

вокруг, подошёл к старейшинам и, повернувшись в сторону защитников города, обратился ко всем тиерцам с пламенной речью:

 - Страшно ли мне сейчас? Да! Я думаю, как и всем вам. Приходила ли мне мысль сдаться? Да, это была первая моя мысль, потому что, как и вы, я люблю свой город и не хочу, чтобы он был разрушен. Но что будет, если мы сдадимся? Сможем ли жить как раньше? Вам всем известно, что нет. Магия - часть нас, она внутри каждого волшебника, это наша сущность. Сможете вы жить, не ощущая этих величественных потоков волшебных нитей, сможете отказаться от своего «Я» и стать безвольными рабами тирана, который, как только получит власть, уничтожит всех, кто хотя бы попытается сохранить капельку гордости. Он подвергнет нас унижениям и потребует беспрекословного подчинения. Вы хотите стать вечными рабами? Я - нет! Я лучше умру, но не увижу, как уничтожают мой город. Я предлагаю сразиться и либо победить, либо умереть, но умереть свободными!

Я слушала Ластра, и меня переполняла гордость. Всё-таки у меня самый лучший папа в мире! Посмотрев по сторонам, я увидела, что нет уже того всепоглощающего страха, который раньше окутывал старейшин и защитников города. Всё больше их лица выражали решимость, желание сражаться за свою свободу. Глава старейшин повернулся в сторону Херокса и хотел уже что-то сказать, но Ластр его прервал:

– Я бы не стал отвечать волшебнику, который предал саму сущность нашего мира. Я думаю, лучшим ответом будет наша атака.

Старейшина ничего не сказал, повернулся в сторону защитников города и кивнул. Те всё поняли без слов. Ластр мгновенно накинул на себя и меня защитный купол, так же поступили и остальные целители. В итоге все старейшины и волшебники Варнабисса оказались под защитой. Зауры и волшебницы огня выступили вперёд и одновременно выпустили в войско Херокса зурусы и огненные стрелы. Я целилась исключительно в Херокса, причём атаковала не только огнём, но и ледяными стрелами. Я была так возбуждена битвой, что, когда наша атака достигла своей цели, не поняла, почему ни одно из чудищ не упало и даже не шелохнулось. Я начала приходить в себя только когда услышала жуткий смех Херокса:

– Вы серьёзно решили, что я пойду войной на город с лучшими бойцами Тиерии без защиты? Встану перед вами на открытой площадке в виде замечательной мишени и при этом не позабочусь о безопасности?
– Херокс замолчал, а мы все, наконец, разглядели почти прозрачный щит, окружавший войско Херокса, щит, который не смогла пробить ни одна из атак лучших волшебников Варнабисса. Злая улыбка играла на лице Херокса.
– Я так понял, что вы отказались от моего предложения. Что ж, это будет хорошим уроком для вас.

Херокс подал знак своим чудищам, и те пошли в атаку. Сначала волки расправили свои кожистые крылья и очень быстро полетели в нашу сторону, они вклинились в наши и так не очень стройные ряды и попытались сразу разделаться с целителями, чтобы убрать магическую защиту. Но волков встретили волшебницы огня и зауры, которые от души наделяли животных огненными стрелами и зурусами. Защита, наложенная Хероксом на животных, стала потихоньку ослабевать, но и наши защитные купола тоже не могли долго выдержать атаку волков. В это время наши некроманты, отойдя подальше от эпицентра битвы, вызвали мёртвых ниверов, кисаров и других животных в место, где находились огромные змеюки с драконьими головами. Но как только мёртвые оживали и пытались напасть, змеи тут же выпускали из пасти целые столпы огня, и трупы оседали там же, где и были подняты волшебниками. К этому времени до нас добрались двухголовые кошки, и их хвосты с жалом атаковали сразу несколько противников. Наша защита трещала по всем швам. Некоторые уже остались без неё, и этим сразу воспользовался Херокс. Он поднял руки, и в нашу сторону полетели сотни зурусов. Я не понимала, как ему удалось сразу выпустить столько металлических звёзд. Обычно зауры могут одновременно атаковать двумя, тремя зурусами, которые в полёте разъединялись на несколько штук. У большинства волшебников окончательно слетела защита, и постепенно окраины города стали наполняться трупами тиерцев. Меня стало охватывать отчаянье. Хоть я и швырялась без остановок во врагов то огненными, то ледяными стрелами, мне удавалось только ранить животных, но не убить их. Особенно тяжело было сражаться против кошек, от их брони отлетали любые магические атаки, их ранили только зурусы и другое холодное оружие. Использовать более сильную магию я не могла, так как рядом с напавшими на нас чудищами находились наши воины, и я могла причинить им вред. Наконец, к нам на помощь прилетели вызванные усарами ниверы и кисары и только собрались напасть на кошек и волков, как путь им преградили ниверы и кисары Херокса. В небе разгорелась ещё одна битва. Невозможно было понять кто свой, кто чужой, поэтому помочь нашим животным мы не могли, нам оставалось сражаться только на земле. Странные женщины с красными глазами в бою не участвовали, а просто стояли и смотрели на битву, окружив Херокса, чтобы его невозможно было достать никаким оружием. Но вот до нас добрались змеи, которые сразу окатили всё вокруг большими струями огня. К этому времени защитники города остались совсем без защиты, и первыми, кто больше всех пострадал от огня, были зауры и усары, их охватывало пламя с головы до ног. Мне пришлось прекратить атаковать противников и направлять потоки воды на горевших воинов, чтобы сбить пламя. Волшебницы огня, напротив, чувствовали себя очень даже неплохо, они впитывали пламя в себя и, понимая, что перенаправлять огонь на змеев бесполезно, огонь на них не действовал, так как был их родной стихией, направляли пламя на волков, которые неплохо горели. Эта битва продолжалась уже несколько часов, защиты уже ни у кого не осталось, только нас с папой окружал защитный купол, недаром Ластр был лучшим целителем Тиерии. Но и наша защита постепенно ослабевала, и я не знала, насколько её хватит. Вокруг нас

становилось всё больше и больше трупов. У некромантов появилось много работы: и Херокс и некроманты Варнабисса постоянно поднимали мёртвых, и те немедленно вступали в бой. Убивать их было не тяжело, у них не было никакой магической защиты, но их было так много, что тяжело было разобрать кто свой, а кто чужой, поэтому нам приходилось атаковать всех подряд. Постепенно перевес сил склонялся на сторону Херокса. Я на мгновение отвлеклась от битвы и посмотрела вокруг. Картина была ужасная. Наше, уже совсем небольшое, войско таяло с каждой минутой. Вот огромная двухголовая кошка набросилась на усара и вцепилась ему прямо в горло, из которого хлынули брызги крови, а смертоносные хвосты впились в стоявшую рядом волшебницу огня, девушка мгновенно осела на землю и стала биться в конвульсиях. Целители, у которых хватало сил накладывать защиту уже только на себя, не успевали переходить от раненого к раненому и залечивать страшные раны. Целителей старались вывести из строя в первую очередь, поэтому многие уже никому не могли помочь, у кого было меньше волшебной силы быстро теряли свою защиту и тут же становились жертвами страшных чудовищ. Повсюду лилась кровь, слышались душераздирающие крики умирающих от ран и яда, правда, и тварей становилось всё меньше и меньше. Самыми страшными и многочисленными врагами оставались двухголовые кошки. Единственно, чего я не понимала, почему красноглазые женщины не вступают в бой. Если они не сражаются, зачем они Хероксу? И какие у них способности, и есть ли они вообще? От раздумий меня отвлёк какой-то шум. Я посмотрела в сторону города и увидела, что к нам приближаются волшебники Варнабисса, обычные жители и преподаватели Кародоса. Как же вовремя. Волшебников набралось несколько тысяч, больше всего было волшебниц, но и мужчин хватало. Первыми к нам влетели волшебницы воздуха и сильными потоками ветра стали раскидывать противников подальше от тиерцев, этим сразу же воспользовались зауры и волшебницы огня и воды, они тут же атаковали чудовищ, уже не так боясь задеть своих. Волшебницы земли собрались вместе и смогли вызвать песчаную бурю, которая не давала змеям плеваться огнём. Зауры, поняв, что броню кошек лучше всего пробивать мечами, стали активнее пользоваться именно этим оружием. Перевес сил теперь был на нашей стороне. Посмотрев на небо, я поняла, что и там наши ниверы и кисары одерживают верх, ведь каким бы сильным магом не был Херокс, все вместе усары могли вызвать гораздо больше животных, чем он. И только я готова была вздохнуть с облегчением, как наткнулась взглядом на Херокса. На его губах играла жестокая усмешка. Он посмотрел мне прямо в глаза и что-то шепнул рогатой женщине. Тогда та вместе с остальными красноглазыми вышли немного вперёд, Херокс накинул на них защиту, так как уже успел восстановить магические силы, ведь он почти не участвовал в битве. Женщины сложили руки крест-накрест на груди и закрыли глаза. Я ждала какой-то атаки, но ничего не происходило. Правда, недолго. Вдруг, зауры, усары и волшебницы воздуха, воды и земли прекратили атаковать противника, их глаза налились красным цветом, и они начали убивать своих же. Я не могла поверить своим глазам. Оказывается, спутницы Херокса обладали магией гипноза. Видимо, некроманты, целители и волшебницы огня оказались им не по зубам, зато остальные беспрекословно выполняли их волю. Теперь понятно, как этим красноглазым удалось оседлать ниверов. Я не знала, что делать. Убивать своих я не могла, ведь гипноз вряд ли продержится долго, и я надеялась, что за это время мы сможем устоять. Но ошиблась. Целителей, некромантов и волшебниц огня было слишком мало, чтобы бороться и с чудовищами, и с другими волшебниками. Уже не было ни сил, ни желания, никто не хотел причинить вред своим же, все прекрасно поняли, что те просто загипнотизированы.

Тогда послышался голос Херокса:

 - Довольно, поиграли немного в войнушку и хватит. Если вы сейчас сдадитесь и добровольно наденете браслеты, я не буду никого наказывать за сопротивление, тем более, что вы уже сами себя достаточно наказали. Выйдите вперёд и по одному подходите к этой прекрасной леди, - Херокс указал на рогатую женщину.
– Кстати, я не представил вам мою спутницу. Познакомьтесь, это Катара, повелительница народа весков, уже много лет живущих за Руворским лесом. Да, за лесом тоже есть жизнь. Катара согласилась помочь мне вас облагоразумить, а я разрешил ей со своим народом поселиться на наших землях. Ладно, о том, как мы будем жить дальше поговорим потом, а пока подходите к Катаре и надевайте браслеты.

Я посмотрела на лица волшебников, раненые, уставшие, у них не осталось больше сил на сопротивление. В их глазах читалось безразличие. Опущенные плечи и головы говорили сами за себя. Они сдались. Я посмотрела на дорогу, ведущую к Хероксу, и у меня перехватило дыхание, в горле застрял ком. Первой, кто решил пойти за браслетом, оказалась Марна. Мне никогда ещё не было так больно, как тогда. У нас с Марной никогда не было тёплых отношений, но всё-таки она была моей матерью. Я никогда не забуду этот момент. Марна с гордой осанкой подошла к Хероксу, а когда он её обнял, она улыбнулась и поцеловала его в щёку. Катара протянула Марне браслет, и та, не задумываясь, одела его. В этот момент я искренне ненавидела собственную мать, никогда не забуду этого ощущения. Мне было плохо, очень плохо. Я не знала, что делать, но точно знала, что никогда не одену браслет. Решение пришло мгновенно, я посмотрела, как волшебники подходят за браслетами и поняла, что у меня есть не так уж мало времени. Я повернулась к Ластру.

– Пап, накинь на нас защиту, возьми меня за руку и ни за что не отпускай, - прошептала я.

– Дочка, что ты задумала?
– с беспокойством спросил Ластр.

– Пап, я знаю, что не могу за тебя решать, но я не сдамся и никогда не приму от Херокса браслет, - не успела я договорить, как Ластр меня перебил.

– А кто собирается сдаваться? Делай, что считаешь нужным, - наигранно весело сказал папа.

Я закрыла глаза и сознанием потянулась к морю. Я долго искала, но, наконец, нашла прекрасный большой смерч. Я потянула его за собой. Не знаю, сколько прошло времени, наверное, минут пятнадцать, но скоро я почувствовала лёгкий холодок. Смерч обрушился внезапно, но вместо того, чтобы направлять его на Херокса, я покрепче сжала руку папы и потянула смерч на себя. Пока Херокс сообразил, что я собираюсь сделать, мы с папой шагнули в самый центр урагана. Моё сознание отключилось, последнее, что я услышала, это яростный крик Херокса.