Тиерия

Морозова Анастасия

***

Мы уже шесть дней шли к Руворскому лесу. По дороге Рокату ловил грызунов и птиц, я и Сула собирали ягоды дикой смородины. Тем и питались. Другой еды добыть было невозможно. На равнинных поверхностях не было крупных животных, а речушка была настолько мелкой и узкой, что в ней водились только мальки. Хорошо хоть в воде не было недостатка. Папа нашёл общий язык с Питом, и они могли часами обсуждать проблемы Тиерии. Сула говорила мало и находилась всегда возле Пита. Я поняла, что у них особые отношения. Хоть они и не проявляли на людях своих чувств, но по тому, как они разговаривали и смотрели друг на друга, было понятно, что Сула и Пит пара. Тэрла была одиночкой, она часто превращалась в нивера и улетала в неизвестном направлении. Налетавшись Тэрла иногда вступала

в спор с Ластром и Питом, а если те не настроены были с пеной у рта доказывать свою правоту, то начинала приставать к Суле, с которой было очень трудно спорить, она или соглашалась с доводами собеседника или дипломатично молчала. А Тэрле это было не интересно. Поэтому ей было проще быть одной. Я заметила, что Тэрла по-особому относится к Рокату. Она постоянно бросала на него пристальные взгляды, часто пыталась вступить в диалог. Но это ничем хорошим не заканчивалось. Рок любил подтрунивать над Тэрлой и доводить её до белого каления. Он никогда не говорил с ней серьёзно, и это очень раздражало рыжеволосую волшебницу. А вот мы с Рокату смогли найти общий язык. Мы часто уходили вперёд, обгоняя наших спутников, и разговаривали обо всём на свете. Мне с Роком было удивительно легко общаться. Я привыкла к его шуткам, даже если объектом для насмешек оказывалась я. Меня шутки Рокату не обижали, вместо того, чтобы дуться или кричать, как Тэрла, я или смеялась над собой, или подшучивала над Роком в ответ. Когда нам с Роком надоедало хохмить или придуриваться, мы могли часами разговаривать на очень серьёзные темы, и, удивительное дело, оказалось, что у нас были очень похожие взгляды на мир. Конечно, и споры случались, но мы или пытались доказать свою правоту с помощью доводов, или оставались при своём мнении, не опускаясь до криков и истерик. Так как Рокату был стражем библиотеки, заключающей в себе знания о всей истории нашей планеты, то он был ещё и прекрасным рассказчиком, и я часами могла слушать мифы и легенды Тиерии, которыми делился со мной Рок.

Идя по широкой дороге, мы с Рокату как обычно оторвались от Пита, Сулы, Тэрлы и Ластра и шли по широкой тропинке разговаривая.

– А ты все книги читал, которые хранятся в вашей библиотеке?
– спросила я.

– Конечно, я же её страж, - ответил Рок.

– И ты можешь рассказать обо всех книгах, которые прочитал?

– Не просто рассказать, я их знаю наизусть.

– А разве такое возможно? Ведь наша память не безгранична, - удивилась я.

– Когда в нашей деревне рождается ребёнок с необычным проявлением дара, то, как только ему исполняется пять лет, его учат читать. Причём до этого никто не имеет права показывать малышу буквы. И если ребёнок начинает читать через несколько часов, то это значит, что у него не обычная память, а уникальная, способная запечатлеть любую информацию на всю оставшуюся жизнь. Такой ребёнок становится стражем храма-библиотеки, - ответил Рок.

– А у Пита, Сулы и Тэрлы тоже такая память?

– Конечно, ведь стражи нужны не только для того, чтобы защищать библиотеку, но и как источник знаний. Даже если Хероксу придёт в голову сжечь все книги в храме, мы спокойно сможем за несколько лет восстановить библиотеку.

– А книги о Земле в библиотеке есть?
– спросила я.

– Есть, и не мало, - ответил Рокату.

– А у нас в Варнабиссе почти нет книг о Земле. Всё, что мне известно о земных людях, это то, что они зачем-то постоянно воюют между собой, тем самым уничтожая целые города и даже государства. Хотя мне не понятно, зачем воевать с такими же существами, как и ты. Неужели на Земле не понимают, что жить в мире выгоднее всем. Это ж сколько нужно средств для того чтобы всё время воевать?!

– На Земле вообще люди не такие как у нас. Хотя, смотря на Херокса, мне иногда кажется, что он свалился на Тиерию именно оттуда, - ответил Рок.

– А какие они, земные люди? Неужели так сильно отличаются от тиерцев?
– спросила я.

– Если брать внешний вид, то они совсем от нас не отличаются, те же две руки и ноги. Но вот их поступков я часто понять не могу: они специально шьют и покупают одежду, которую не удобно носить,

и которая откровенно им не идёт; они делают еду, от которой медленно умирают или болеют, и при этом добровольно её покупают и едят. Причём покупают за очень немаленькие деньги. Они носят обувь, от которой болят ноги. Наносят на лицо краску, которая делает из привлекательных девушек настоящих страшилищ. Красят волосы в неестественные цвета и считают это красивым. Да много чего странного в земных людях, всего и не перечислишь, - ответил Рок.

 - А зачем они это делают?
– удивилась я.

– А ты у них спроси, - ответил Рок, - я сам уже сколько лет ломаю над этим вопросом голову, но никак не могу на него ответить.

– Да, удивительные эти земляне. С другой стороны, если бы они попали на Тиерию, то, скорее всего, нас они тоже посчитали бы странными. Ведь каждый привыкает к тому образу жизни, который ведёт сам, - сказала я.

– Может ты и права. Вот только зачем изначально привыкать к неправильному, неудобному образу жизни? Это что, у них такое развлечение: давайте посоревнуемся, кто быстрее себя угробит?!
– с сарказмом спросил Рок.

– Но это ты считаешь образ жизни земных людей неправильным. Возможно, их самих всё устраивает. И они вполне счастливы.

– Ага, видимо поэтому они постоянно воюют и вечно всем недовольны. Наверное, от того, что счастья слишком много привалило, - ответил Рокату.

– Ты так подробно говоришь о землянах, словно не в книгах о них прочитал, а сам побывал на Земле.

После моих слов Рок заметно напрягся и тут же перевёл тему разговора.

– Смотри, Мэл, какое хорошее брёвнышко. Давай хоть немного посидим. А то мы с тобой так убежали вперёд, что остальных уже и не видно.

Мы уселись на какую-то корягу. Погода была замечательная, ветер стих, светило яркое солнце, было жарко и душно. Рок со вздохом сказал:

– Жара жуткая. А у нас вода закончилась. Мы уже давно свернули в сторону от той реки, вдоль которой шли. Где теперь воду брать будем?
– спросил Рок. Не дождавшись от меня ответа Рокату с сарказмом спросил:

– Госпожа волшебница, может сообразишь для меня стаканчик прохладной воды?

– Конечно, сию минуту, мой господин!
– подобострастно воскликнула я. В моих глазах уже играли чертенята. Я взмахнула рукой, и Року на голову вылилось не меньше ведра ледяной воды.

Рокату выглядел потрясающе: вечно растрёпанные волосы были прилизаны, с них падали на землю крупные капли, рубашка прилипла к телу, и прекрасное мускулистое тело теперь можно было подробно рассмотреть, просматривался каждый бугорок мышц. Но долго любоваться Роком мне не пришлось. Взглянув в его глаза, мне почему-то стало очень страшно. Взгляд Рокату был серьёзным и очень колючим, в нём читалось желание убивать. Мне на мгновение показалось, что Рок меня прикончит прямо здесь на этом самом месте.

Ничего умнее я не придумала, как вскочить и побежать подальше от разъярённого волшебника. Не успев сделать и несколько шагов в сторону, я наткнулась прямо на Рока. Я не поняла, как, но он буквально за какие-то мгновения успел вскочить с коряги и обежать меня с другой стороны таким образом, что я уткнулась прямо в его грудь. Рок резко стиснул меня в мокрых объятьях и нагнулся прямо к моему лицу. И мне показалось, что ещё мгновение, и он меня поцелует. Но вместо этого Рок сильно меня прижал к своему мокрому телу и резко затряс головой из стороны в сторону. Брызги летели повсюду. Буквально через мгновение я стояла такая же мокрая, как и Рок.

Было очень мокро и холодно! Посмотрев в глаза Рокату, я поняла, что ему приходится прилагать немало усилий, чтобы не засмеяться. Я решила не упрощать Року задачу и расхохоталась ему прямо в лицо. Рок не выдержал и засмеялся вместе со мной. Мы смеялись несколько минут, при этом из объятий меня так и не выпустили.

Отсмеявшись Рок спросил:

– Ты серьёзно надеялась от меня убежать?

– Честно говоря, в тот момент я думала, что если останусь на месте, то мой труп очень неприглядно будет выглядеть среди лужи и рядом с непрезентабельного вида корягой. Пришлось выбирать более привлекательное место для смерти.