Тигр! Тигр! (сборник)
Шрифт:
— Я вижу, вы еще специалист и по части лести.
— С вами любой мужчина станет экспертом, мисс Уэбб.
— Что вы намерены сделать после того, как взломали папин сейф?
— Долгие часы любоваться этим шедевром.
— Ну что же, чувствуйте себя как дома.
— Я не осмелюсь. Не такой уж я нахал. Я просто унесу вазу с собой.
— То есть украдете?
— Умоляю вас простить меня.
— А знаете ли вы, что ваш поступок очень жесток?
— Мне очень стыдно.
— Вы,
— Прекрасно представляю. Капиталовложение суммой в два миллиона долларов.
— А, вы считаете, что мы торгуем красотой как биржевые маклеры?
— Ну конечно. Этим занимаются все богатые коллекционеры. Приобретают вещи с тем, чтобы их с выгодой перепродать.
— Мой отец не богат.
— Да полно вам, мисс Уэбб. Два миллиона долларов?
— Он одолжил их.
— Не верю.
— Я вовсе не шучу. — Девушка говорила серьезно и взволнованно, и ее темно-синие глаза сузились. — У папы в самом деле нет денег. Совершенно ничего, только кредит. Вы же, наверно, знаете, как это делается в Голливуде. Ему одалживают деньги под залог ночной вазы. Она вскочила с кресла. — Если вазу украдут, папа погиб… А вместе с ним и я.
— Мисс Уэбб…
— Я заклинаю вас не уносить ее. Как мне вас убедить!
— Не приближайтесь ко мне…
— Господи, да я ведь не вооружена.
— Мисс Уэбб, вы обладаете убийственным оружием и пользуетесь им без всякой жалости.
— Если вы цените в этом шедевре одну красоту, то мы с отцом всегда охотно поделимся с вами. Или вы из тех, что признают только свое, только собственность?
— Увы.
— Ну скажите, зачем вам ее забирать? Оставьте вазу у нас, и вы станете ее пожизненным совладельцем. Приходите к нам когда угодно. Половина всего нашего имущества, отцовского, и моего, и всей семьи…
— О господи! Ладно, ваша взяла, держите свою проклятущую… — он вдруг осекся.
— Что случилось?
Он пристально смотрел на ее руку.
— Что это у вас такое, около плеча? — спросил он с расстановкой.
— Ничего.
— Что это? — повторил он настойчиво.
— Шрам. Когда я была маленькая, я упала и…
— Никакой это не шрам. Это прививка оспы.
Девушка молчала.
— Это прививка оспы, — в ужасе повторил он. — Таких не делают уже четыре сотни лет. Их больше не делают, давно не делают.
Она смотрела на него во все глаза.
— Откуда вам это известно?
Вместо ответа он закатал свой собственный левый рукав и показал свою прививку.
У девушки округлились глаза.
— Значит, и вы?..
Он кивнул.
— Значит, мы оба оттуда?
— Оттуда?.. Да, и вы и я.
Ошеломленные, они глядели друг на друга. Потом радостно, неудержимо рассмеялись, не
— Это, наверное, самое фантастическое из всех совпадений в истории, — сказал он.
— Да, конечно. — Ошеломленная, она встряхнула головой. — Я все никак не могу поверить в это. Когда вы родились?
— В тысяча девятьсот пятидесятом. А вы?
— Разве дамам задают подобные вопросы?
— Нет, правда! В котором?
— В тысяча девятьсот пятьдесят четвертом.
— В пятьдесят четвертом? Ого, — он усмехнулся. — Выходит, вам исполнилось пятьсот десять лет.
— Ах вы так? Доверяй после этого мужчинам.
— Значит, вы не дочь Уэбба. Как же вас по-настоящему зовут?
— Вайолет. Вайолет Дуган.
— Как это здорово звучит! Так мило, просто и нормально.
— А как ваше имя?
— Сэм Бауэр.
— Еще милей и еще проще. Ну?
— Что «ну»? Привет, Вайолет.
— Рада нашему знакомству, Сэм.
— Да, весьма приятное знакомство.
— Мне тоже так кажется.
— В семьдесят пятом я работал на компьютере при осуществлении денверского проекта, — сказал Бауэр, отхлебывая имбирный джин — самый удобоваримый из напитков, содержавшихся в баре Уэбба.
— В семьдесят пятом! — воскликнула Вайолет. — Это когда был взрыв?
— Уж кому бы знать об этом взрыве, как не мне. Наши купили новый баллистический 1709, а меня послали инструктировать военный персонал. Я помню ночь, когда случился взрыв. Во всяком случае, как я смекаю, это и был тот самый взрыв. Но его я не помню. Помню, что показывал, как программировать какие-то алгоритмы, и вдруг…
— Ну! Ну!
— И вдруг как будто кто-то выключил весь свет. Очнулся я уже в больнице в Филадельфии — в Санта-Моника Ист, как ее называют сейчас, и узнал, что меня зашвырнуло на пять столетий в будущее. Меня подобрали голого, полуживого, а откуда это я вдруг сверзился и кто такой — не знала ни одна душа.
— Вы не сказали им, кто вы на самом деле?
— Мне бы не поверили. Они подлатали меня и вытолкнули вон, и мне порядочно пришлось вертеться, прежде чем я нашел работу.
— Снова управление компьютером?
— Ну нет. Слишком жирно за те гроши, которые они за это платят. Я работаю на одного из крупнейших букмекеров Иста. Определяю шансы выигрышей. А теперь расскажите, что случилось с вами.
— Да фактически то же, что с вами. Меня послали на мыс Кеннеди сделать серию иллюстраций для журнала в связи с первой высадкой людей на Марсе. Я ведь художница…