Тигр. Тигр!
Шрифт:
Но Конн знал, что это. Внезапно он все понял. Он посмотрел на уменьшенные в размерах модели настенах, на крошечный вертолет, висевший под потолком, и, наконец, на огромный тягач на гусеничном ходу в стеклянной витрине. Ему стало ясно, что в качестве своей последней цитадели свасты выбрали музей.
— Погоди… — пробормотал Конн, не обращая внимания на возбужденные крики Брэдли, и подошел к витрине, внутри которой стоял тягач.
Это был самосвал с большим кузовом, вероятно, предназначенным для перевозки песка или щебня. Похоже, это была модель двадцать первого века, поскольку
Конн перешагнул через пустую раму, и его окутало облако газа, такого вонючего, что он едва не лишился чувств. Это был хороший знак. Тот, кто установил этот тягач в витрине, принял все меры к тому, чтобы он оставался в хорошем состоянии.
— Брэдли! — отрывисто бросил он. — У свастов на башнях стоят огромные факелы. На чем они работают? На масле?
Брэдли кивнул.
— Тогда бери всех и поднимайтесь на башни. Найдите маслопровод и принесите сюда все масло, какое сумеете. Быстрее!
Брэдли уставился на него, потом повернулся и погнал свой отряд к башням. Конн осторожно пристроил рюкзак с бомбами в угол, отыскал маленькую масляную лампу и начал разогревать цилиндры дизеля.
Сверху прибежали читатели в поисках подходящих емкостей для масла. Конн высыпал на пол образцы минералов и отдал им металлические коробки. Разорвав рубашку, он сделал импровизированный фильтр. От дизеля исходил сильный запах горячего металла.
Они смогли набрать около пятнадцати галлонов. Фильтруя масло и дожидаясь, пока дизель прогреется, Конн прикинул, что этого ему хватило бы, чтобы доехать до Калифорнии и обратно. Соорудив импровизированную воронку, он залил масло в топливный бак. Топливный фильтр был одноразовым, и прокладка в нем оказалась свежей и белой.
Дизель запускался с помощью электрического стартера. Аккумуляторы были пусты, и Конн послал Брэдли за водой, чтобы их наполнить. Их нужно было зарядить, и, хотя Конн заметил подсоединенный к ним генератор на пятьсот ватт, при неработающем двигателе от него никакого толку. Дизель можно было запустить лишь вручную.
На маховик намотали прочную веревку, и Конн со всей силы дернул за нее. Колесо со скрежетом провернулось. Он продолжал дергать, пока не выбился из сил, и тогда его сменил Брэдли, отличавшийся, насколько помнил Конн, выдающейся мускулатурой. Мышцы его, казалось, трещали от напряжения. Внезапно тягач закашлял и взревел. Веревка обожгла Брэдли ладони, и он, вскрикнув от боли, сплюнул на них.
Но двигатель тягача тарахтел и яростно ревел, и Конн понял, что война уже более чем наполовину выиграна.
— Извини, Брэд! — крикнул Конн. Он закинул за спину рюкзак с бомбами и прыгнул на сиденье водителя. — Забирайтесь в кузов!
Читатели подхватили копья, залезли в кузов и помогли забраться Брэдли. Конн рванул за рычаг сцепления. Тягач снова закашлял и снес пару витрин, прежде чем Конн успел отвернуть в сторону. Он осторожно повел машину
В зале с доспехами Конн в качестве эксперимента протаранил еще с полдюжины витрин. Тягач выглядел столь же смертоубийственно, как самый лучший немецкий танк. Конн обогнул гигантского сфинкса и устремился вниз по разбитой лестнице, чувствуя, как трещат под гусеницами обломки стекла и металла.
Разбитые окна оказались чересчур узкими, но гусеницы проложили себе дорогу, оставив позади каменное крошево. Конн подъехал к пролому в стене и окликнул стоявших там читателей. Паре десятков из них хватило смелости прыгнуть в кузов. Конн рассчитывал, что они могли бы там укрыться и обстреливать свастов под зашитой стальных бортов. Он был единственным, кто не был ничем защищен, но приходилось рисковать.
Конн с грохотом преодолел пролом в каменной стене. Свасты все еще скакали галопом вокруг замка. Их отряды расположились с флангов, ожидая сигнала к атаке. Конн пошарил по приборной панели и щелкнул переключателем. Ярко вспыхнули передние фары. Аккумуляторы зарядились на удивление быстро — да и сама машина оказалась в отличном рабочем состоянии.
Рядом возникла воронка, и сквозь непрекращающийся рев двигателя Конн услышал, как о стальную стенку кузова ударились земля и камни. Затормозив, он развернул тягач, направив его через пшеничные поля и преграждая дорогу свастам.
Они мчались галопом со всех сторон, словно полчища разъяренных фурий. Лошади пугались жуткого звука, но все же свастам удавалось подскочить к тягачу, выстрелить из копья, а затем резко развернуться и ускакать прочь. Читатели в кузове стреляли в ответ. Свасты падали с седел в ослепительных вспышках света. Ночь заполнилась криками, ржанием и ревом.
«Черт побери, — подумал Конн, — пора с этим кончать, и побыстрее. Хильда ждет».
Он уперся ногами в пол, пытаясь удержаться в раскачивающемся водительском кресле, сумел зажечь еще одну сигарету и начал швырять бомбы. На открытом пространстве разрывы звучали глухо, но огонь был настоящим, и по сухой пшенице побежали огненные ручейки.
Происходившее как будто совершенно не затрагивало Конна. Ему казалось, будто он смотрит со стороны на незнакомца, который поджигает стеклянные бутылки со смертоносной смесью и швыряет их. И будто маленькие группки вооруженных всадников, разносимые в вопящие кровавые клочья, — всего лишь игрушки. И еще ему казалось, что кто-то стучит кулаками ему в спину.
Это был Брэдли. Лицо его исказилось от боли, но он продолжал колотить по спине Конна.
— Все? — крикнул Конн, подставляя ухо к губам Брэдли.
— Мы их уничтожили, — крикнул в ответ Брэдли, — но дело не в том. Прекрати кидать бомбы. Начался оползень.
Конн огляделся. Свастов больше не было видно. Он сбросил газ и заглушил дизель, потом прислушался — и почувствовал, как содрогается под ним земля. Ему стало не по себе.
— Тот, курносый, меня предупреждал, — вслух вспомнил он. — Начальник шахтеров. Он сказал, что вся толща камня изрыта разломами. И вряд ли от ваших туннелей она стала прочнее.