Тиль Уленшпигель
Шрифт:
Тот придержал коня и говорит:
— Я запретил тебе появляться на моей земле. Вылезай! Сейчас тебя повесим!
— А я вовсе не на вашей земле, — возразил Уленшпигель, — я сижу на своей собственной. Я купил её у крестьянина. Раньше она принадлежала ему, а теперь — по праву моя. Так что земля эта не ваша.
Тогда герцог говорит:
— А ну-ка, убирайся с моей земли вместе со своей землёй, висельник ты этакий!
Как Уленшпигель учил осла читать
Некоторое время Уленшпигель занимался тем, что ходил от одного университета к другому, выдавал себя за учёного мужа и потешался над профессорами и студентами. Он хвастался, что знает и умеет всё на свете, и действительно отвечал на все вопросы, которые ему задавали.
Вот однажды приходит он в Эрфурт. Студенты и ректор тамошнего университета заранее прослышали о его прибытии и стали ломать себе голову, какую бы задачку ему задать.
— Не дадим себя провести, как наших пражских друзей-учёных, — говорили они. — Мы сами над ним посмеёмся, а не он над нами.
Наконец, их озарило. Они купили осла, притащили упрямую скотинку на постоялый двор «Под башней», где жил Уленшпигель, и спросили, сможет ли он научить осла читать.
— Ну конечно, — ответил Уленшпигель. — Вот только осёл — глупое животное, поэтому учёба будет долгой.
— А сколько она продлится? — спросил ректор.
— Примерно двадцать лет, — отвечает Тиль, а сам думает: «Двадцать лет — долгий срок. За это время, может, ректор умрёт. Это будет хороший выход. Или я сам умру. Или осёл. Это было бы лучше всего».
Ректор согласился — двадцать, так двадцать. Уленшпигель потребовал вперёд пятьдесят марок за обучение осла. Ему выплатили задаток и оставили с четвероногим учеником наедине. Тиль отвёл его в конюшню, потом положил в кормушку большую старинную книгу и между первыми её страницами насыпал овса. Осёл это увидел и, чтобы сожрать овёс, стал своей мордой листать книгу. Когда овса больше не осталось, он заревел: «И-a, и-а!» Уленшпигель был очень доволен и проделал с ослом то же самое ещё много раз. Через неделю он пришёл к ректору и спросил:
— Не хотите ли поглядеть на моего ученика?
— Охотно, — сказал ректор. — Он уже делает успехи?
— Пару букв за неделю выучил, — с гордым видом говорит Уленшпигель. — Для осла совсем неплохо.
В тот же день ректор с профессорами и студентами пришли к Уленшпигелю на постоялый двор, и Тиль привёл их в конюшню. Голодный осёл, которому с утра не дали поесть, стал яростно листать книгу. Но на этот раз Уленшпигель не насыпал между страниц овса, поэтому осёл ревел не переставая: «И-a, и-a, и-а!»
— Ну вот, — сказал Уленшпигель, — «И» и «А» он уже знает, сами видите. Завтра начну
Посетители в ярости удалились. Ректор так рассвирепел, что вскорости его хватил удар. А Тиль вывел осла из конюшни и крикнул ему:
— Отправляйся к другим эрфуртским ослам!
Потом завязал свою котомку и в тот же день ушёл из города.
Как Уленшпигель преподал урок портным
Уленшпигель пришёл в Росток и разослал по городам и весям письма, в которых приглашал всех мекленбургских портных в назначенный день собраться в Ростоке, — мол, он собирается обучить их искусству, весьма полезному для них самих и их детей.
В названный день в Росток стеклись тысячи портных. Уленшпигель отвёл их всех на большой луг, раскинувшийся за городом. Там они расселись на траве и стали пить и закусывать, потому что сильно проголодались за долгую дорогу. Тогда Уленшпигель вышел и попросил слова, сказав, что хочет научить их весьма полезному искусству, которое пригодится не только им, но и их детям.
— Господа портные, — начал он, — я хотел бы со всей серьёзностью обратить ваше внимание вот на что. Ежели у вас есть ножницы, аршин, напёрсток да игла с катушкой, то вам больше ничего и не надобно. Не забывайте только, вдев нитку в игольное ушко, делать на ней узелок. Иначе она выскользнет из иглы и стежок не получится! У кого-нибудь есть вопросы?
У портных аж лица вытянулись от изумления, они только и могли, что молча переглядываться друг с другом.
Наконец, один из них выкрикнул:
— Ну, это уж слишком! И ради этого ты всех нас созвал в Росток? Да мы уже тысячу лет об этом знаем!
— Тысячу лет? — спросил Тиль. — Сколько же тебе самому лет?
— Сорок пять, — ответил портной.
— Вот так да, — сказал Тиль. — Да как же ты можешь знать об этом тысячу лет?!
Он огляделся вокруг с обиженным видом:
— Я-то для вас старался. Но если вы такие разборчивые, можете идти домой!
Тут портные разъярились и хотели избить Уленшпигеля. Но он забежал в дом, в котором было две двери: в одну вбежал, из другой выбежал. И как они ни искали, не смогли его найти, только больше распалились.
И только те портные, что жили в Ростоке, от души смеялись:
— Мы-то заранее знали, что от него кроме глупых шуток ничего не дождёшься. Как только вы могли пуститься в столь долгий путь по зову этого парня? Вы и вправду дураки!
И всё это кончилось взаимной обидой и дракой между ростокскими портными и чужаками. А Уленшпигель, который всё это затеял, оттуда улизнул.
Как ветер унёс трёх портняжек-подмастерьев
Однажды Тиль Уленшпигель прожил две недели в городке Бранденбург. Он остановился на постоялом дворе «Родная земля», где давали дешёвый приют странствующим подмастерьям. Этот постоялый двор находился прямо на торговой площади, а в соседнем доме жил один портной.