Тим
Шрифт:
— Умеешь?
Влада, сидевшая в кресле напротив, ненадолго заинтересовалась шашками, принялась выстраивать из белых шашек круги, и я понял, что игры не получится. Вскоре интерес у нее пропал. Тогда я вывалил кубики с буквами.
— Смотри, я могу сложить слово “ВЛАДА”. Видишь? Это ты. А я — “ТИМ”. Теперь давай я смешаю кубики… вот так! Сложи-ка свое имя!
Влада сосредоточенно смотрела на кубики. Начала складывать, и я мысленно потер ладони. Получается! Да я — гений педагогики!
Но Влада сложила
“СБОР”.
— Сбор — это кто? Или что? — не понял я.
Не глядя на меня, Влада принялась выстраивать кубики по кругу.
“ЖМЛФПРСТЧ”.
Просто набор согласных букв.
Влада убрала четыре кубика “СБОР” из центра круга, поставила другие.
“КРУГ”.
Я взволнованно задышал.
Нет, это не случайность!
Влада выстроила новое слово.
“ПЕСНЯ”.
— Сбор? Круг? Песня? — прошептал я. — Что это означает?
Меня осенило.
— Ты мне хочешь что-то объяснить, да? Круг, этот круг — не тот ли, из твоего альбома? Типа Стоунхенджа? А сбор? Это люди должны собраться в круг? И спеть песню?
Меня аж затрясло. Зрячая видит что-то, и это что-то имеет отношение к Трем Волнам! Что если этот круг остановит апокалипсис или обратит вспять?
Глупости, конечно, обратить апокалипсис назад невозможно, но я был слишком возбужден, чтобы думать рационально. Перед внутренним взором вдруг предстала четкая картина из прошлого.
Тысячи и тысячи Буйных… С пустыми глазами, опущенными плечами и лицами, обращенными вверх… Они поют-воют зловещую нечеловеческую песню и идут, идут по кругу на городской площади… А над ними летают, каркая, вороны.
— Влада, ты Зрячая… — сдавленным голосом произнес я. — Ты все видишь и знаешь… Просто не можешь сказать, как обычные люди… Скажи, пожалуйста, кто это сделал? Кто решил сделать из нас следы на грязи? Кто это сделал со всем миром? С нами?
Влада посмотрела на мое ухо, светло-карие глаза помутнели. Она словно прислушивалась к чему-то очень далекому. Неуверенно протянула руку и начала складывать новое слово…
“ПАДШИЙ”.
— Падший? — повторил я. — Это он? Он устроил Три Волны? Кто это такой?
Влада оторвалась от кубиков, завозилась в кресле, принялась озираться.
А у меня бешено заработали мозги. Падший — так вроде дьявола называли? Не всерьез же она! Мы назвали Музыку Дьявольской, но никто же всерьез не думал, что ее напел сам Враг рода человеческого… Падшими еще называют тех, кто пал в моральном плане — накосячил так, что дальше некуда. По Библии и Адам с Евой пали, если на то пошло. Кого Влада имеет в виду?
Снова вспомнился тот день, когда я увидел жуткий хоровод Буйных. Тогда мой недолгий друг, Собакен, погиб чуть ли не на моих глазах…
“С кошкой лучше, — подумалось мне. — Кошки не убегают куда не надо…”
Внезапно я заметил, что Котейка пропала. Несколько минут назад лежала
Я попытался вернуть ее внимание к кубикам, кошку можно поискать попозже, но Влада не успокаивалась. Пришлось помочь с поисками.
Целых полчаса мы лазали по всему дому, но Котейка как сквозь землю провалилась.
Наконец во входной двери, снизу и сбоку, я обнаружил искусно сделанную дверцу для домашних животных. Она почти сливалась с основной дверью, с первого взгляда и не разглядишь.
Я отпер входную дверь, и мы с Владой вышли во двор. Обошли вокруг нашего внедорожника, потом — вокруг дома, заглянули во все щели.
— Кис-кис, — звал я.
Но Котейка пропала без вести.
Неужели перелезла через забор и убежала? Раньше она не изъявляла желания убегать. Почуяла какой-то интересный запах — например, кота? Весна все-таки. Или увлеклась погоней за мышью?
Я-то хоть и расстроился немного, но готов был смириться с исчезновением кошки. А вот Влада сильно взволновалась. У нее даже выражение лица в кои-то веки изменилось.
Мне пришла отличная идея: глянуть на запись камер. Если прокрутить назад, то будет ясно, куда убежала Котейка. Я увел Владу со двора в “шпионскую комнату” — пусть побудет рядом, а то еще тоже убежит куда-нибудь. Да и прохладно было на улице, а Влада оставалась в своем летнем платьице. Я поймал себя на мысли, что заботиться о ком-то приятно. Во-первых, есть чем заняться. Во-вторых, чувствуешь себя полезным. Когда ты один и волнуешься только о себе, не так интересно жить…
Мы засели за камеры, и я сразу с недоумением обнаружил, что восьмая камера заработала. Показывала сверху и сбоку небольшое продолговатое помещение с полками вдоль стен и ямой для автомобилей.
Гараж!
Но почему камера не работала раньше?
И тут я увидел нечто такое, отчего у меня по коже пробежал морозец.
Котейка сидела на самой верхней полке с инструментами, под самым потолком, и скалила зубы. А в яме двигалось что-то черное и бесформенное. Вдруг свет погас, изображение пропало. Затем снова появилось, и я заметил, как кошка метнулась на другую полку, а что-то большое и черное быстро скрылось в яме.
Сначала я ни черта не понял. Потом догадался:
— Оборотень, мать его! Ты поняла, Влада? Там в яме Оборотень! И он почему-то боится света, прячется в яме, когда срабатывает детектор движения и свет загорается! И наша Котейка там…
Я встал, снял “Сайгу” с предохранителя. Проверил финку на поясе, узкий стилет на лодыжке под брючиной — полезная вещь, уже пригождалась, — пистолет в кобуре под курткой.
— Оставайся здесь, Влада. Я пойду, разберусь с этим вонючим Оборотнем и верну Котейку.