Тимбер
Шрифт:
Я выгнула бровь, глядя на Большого Сэла, и он поморщился, увидев меня за спиной Лукаса.
— Босс, — прогрохотал он, — не знал, что вы придете сегодня.
— Мам, что происходит? — Потребовал ответа Лукас, оттолкнув Большого Сэла, чтобы тот убрался с дороги, затем присел на корточки перед матерью. — Что случилось?
— Он забрал мои таблетки! — причитала она. — Он забрал их и спустил в унитаз! Они мне нужны! — Она была почти в истерике, слезы текли по ее опухшему лицу, как будто они долго спорили.
Лукас
— Лукас, почему бы тебе не уложить Сандру обратно в постель, а я принесу ей стакан воды. А Сэл сможет объяснить мне все на кухне. — Я старалась говорить мягким и безобидным тоном, но Сандра резко повернула голову в мою сторону, ее глаза сузились.
Решив, что мне не нужно усугублять напряженную ситуацию, я быстро выскользнула из комнаты и закрыла за собой дверь.
Большой Сэл только разочарованно всплеснул руками, прошествовал обратно на кухню и начал топтаться там, бормоча что-то себе под нос, пока кипятил чайник для чая. Очевидно, Сандра любила послеобеденный чай с ромашкой.
Ошеломленная, я просто смотрела на него, уперев руки в бедра, пока он, наконец, не перестал хлопать шкафами и тяжело вздохнул.
— Ты закончил? — Спросила я холодным тоном.
Он вздрогнул, как от пощечины, и кивнул. — Да, сэр.
Я поджала губы. — Хорошо. Теперь ты можешь объяснить, с чем мы только что столкнулись? Где Клодетт?
— Она пошла за продуктами, — пробормотал он. — Лукас рассказал тебе о моих подозрениях насчет одного из препаратов Сандры?
Я кивнула. — Я так понимаю, ты получил результаты?
— Только что, — подтвердил он. — Это не то, что должно быть. По данным лаборатории, эти препараты очень плохо взаимодействуют с другими ее лекарствами и могут быть причиной ухудшения симптомов рассеянного склероза. Поэтому я схватил их и избавился от них, а потом она просто... потеряла самообладание. Она не хочет, блядь, прислушиваться к голосу разума.
Я нахмурилась. — Что еще?
Большой Сэл разочарованно развел руками. — Не могу вспомнить это гребаное название; это было какое-то длинное слово с нехваткой гласных. Но я знаю, что оно означает. Это повреждает ту часть мозга, которая хранит воспоминания и прочее дерьмо.
Почему-то эта информация нисколько не шокировала меня. Какой бы ни была история Сандры с Брантом, с Гильдией, с ее братом… Кто-то хотел, чтобы она об этом забыла. Плохо.
— Но вот в чем безумие, — проворчал Большой Сэл. — Она сказала, что знает.
Вот это было неожиданно.
31
П
отребовалось несколько дней, прежде чем Сандра пришла в себя настолько, чтобы дать какие-либо ответы. Сначала ей нужно было дать успокоительное,
Я была на пути в «Анархию» на встречу с Зедом и Алекси, когда он позвонил, и я сразу же сменила направление, чтобы отправиться туда. Алекси мог подождать, но кто знает, когда Сандра снова придет в себя.
Лукас ждал на крыльце, когда я приехала, и приветствовал меня крепкими объятиями.
— Как она? — Спросила я, заглядывая в его усталые глаза. Он почти не спал, беспокоился о маме и испытывал стресс из-за нагрузки на курсах подготовки врачей скорой помощи.
Мягкая улыбка тронула его губы. — Вообще-то, она хорошо, такой я ее не видел... Я даже не знаю. С тех пор, как мы вернулись в Шедоу-Гроув, я думаю.
Мои брови поползли вверх, потому что если это не было чертовски подозрительно, то я не знала, что было.
— Я чувствую себя идиотом, спрашивая об этом тебя, Хейден, — тихо сказал он, — но ты не возражаешь?.. не заходить внутрь? С ней все так хорошо, но когда я сказал ей, что ты уже в пути, она вся задергалась. Вдруг начала предупреждать меня не связываться с семьей Тимбер и… — Он замолчал, качая головой. — По сути, куча дерьма. Но я думаю, ты, должно быть, настолько похожа на свою маму, что это заставляет ее нервничать.
Я так и подозревала. — Все в полном порядке, — заверила я его с улыбкой. — Тем не менее, я подожду тебя. Я уже сказала Алекси, что увижусь с ним завтра, так что мне некуда идти.
Плечи Лукаса с облегчением опустились, как будто он думал, что я могу обидеться. — Хорошо. Может быть, после того, как мы уедем отсюда, я смогу показать тебе кое-что, что я придумал, когда изображал из себя Аида на той неделе.
Я ухмыльнулась, мне стало любопытно. — Договорились.
Он быстро поцеловал меня, затем направился обратно в дом, чтобы поговорить со своей мамой без маячащей рядом её страшной подружки-гангстера. Я знала, что он был прав; Сандра странно реагировала на меня каждый раз, когда видела. Гораздо важнее было, чтобы Лукас получил ответы, в которых он нуждался.
Итак, за неимением идей получше, я направилась к двойным плетеным креслам в дальнем конце веранды и села ждать.
Однако мгновение спустя я поняла, что сижу прямо за дверью гостиной, а окно открыто, что позволяет мне слышать все, что говорится внутри комнаты.
Некоторое время Лукас просто разговаривал со своей мамой на легкие темы - о своей гимнастике, воспоминаниях о детских переездах по стране - и с гордостью рассказал ей о своих курсах скорой помощи.
— Это так здорово, Лука, — пробормотала она после того, как он рассказал ей в расплывчатых, но взволнованных выражениях о том, как Док недавно позволил ему наложить швы на живом человека. Я улыбнулась, проводя большим пальцем по свежему шраму на запястье.