Титан
Шрифт:
— Волков и есть Король Монстров. Это его способность. Он способен подчинять зазеркальных существ и призывать их в бою. Показать тебе метод очищения не смогу, пока у меня нет рук. Волков желает спасти человечество.
— Это какой-то абсурд. Как создание армии суперсолдат спасёт человечество? — пробормотал я, не понимая в чём смысл.
— Три вопроса. Как договаривались. А теперь — верни мне тело, чтобы я мог спасти твою подругу…
Я на мгновение посмотрел в сторону, где лежал скелет, а потом на Григория. Нет уж. Я не могу поверить ублюдку, который просто
' — Именно. Этот кровожадный подонок не заслуживает милосердия.'
— Да, об этом. Время тебе познать настоящую вечность, Григорий, — я плотно впился пальцами в череп, дабы он не попытался вырваться и сунул его в портал.
— Неееет… — его голос тут же стих, стоило ему полностью пересечь грань портала.
Я разжал пальцы и отпустил череп некроманта, после чего спешно вынул руку. Учитывая скорость моих действий — я почти не потерял здоровья.
' — Туда ему и дорога.'
Несмотря на пассивную особенность — боль стала куда более явной. Надеюсь, я не ошибся и не переоценил способности призванных из небытия. Особенно учитывая, что я физически чувствую, как они прибывают и в другие версии «Мрачнейшего Подземелья», и нагрузка на меня лишь возрастает.
Да уж, тайна подземелья оказалась, и вправду, мрачной. Хорошо хоть открыли её именно мы. Даже представить сложно, сколько игроков лишились бы души, если бы игра шла своим чередом. Я побрёл к Марианне, которая уже начала приходить в себя.
— Ты как?
Стоило девушке поднять взгляд на меня, как выражение на её лице сменилось на испуг.
— Ты ещё у меня спрашиваешь?
Я протянул ей крупный флакон с зельем исцеления.
— Что, всё так плохо?
— Ты весь покрыт этими серебристыми линиями. И глаза светятся потусторонним светом, — Марианна выпила зелье, после чего я помог ей встать, — Они у тебя и обычно мистически серебристые. Но сейчас прямо-таки словно в бездну смотришь.
— Ну, как-то так я себе это и представлял. Да.
Мы побрели к порталу, через который сможем вернуться в нормальный мир.
— Что это вообще было? Как ты смог призвать этих тварей из Амальгамы сюда? Как такое вообще возможно?
Я устало пожал плечами.
— Понятия не имею. Просто получил эту возможность, когда меня выкинуло в реальность.
Мы вывалились из врат, после чего я рухнул на колено. На какое-то время силы меня оставили. Марианна присела рядом и обеспокоенно коснулась моего лба.
— Да ты же весь горишь!
Она сняла кольцо, которое я ей дал, и надела на меня.
— Давай-ка теперь я тебя потащу.
— Всё нормально, сейчас только дух переведу.
— Почему ты не отменил портал пред тем, как уходить? — Марианна всё равно помогла мне встать и повела к лавочке неподалёку.
— Я не могу…
— В смысле не можешь? Судя по твоему виду — ты проводник этой энергии и она тебя убивает! Тебе необходимо от неё освободиться, да поскорее! Зачем ты вообще открывал его, зная, что не сможешь закрыть?
— Да всё нормально. Он закроется,
— Какую ты дал им цель? — подозрительно прищурившись воззрилась на меня девушка.
— Уничтожить всю сеть врат «Мрачнейшего Подземелья»…
Это было последнее, что я успел сказать прежде, чем отключился. Похоже, что свою выносливость я переоценил.
Глава 17
Пробуждение
Я открыл глаза. Но не увидел ничего. Кромешная темнота. Опять ослеп? Это уже превращается в какую-то неприятную тенденцию. Хотя нет. Я и не слышу ничего и не чувствую. Только не говорите, что я умер. Разве я вообще должен осознавать себя будучи мёртвым?
— Ты не умер. Но ты на грани небытия.
Знакомый голос. Тот самый голос Амальгамы.
— Где я?
— Физически? Где-то в вашем мире и тебя активно пытаются в нём удержать. Как странно, столько усилий, чтобы избежать неизбежного.
— Я уже говорил, что мы любим существовать.
— Этого нам не понять. Но это ваше право.
— Я просчитался с тем, сколько смогу удерживать портал?
— Нет. Твоих сил хватило, чтобы мы исполнили твою просьбу.
— Хватило?
— Да. Но когда у вас существующих они заканчиваются, кончается и ваше бытие.
— Так это и значит, что я ошибся.
— Как скажешь. Нам сложно понимать некоторые концепции.
— Я надеюсь, вы не попытаетесь затащить меня в небытие? Я выживу?
— Это зависит не от нас. Но мы не будем стремиться приблизить неизбежное.
— Буду считать, что это да.
— Это да.
Вокруг начало светлеть. Не то, чтобы я что-то видел вокруг, но темнота начала сменяться светом.
— Вот ещё что. Если ты так привязан к своему бытию — наверное, тебе стоит знать. Каждый раз, когда ты впускаешь нас в себя — частичка Амальгамы навсегда остаётся с тобой, укрепляя нашу связь, но вытесняя частичку твоего бытия.
— Я сокращаю срок своей жизни?
— Верно.
— Почему этого нет в правилах призыва?
— Это не часть призыва. Любой контакт бытия с небытиём ведёт к таким последствиям.
— То есть в нашу первую встречу я тоже лишился части своего срока жизни?
— Верно. Лишь невероятная потенциальная длительность твоего бытия позволяет тебе продолжать быть. А ещё сложные слова из твоего разума утомляют нас. Усложняют и без того неприятный опыт касания бытия.
— Уж извините. Кстати, а вы не знаете, сколько мне жить-то осталось?
— Слишком сложно… Не хотим обдумывать концепцию длительности… Твоя больше, чем у других… А теперь прощай…
Последние слова прозвучали совсем тихо. И я открыл глаза уже по настоящему.
' — Мать моя женщина! Очнулся. Я думал нам уже всё. Кирдык. Мы так и валялись отсечённые от ментальной энергии, я даже телом порулить не мог из-за этого. Не включай больше эту гадость. Я как будто на островке посреди озера с кислотой сидел! А теперь ещё ты мне тут показываешь, что оно нас убивает!'