Титан
Шрифт:
Глава третья. Задание двенадцатое. Мастер Плоти
«Иногда я хотел бы стать котом… А че, он только есть, спит, пакостит по мелочам, да тиранит домашних… А хотя я же в некотором роде и есть… Воистину паразитизм — высшая форма существования!»
— Ну что, ты ничего не чувствуешь?
— Смотри, осторожнее, здесь может быть всё, что угодно…
Двое людей в коричневых балахонах, окутанные мерцающей голубоватой аурой осторожно
Однако оба человека чувствовали исходящую оттуда мрачную недобрую силу. Да и сами деревья чуть заметно колыхались, хотя в воздухе не ощущалось даже малейшего намёка на какой бы то ни было ветер.
— Быть может, подлететь поближе? Кармосу нужен как можно более подробный отчёт…
— Кармос приказал нам не рисковать понапрасну. — Отрезал второй. — Впрочем, если у тебя есть такое желание, можешь на свой страх и риск слетать туда.
Первый в ответ на это, ничего не говоря, молча развернулся и неспеша полетел в сторону густых крон.
— Ну что та, видишь что-нибудь? — Возбуждённо прокричал второй.
— Да нет вроде бы ничего… Хотя постой, это что за…
Договорить ему не дали. Из густой листвы стремительно вылетели живые гибкие ветви и, не взирая на замерцавшую защиту, проворно оплели отчаянно закричавшего человека и утащили в тёмные глубины рощи.
Второй, видя подобную картину, поспешно сотворил круглый голубой портал, но тут из леса выметнулось что-то тёмное и крылатое и на огромной скорости пронеслось рядом с человеком, начисто срезав его гладковыбритую голову…
— Значит так, господа Высокие. — Кармос обвёл полтора десятка человек в коричневых балахонах, собравшихся в его кабинете суровым взглядом. — Дело очень серьёзное. Два дня назад мною был обнаружен прорыв барьеров нашего сектора. Точка прорыва находится возле одного из дальних миров. Туда мной не далее как вчера было послано двое ваших собратьев с целью выяснения источника прорыва. Ни один из них не вернулся.
— Возможно, прошло ещё слишком мало времени… — Подал голос кто-то, но под пристальным взглядом Демиурга Знаний осёкся и замолчал.
— После того как пропали наши собратья, я решил, что не стоит медлить, и направился туда сам. И то, что я там обнаружил…
— Что, Великий? — Подался вперёд Тиерос.
— В общих чертах мир захвачен какой-то враждебной субстанцией. Она… — Демиург Знаний замялся, подбирая слова. — Она как паразит, который захватывает всё живое и перестраивает его под себя. На сегодняшний день, думаю, уже весь мир захвачен этой напастью. И боюсь, это только начало…
— Но что это за субстанция? — Подал голос один из Высоких. — Бог, демиург, реликт?
— Боюсь, что ни то, ни другое, ни третье. — Пожевал губами Демиург Знаний. — Тварь невероятно сильна, намного сильнее,
— Слушай, братишка, а жаркое было дельце, однако! — Макр весело пихнул в бок сидевшего рядом Тиллака. — Жаль, что не мы завалили этого самого реликта… Тогда б уж нас точно назвали бы героями…
— Не по рангу противник. — Усмехнулся Тиллак. — Не всё ж нам с тобой быть в центре внимания…
В битве с реликтом друзьям и вправду довелось сражаться лишь с аборигенами-фанатиками а не с ним самим, как говориться ранжир не тот, но, тем не менее, и они внесли свою лепту в победу и посему сейчас решили немного отпраздновать её вместе с Дихраном, Синхом и Каменным Лбом.
Синх — стройный узкоглазый бог Жизни с длинными белыми волосами, собранными в невероятную причёску и в длинном же белом одеянии был добрым другом Дихрана, и оказался великолепным бойцом и товарищем, так что остальные быстро нашли с ним общий язык.
— Слушайте, парни может споём что-нибудь? — Робко предложил Макр. — Так сказать, для поднятия боевого духа…
— Де жа вю… — Еле слышно пробормотал про себя Дихран, но Тиллак его услышал.
— Ты это о чём?
— Да так вспомнилось, как мы раньше сидели… нас тогда тоже было пятеро…
— И где они теперь? — Рискнул полюбопытствовать Макр. — В смысле те твои товарищи?
— Один погиб, выполняя задание, второй превратился в чудовище и уничтожил третьего… Ладно, давайте сменим тему. — Сумрачно усмехнулся Дихран, глядя на вытянувшиеся лица своих товарищей.
— А давайте помянем всех погибших в бою. — Тихо предложил Синх. — И ваших товарищей, и наших…
— Да уж я до сих пор не могу забыть старину Угга. — Печально кивнул Макр. — Какой был боец… А Косматик этот его так уж вообще…
— Как его Косматик погиб, так и сам див начал искать смерть. — Отозвался Тиллак. — Я тогда это сразу почувствовал… А великан Орб… Грубиян и задира, каких не сыщешь… Но погиб как настоящий герой…
— И мне тоже их всех не хватает. — Серьёзно, что было для него большой редкостью, кивнул головой Макр. — За павших товарищей!
— За павших товарищей!
— За павших товарищей!
— За павших товарищей!…
И полилось вино рекой, и стали звучать песни. А разухабистые и печальные, и всякие, какие только ни есть… Празднуют бойцы, открывая свои усталые суровые души друг другу. Не часто, ох не часто происходит подобное. Слишком много ран на них. Слишком яростно жжёт их огонь насилия даже в мирное время, ибо раны душевные порой бывают сильнее телесных, но наступает момент, когда даже самому стойкому нужно излить кому-нибудь душу, когда даже самый несгибаемый и волевой человек должен сбросить маску равнодушия и стать на время самим собой…