Тито
Шрифт:
— Сам решай, вернёшься или нет. Твоя жизнь в конце концов. До свидания, — попрощалась она.
— Прощайте.
Тито обратился к Розанде, упорно стараясь не замечать взгляды ребят.
— Так вы меня проводите?
— Пойдём, — спокойно отозвалась та.
Тито, поражённый её спокойствием забыл не смотреть на ребят и столкнулся взглядами почти со всеми. В том числе и с Мастоном.
Тот, быстро захватив его взгляд сказал:
— Ты заслужил моё уважение, так не будем же врагами!
Мастон протянул Тито руку и тот не мешкая её пожал.
Уже на приличном
— Какие выскочки! Смотрят все так, будто правители Вселенной! Тьфу! Видел я таких гордецов, знаете где?.. Да лучше вам не знать. А эта дамочка. Так и зыркает на меня. И делает вид, будто бы знает всё будущее. Ух, противные людишки! — горячо говорил он, шагая по дороге навстречу людям, которые смотрели на него как на психа.
— Да, поведение их не всегда хорошее. Нет, они не похожи на правителей, просто знают себе цену, или переценивают себя. А вдруг дамочка и правда знает определённые стороны будущего? В мире магов всё может быть. И никто не знает и половины всех секретов, — ответила Розанда, внимательно вслушиваясь в звуки города. — Где мы сейчас?
— На развилке. Справа двухэтажный синий домик… — начал было Тито.
— Слева такой же, только деревянный, а посреди дороги люк, — перебила его Розанда. — Я здесь часто бываю, и часто спрашиваю людей, где я. Чтобы быть уверенной наверняка. Тепеть поворачиваем направо и идём до шумного места где много деревьев.
Тито продолжи прерванный разговор:
— Я знаю человека, который точно знает почти все секреты мира магов, — заявил Тито, думая про Ролевера. Он был сильным, облазил весь мир, чтобы найти то, что ему нужно. И нашёл. Значит, знает многое.
— Ролевера Волориба ты имеешь в виду? — поинтересовалась Розанда.
— Да, — ответил Тито. Он уже начинал привыкать что эта женщина знает всё.
— Он могущественный маг. Я как-то почувствовала его энергию и в тот день на секунду я увидела своими глазами, — заметила Розанда. — Маг, который сам того не желая совершает такие вещи, просто оттого, что крупинка его магии упала, не может не быть Величайшим магом. Ты был знаком с ним лично?
— Почему был? Я и сейчас с ним дружу, — нахмурился Тито.
— Вы расстались на неизвестный срок, — напомнила Розанда.
— Но мы всё равно будем общаться, — упёрто заявил Тито.
— Пусть будет по-твоему, — соглисилась Розанда. — Он правда злой?
— Нет, он настоящий свет, — убёжденно ответил Тито.
— Почему ты так считаешь?
— Он пережил много плохого, но от этого лишь стал слегка презирать мир. Он мог бы растоптать всё вокруг, но так не сделал. Он просто не мог уничтожать по своей воле, — ответил Тито.
— И не Серое пятно даже? — продолжила слепая.
— Нет. Чистый светлый поток. Может, он и учился на тёмной стороне последний год обучения, но не стал тёмным. Ролевер не стал посередине, он избрал светлый путь. Пусть тернистый, по которому не пройдёшь, не изодрав в кровь себя. Но он пошёл по тому пути и нашёл своё исцеление, — Тито замолчал и заметил. — Шум и много деревьев. Теперь куда?
— По тропинке, которая начинается
— Многие считают его серым пятном, но правы лишь отчасти. У него свои убеждения насчёт жизни и он твёрдо привязан к ним. Но вместе с тем он не станет убивать, калечить и заставлять страдать народы. В дни, когда его объявляли самым злым на свете, он не делал ничего плохого. Лишь защищался. Маги хотели отобрать его магию, а он защищал её как пёс свою любимую кость. Ведь я права?
— Да, вы правы, — соглисился Тито. Сам Ролевер говорил что-то похожее.
Розанда вдруг остановилась.
— Теперь иди один. Я тебя провела по тому, что ты забыл или не видел никогда. Теперь подключай свою память. Если не вспомнишь, они тебя не пустят, — заявила Розанда и пошла назад. — Заходи ещё на чай, мы с Шеном будем ждать.
— Постараюсь, — ответил Тито и посмотрел на дорогу перед ним.
Это была заросшая травой тропинка, узенькая, еле приметная в траве. Но Тито её помнил.
Когда он жил в этом городе, он всегда выбирал самые нелюдимые места. А кладбище было одним из них. Но сам вид последнего упокоения мертвых навевал на Тито грусть и ужасные мысли. Потому он просто гулял по пустой дорожке от дома до кладбища и ещё куда-нибудь. И он помнил её.
Вот развилка. Тито помнил, что указатель пути сломали хулиганы. Вот он — до сих пор валяется у тропинки. Сейчас его дерево совсем почернело и, казалось, ещё чуть-чуть и от него ничего не осталось. Но Тито знал, что идти надо налево.
Не ошибся. Вот дорога стала шире и по ней стало возможным идти, не обдирая себе руки и лицо. Здесь тропинка обрывалась, видимо, здесь уже давно никто не ходил. Хотя, может, Розанда и проходила здесь, но явно потом залатывала раны травы. Тито подумал, что, должно быть люди шли по тропинке, потом выходили на широкую дорожку, а увидев впереди кромку леса в ужасе поворачивали назад и стремились в тёплые гнёздышки, чтобы похвастаться перед родными и друзьями своим путешествием.
Однако Тито помнил, что если пройти вдоль кромки леса и свернуть в нужное место, перед тобой покажется поляна. Нужно было лишь пересечь её и вы попали бы на главную дорогу, ведущую к кладбищу.
Так и оказалось. На Главной дороге было больше людей. Но идти им пришлось сюда намного дольше, чем Тито. Он шёл напролом, а они в обход, что почти в четыре раза дольше.
Все лица людей были скорбящими, глубоко грустные и немного таинственные. Но будто по одному образцу. Тито вдруг ощутил, что они ему противны. А вон та девушка, рыдающая на земле, даже не пытающая скрыть свои эмоции была ему близка. И хоть Тито сдерживался, вся его душа рыдала. Это выливалось в её рыданиях.
Тито был на могиле родителей лишь два раза — в день их похорон и потом, когда его забирали в детский дом. Он очень плохо помнил дорогу и беспоможно оглянулся вокруг. Но вот сердце ёкнуло, когда глаза наткнулись на маленькую беленькую оградку, которая странно золотилась, стоило в неё вглядеться. Нужно идти по правой стороне от неё всегда вперёд.