Тьма императора
Шрифт:
Из-за собеседований с кандидатами на место аньян совещание с безопасниками пришлось сдвинуть, поэтому у императора практически не осталось времени на обед. Он быстро перекусил и сразу побежал к дознавателям – тем всегда было что рассказать, и Арен провозился с ними до самого вечера.
Еще в середине дня ему передали просьбу императрицы зайти, когда будет возможность, и он невольно поморщился, понимая, о чем Виктория хочет поговорить. А точнее, поскандалить. Арен желал бы оттянуть этот визит, но в таком поведении не было смысла, и потому ближе к концу совещания он передал секретарю
Настроение давно скатилось на отметку «паршивое» – он был страшно голоден, безумно устал и хотел спать, но при этом понимал, что спать ляжет еще не скоро, и это не добавляло доброжелательности. После раскрытия заговора прошло не так уж много времени, и отголоски недавних событий до сих пор витали в воздухе, создавая дополнительные проблемы и Арену, и остальным ведомствам. Огромное количество аристократов пришлось арестовать и найти им замены на службе, а некоторые умудрились сбежать прямо из-под носа дознавателей и безопасников, и их периодически продолжали ловить в разных концах страны. Пару аристократов даже вернула дружественная Альтака.
Все это раздражало и утомляло. Больше всего на свете Арену хотелось бы сейчас не ругаться с женой, а лечь рядом, обнять и полежать так хотя бы минут пятнадцать, ощущая исходящие от нее волны любви и покоя. Но любовь и покой – это, к сожалению, не про Викторию.
Виктория Альго
Когда Арен зашел в спальню жены, она сидела на пуфе возле туалетного столика в халате из полупрозрачного голубого шелка и расчесывала длинные золотые волосы. Император прекрасно знал, что Виктория делает так, когда сильно злится. Впрочем, тут и гадать не требовалось – как только она увидела отражение мужа в зеркале, сразу прищурилась и выпалила:
– Это правда, что ты взял для наших детей безродную аньян? Весь дворец сегодня обсуждает эту новость. Арен, это правда?
Он прошел в спальню, сел на кровать и, постаравшись максимально расслабить мышцы, ответил:
– Я взял на работу аньян, которая понравилась Агате и Александру. Это главное.
– Но она безродная? – Виктория повернулась лицом к мужу, с громким стуком положив расческу на столик.
– Вик, – сказал Арен так спокойно, как мог. – Не безродная. Сколько можно повторять? Нетитулованная, неаристократка.
– Без разницы. Ты…
– Есть разница. Да, эти люди не обладают кровной магией, но это не значит, что они безродные.
– Я не хочу, чтобы с моими детьми занималась какая-то… – воскликнула Виктория, в голосе ее уже явно слышалась истерика. Впрочем, не только в голосе. Арен прекрасно чувствовал эмоции собственной жены – негодование и злость бурлили, клокотали, пока сдерживались, но это ненадолго. – Я не желаю!..
– Вик, ты слышала, что я сказал? Она понравилась Агате и Александру. Какая разница, есть у нее титул или нет? Рекомендации отличные, диплом лучшей ученицы Института прикладных наук. Тебе напомнить, чем закончились две предыдущие
– Я помню, – огрызнулась Виктория. – Но, Арен, неужели нельзя подобрать кого-то еще, с титулом? На тебя и так злятся за этот закон, а ты еще усугубляешь!
Жена вновь начала повышать голос, и император понял, что на этот раз успокоить ее можно только одним способом.
Он встал с постели, подошел к Виктории – она от неожиданности замолчала, – поднял ее на руки и понес к кровати. Положил на покрывало и начал расстегивать халат.
– Арен… – Виктория попыталась оттолкнуть его руки, но в ее эмоциях вместе со злостью он уловил возбуждение. – Перестань, мы еще не закончили!
– Сейчас закончим, – усмехнулся Арен, распахивая халат и накрывая обеими ладонями обнаженную грудь жены.
Через несколько минут злость и негодование растворились, уступив место другим чувствам – Виктория кричала под ним, царапая его спину от страсти, и потом у нее не осталось ни сил, ни желания устраивать скандал.
Конечно, это временная мера. Арен понимал это, поглаживая разгоряченное, подрагивающее от удовольствия тело жены. Виктория выскажет ему претензии не единожды, особенно когда увидит молоденькую и хорошенькую Софию. Императрица была ревнива, как сотни демонов, и во всех молодых служанках подозревала любовниц мужа.
Любовниц Арен не заводил с момента заключения официального брака. Ему было достаточно Виктории. Да и… у него уже есть одна нелюбимая и нелюбящая женщина. Зачем ему вторая?
– Меня взяли! – воскликнула София, как только добралась до дома и вошла в магазин.
Айла Тали в это время собирала красивый праздничный букет и чуть не уронила его, услышав слова старшей дочери.
– Слава Защитнице, – выдохнула Синтия, прижимая к груди цветы, и улыбнулась какой-то полубезумной улыбкой. – И чьи дети будут твоими подопечными? И… что с зарплатой?
Вопрос про детей София проигнорировала – все равно правду ответить она не сможет, просто сказала:
– Мам, с зарплатой есть одно «но». Мне выдадут ее сразу за полгода. – Глаза Синтии изумленно расширились. – Но придется находиться во дворце постоянно. Семидневка, в общем. Зато это больше половины папиного долга!
– Больше половины?!
– Да!
Айла Тали медленно опустилась на деревянный табурет.
– Софи, ты не шутишь?..
– Нет. Мне просто пошли навстречу. Я не представляю, что буду делать, если не справлюсь…
Синтия словно очнулась – посмотрела на дочь возмущенно:
– Не справишься?! Защитница с тобой, Софи, ты обязательно справишься!
– А ты, мам? Меня ведь почти все время не будет дома. Ты сможешь без моей помощи? И помощи отца…
– Твой отец больше мешал, чем помогал, – фыркнула айла Тали. – А уж с этим долгом он вообще… Не думай об этом, девочка моя, все будет хорошо. Элиза уже достаточно большая. На этой неделе она на каникулах, а потом при необходимости станет помогать мне после школы. Да, кстати… Когда ты приступишь к работе?