Тьма надвигается
Шрифт:
– Университет! – провозгласил кондуктор. – Все на университет!
Чародей торопливо шагал по университету Варзима, направляясь к живому сердцу учебного заведения – его библиотеке. Приведя в порядок личные дела после долгого отсутствия, теперь он мог заняться своим ремеслом, и первым делом ему предстояло выяснить, что нового и полезного появилось в практическом колдовстве за время его вынужденного отпуска.
Студенты в форменных желтых рубахах и голубых килтах бросали на чародея любопытные взгляды.
– Что здесь делает этот
– Может, он лектор? – предположил второй.
– Не-а. – Первый покачал головой. – Когда это лекторы так быстро ходили?
Аргумент, по-видимому, оказался неопровержимым – а может, Фернао просто отошел уже слишком далеко и не услышал ответа.
Перед зданием библиотеки высилась превосходная копия древнекаунианской мраморной статуи философа. Оригинал был высечен в более теплых краях, и казалось, что облаченному в легкую рубаху и брюки философу зверски холодно. На носу статуи висела сосулька.
Охранникам на верхних ступенях ведущей к дверям лестницы тоже было зверски холодно, но если у них тоже наросли сосульки на носах, стражники их недавно сбили. Фернао попытался пройти между ними, однако один заступил чародею дорогу.
– Это еще что? – воскликнул возмущенный Фернао.
– Библиотека имеет военное значение, сударь, – промолвил охранник. – Извольте подтвердить свою персону, прежде чем пройти.
– Полагаете, у альгарвейцев нет своих библиотек? – язвительно поинтересовался Фернао.
Хотя, возможно, таких, как в университете Варзима, – не было. Кроме того, лучше некстати вспомнить, что знания имеют военное значение, чем забыть об этом. Из поясного кошеля чародей достал членскую карточку почтенного специалиста первого разряда Лагоанской гильдии чародеев. Он порадовался про себя, что купил пожизненное членство в гильдии сразу же после сдачи квалификационных экзаменов – иначе срок действия карточки истек бы за время его отсутствия, а заплатить членские взносы у него еще руки не дошли.
– Вот! Довольны?
Охранники по очереди с серьезным видом изучили карточку. Переглянулись. Тот, что не пытался преградить чародею дорогу, кивнул. Второй отступил.
– Да, сударь. Проходите.
Фернао переступил порог. Окажись на его месте альгарвейский шпион, он мог бы подделать карточку или украсть. Говорить об этом охранникам чародей не стал – тогда его, скорей всего, уже никогда бы в библиотеку не пустили.
Он поспешил на третий этаж. Добравшись до полок, Фернао с удовлетворением обнаружил, что за время его отсутствия библиотекарей не скрутил очередной приступ судорожной перестановки стеллажей. Иначе ему пришлось бы бежать обратно в каталожный раздел и выяснять, где теперь хранятся интересующие его журналы. Хорошая перестановка помешала бы альгарвейским шпионам выведать секреты библиотеки почище любой охраны.
А так Фернао с первой попытки нашел новые номера таких изданий, как «Лагоанский
Забившись в свою берлогу, Фернао торопливо перелистывал журналы, останавливаясь лишь когда попадалась особенно интересная статья. Отложив «Ежегодный чародейный компендиум», волшебник запоздало сообразил, что просмотрел подшивку, даже не задержавшись.
– Как интересно, – пробормотал он и заглянул в содержание – проверить, не упустил ли чего. Оказалось, что не упустил. Фернао почесал в затылке. До его отъезда куусамане вели прелюбопытные изыскания на сугубо теоретическом уровне. Сиунтио – фигура мирового масштаба, среди чародеев по крайней мере – и молодые теоретики вроде Раахе и Пекки задавались весьма дерзкими вопросами, и Фернао надеялся, что к нынешнему времени они нашли ответы или хотя бы задались новыми, еще более интересными вопросами.
Если и так, в «Ежегодном компендиуме» эти ответы не публиковались. Страницы его заполнялись статьями о сельскохозяйственном ведовстве, заклятии становых жил, улучшенных чарах кристалломантии – интересные темы, важные, но… не ведущие. Пожав плечами, Фернао отложил тяжелый том и взялся за подшивку елгавского журнала, тоже оборвавшуюся неожиданно на выпуске за прошлую весну.
Чародей одолел уже три статьи в «Лагоанском королевском журнале» и вдруг, выпрямившись, захлопнул тяжеленную подшивку. Гулкий хлопок прокатился по этажу. Кто-то среди стеллажей испуганно вскрикнул. Фернао замер. Но по счастью, на шум никто не явился.
– Если они и нашли ответы или новые задачи, то не публикуют свои находки, – пробормотал он вполголоса, погладив кожаный переплет «Ежегодного чародейного компендиума». Поначалу он предположил, что куусамане ничего не обнаружили… но насколько это вероятно? Чтобы разом замолчали все лучшие чародеи-теоретики державы?
Может быть. Он не знал – откуда? Но может… может, куусамане обнаружили нечто интересное и важное… настолько интересное, настолько важное, что делиться открытием не хотели.
– А может, у тебя голова полна ерунды, – сам себе прошептал Фернао едва слышно.
Но может ли он так рисковать? Некогда Куусамо и Лагоаш дрались, словно кошка с собакой. За последние пару столетий две державы не воевали, но это не значило, что старая вражда не разгорится снова. Если куусамане вздумают покончить с войной за острова, которую лениво ведут с Дьёндьёшем, что помешает им ударить Лагоашу в спину? Сколько мог судить Фернао – ничто, тем более что его страна не могла оставить войну против Альгарве, не превратившись в вассала короля Мезенцио.