Тьма внутри
Шрифт:
Воспоминание закончилось, Гарри задался мыслью, кто из Пожирателей смерти мог дать Дамблдору это воспоминание, ведь тогда его слышали только Пожиратели. Гарри не успел задуматься над этим, поскольку Дамблдор продолжил говорить.
– Я хочу заметить, что мистер Поттер участвовал в нападении, он дрался с аврорами наряду с другими Пожирателями, но он приказал им не трогать детей. Если бы не это, Пожиратели конечно же напали бы на поезд и тогда бы ученики пострадали. Мистер Поттер снова поступил так ради своих собственных целей, но этим самым он вновь оказался услугу магическому миру.
Сириус и Демиан покинули
Гарри видел, как испуганно Поппи посмотрела на него, по её взгляду легко можно было понять, что она ничего не хотела бы больше, чем подбежать и обнять мальчика. Но подобно Демиану, она держала себя в руках. Медсестра закончила давать показания и демонстративно заняла место рядом с Джеймсом и Лили.
Гарри чувствовал, как у него закружилась голова, когда Дамблдор пригласил следующего свидетеля. Сердце Гарри пропустило такт, когда в зал вошла рыжеволосая девочка. Какого чёрта Джинни делала здесь? О чём они все думали? Ведь если их показания проверят под сывороткой правды, все ребята могут попасть в Азкабан, за то что помогали ему.
Джинни выглядел вызывающе, полностью игнорируя направленные на неё взгляды, в том числе яростный взгляд её брата Перси. Её отец смотрел на неё с потрясение и волнением. Она рассказала суду, как Гарри спас ей жизнь в день нападения на Хогсмид.
Как только Джинни села рядом с Демианом и Ремусом, весь зал наполнился возбуждённым шёпотом. Выходило, что Тёмный Принц не был таким уж Тёмным.
Гарри столкнулся взглядом с Министром, его уши были яко-красными и Гарри был уверен, ещё немного и из них повалит дым. Он крепко сжал зубы и задал Дамблдору несколько резких вопросов, на которые директор ответил с лёгкостью.
– Несмотря на все его добрые поступки, он всё ещё обвиняется в использовании непростительных заклинаний, за которые ему грозит пожизненное заключение в Азкабан, - торжественно проговорил Фадж.
Гарри посмотрел на Дамблдора, ни смотря ни на что ему было действительно интересно, как директор собирается защищать его теперь.
– Непростительные заклинания сложная тема, Министр. Если вашим аврорам позволено использовать их, почему мистер Поттер должен быть наказан?
Фадж глубоко вздохнул и прошипел Дамблдору.
– Как вы смеете обвинять моих авроров в подобном? Я никогда не слышал, чтобы они нарушали свои полномочия!
– Простите, Министр, но если вы дадите своим аврорам немного зелья правды, вы удивитесь насколько часто они нарушают свои полномочия, - ответил Дамблдор. Он пробежался взглядом по аврорам и остановился на Блейке, который, казалось, пытается вжаться в стул. Гарри тоже посмотрел на Блейка и едва сумел подавить гнев, он использовал на нём круцио, когда мальчик был беззащитен.
– Так или иначе… - продолжил Дамблдор.
– Если вы посмотрите личное дело мистера Поттера, то увидите что он никогда не использовал запрещённые заклинания в поединках с аврорами. Смертельные заклинания он использовал только на уже упомянутых Пожирателях Смерти.
Гарри посмотрел на Сириуса, он использовал на нём круцио, из-за него Сириус лежал в больнице, но он ничего никому не сказал.
– Так что вы пытаетесь сказать, Дамблдор?
– спросила Амелия Боунс.
– Что мистер Поттер не последователь Сами-Знаете-Кого? Что он помогал людям в то время, как был известен под именем Тёмный Принц?
– в её голосе слышалась насмешка.
– Я только пытаюсь пролить правду на действия мистера Поттера. Вы вольны понимать её как угодно, - ответил Дамблдор и его глаза блеснули.
Гарри пришлось прикусить себе язык, чтобы не закричать на Дамблдора. Он выставил Гарри как какого-то секретного агента, спасителя всего магического мира! Он помог всем этим людям только потому, что они были детьми, они не были виноваты в этой войне. Он не хотел быть чёртовым спасителем мира!
Фадж поднял какой-то пергамент и нехорошая улыбка появилась на его лице.
– Хорошо, Дамблдор, вы добились своего. Вы обернули все преступления этого мальчика в положительную сторону, но даже вы не сумеете оправдать этого. Пятнадцать жертв являлись Пожирателями Смерти и мы не можем наказывать мистера Поттера за это, но как вы объясните оставшиеся две смерти. Ужасающая пытка и убийство Фрэнка и Алисы Лонгботтомов!
Гарри почувствовал, как у него упало сердце, он знал что они заговорят об этом рано или поздно, но всё равно не было готов.
– Фрэнк и Алиса не были Пожирателями Смерти! Они были хорошими людьми, которых этот мальчик пытал и зверски убил в их собственном доме! Я думаю, одного этого уже достаточно, чтобы приговорить его к поцелую!
– Фадж закончил, зал аплодировал ему.
Гарри отвёл взгляд от Невилла, который смотрел на него с такой ненавистью, что мальчику захотелось исчезнуть. Гарри запаниковал, у него было два варианта. Либо сказать всем правду о Фрэнке и Алисе и таким образом его возможно приговорят только к пожизненному заключению, либо молчать.
Гарри задумался. Даже если он скажет правду, как он сможет доказать это? Он понятия не имел где сейчас Фрэнк и Алиса, всё что он знал, так это что они сейчас в Америке. К тому же, он всё ещё чувствовал, что обязан защищать их. Даже здесь, в этом зале находились шпионы Волдеморта и если Волдеморт узнает правду, Лонгботтомов убьют. Гарри подумал о Найджеле, малышу ещё не исполнилось и двух лет. Нет, Гарри твердо решил, что никому не скажет правды.
– Я хотел бы подчеркнуть, что до сегодняшнего дня смерть Лонгботтомов была покрыта тайной. И сейчас я хочу расспросить человека, который сможет пролить нам свет на случившееся. Мистер Гарри Поттер, - Дамблдор посмотрел на Гарри, который в свою очередь потрясённо смотрел на него.
– Нам не нужны никакие ответы! Достаточно знать, что он убил их! Мы не хотим слышать детали!
– поспешно возразил Фадж.
– Я думаю, что детали важны. Алиса и Фрэнк были частью нашего общества. Мы имеем право знать, как они умерли, - ответил Дамблдор.
Фадж нехотя махнул рукой, словно разрешая Дамблдору задавать свои вопросы. Дамблдор повернулся к Гарри, и мальчик почувствовал как сильно забилось его сердце.
– Мистер Поттер, разве вы не хотели бы поделиться с нами информацией о том, что произошло в ту ночь, когда вы и несколько Пожирателей напали на дом Фрэнка и Алисы Лонгботтомов?
– спросил Дамблдор.