Тьма
Шрифт:
– Руслан у себя? – просипел Арсений. – А колы можно?
– Ага, – кивнул этот гуманист. – Организую!
Надо отдать должное алкоголю – он был и правда качественный. Но в следующий раз лучше будет воздержаться. Что я там говорил Арсению о пьянстве, пороках и разуме?
– Во дают!! – отреагировал на наше появление Руслан. – Чего вас в бардачное понесло?
– А здесь, кажется, все всё знают, – хмуро ответил Арсений и припал к бутылке с колой.
– Это деревня, уважаемый, – засмеялся Руслан. – Шага не ступишь, уже будут кости перемалывать.
– Тогда
– Кто такие марийцы? – перебил меня Арсений и прилег на диван.
– Это тебе кто про них?.. Живодер рассказал? – чуть склонив голову набок, поинтересовался Руслан.
Строганов молча кивнул. Видимо, все-таки голова болела от выпитого.
– Коля подмял под себя всех, – стал рассказывать Руслан. – Всех, кроме марийцев. Поэтому ему интересно их подставить.
– А чего он про мертвых говорил? – вспомнил я.
Руслан пожал плечами.
– Ну, у всех свои обычаи. Ты же на Пасху красишь яйца, а на поминках кутью ешь? – добавил он. – А они тоже поминают своих усопших. Да и при чем здесь вообще марийцы? – Руслан хлопнул ладонью по столу, а Арсений поморщился. – Нас интересует конкретный человек, убийца! Которого я знаю и которого нужно поймать до того, как он опять кого-то замочит! А вы шляетесь по кабакам и…
– Мы собираем информацию, – закрыв глаза, ответил Строганов.
– В гробу видал я вашу информацию! Нашли куда за ней пойти! И к кому? К местному авторитету! – всплеснул руками Руслан. – Значит, так. Насчет моего плана. Поскольку я, так сказать, под колпаком и не могу действовать открыто, то вы возьмете, так сказать, огонь на себя. Сейчас поясню…
– Про нас уже все знают, – открыл глаза Арсений. – Это, как говорил Фандорин, раз. Два – у тебя тут есть «крот»…
– Знаю, знаю, – нетерпеливо отмахнулся Руслан. – Это входит в мой план, что вас будут принимать за городских сыщиков и, соответственно, опасаться. И насчет «крота» – есть у меня подозрения, кто стучит направо и налево. Но сейчас это не важно. Вы будете четко следовать моему плану, и мы достанем доказательства его причастности!
Арсений неопределенно хмыкнул, а я подумал, что он своим-то указаниям не всегда следует, не то что чужим. И еще: а вдруг Руслан ошибается насчет этого коуча? Не слишком ли мало доказательств?..
– Разумеется, – заговорил Арсений, не вставая с дивана, – мы будем следовать твоим указаниям и, даст бог, поймаем его. Но если его крышуют столь серьезные люди…
– Они его сольют, как только мы докажем его причастность к убийствам, – Руслан стал говорить вполголоса. – Они сами сдрейфят и сольют его, чтобы не испачкаться! Я сумею переправить доказательства, как только вы их добудете, нужным людям. И наш душегуб получит пожизненное! Уж я вам гарантирую.
– Кстати, о доказательствах, – поинтересовался я у него. – А всякие следы, отпечатки, ДНК…
– Сериалов насмотрелся? – насмешливо спросил Руслан. – Это Тьма, а не Москва или Питер. Что могли – исследовали. Ничего интересного не нашли.
– А твой одноклассник – шизик? – вдруг спросил Арсений. Наверное,
Руслан озадаченно посмотрел на моего приятеля.
– Ну, он манерный такой, высокомерный, всегда хотел быть первым… у него родители богатые, он мог позволить себе много чего купить… Но не шизик, это точно! А насчет сексуальности… Что ты имеешь в виду?
– Я имею в виду, чего это он вдруг стал насильником и убийцей? Ты же понимаешь, что просто так ничего не бывает. У него есть деньги, есть известность, слава…
– А семья у него есть? – вставил я.
– Он был женат, недолго, правда, а потом развелся. – ответил Руслан. – Я беседовал с его женой – она дочка богатого бизнесмена, из города… Она там и живет…
– У половины маньяков есть жены и дети, – хмуро заметил Арсений. – Я читал несколько статей и фильм видел…
– Кстати… – Руслан встал, подошел к двери и закрыл ее поплотнее. – Я, несмотря на запреты, все-таки посматривал в его сторону. Следить, конечно, не мог, но с информаторами своими общался. Ему стали из города девочек привозить. На микроавтобусе. Ну, они там ночь развлекаются, а наутро их тем же манером забирают. Все при этом живые оставались. Пару раз в месяц такой эскорт появляется в наших краях.
– А когда это началось? – прищурился Строганов.
– Впервые они приехали… – Руслан заглянул в блокнот. – 1 октября! А что? Это имеет значение? – тут же поинтересовался он у Арсения. Тот пожал плечами.
– Психология преступника, особенно маньяка, имеет значение! – Строганов поднял указательный палец вверх.
– Вот только не надо, – поморщился Руслан. – Когда ко мне с города приезжали, у них там и психолог был. Морочил мне голову своей психологией. А толку?
– Вот скажи, доктор, – Строганов обратил свой взгляд на меня, пропуская мимо ушей слова Руслана. – Ты же увлекался психиатрией? Психологией преступника. Я у тебя даже книжки видел. Как ее, бихевиористика? Что ты можешь сказать о психологии маньяка?
Я вздохнул.
– Я не то чтобы изучал, просто читал, – пожал я плечами.
– Ну и скажи, что ты там вычитал! – Строганов так редко интересовался моим мнением, что я решил импровизировать на ходу:
– У каждого маньяка есть свои индивидуально-психические особенности. Понимаете?
Арсений важно кивнул, а Руслан задумчиво посмотрел на потолок.
– Но есть общие черты. Все они законченные эгоцентрики, – продолжил я. – Всем маньякам присуща эмоциональная холодность. Они патологически обидчивы, часто мстительны и не могут поддерживать тёплые человеческие отношения.
– Отличный психологический портрет! – потер руки Строганов. – Полная моя противоположность. Что-то еще?
– Часто они злобные, раздражительные и агрессивные. Ну и, как мне кажется, кто-то их обязательно должен был обидеть. В детстве, юности – не важно… – я иссяк.
– Ну, кое-что годится для нашего Блина, – вынужденно согласился Руслан. – Начну с обиды – в начальной школе его частенько обижали. Причем не только пацаны, но и девчонки.
– Та-ак, – удовлетворенно протянул Арсений.