Тьма
Шрифт:
— Кира, — вдруг тихо сказал Ганс, подергав меня за клок шерсти.
Я не отреагировала, продолжая размышлять, стоя возле открытой двери.
— Кира, — не отставал парень, глядя куда-то в темноту. — Кира! — почти взвизгнул он и спрятался за меня.
А я тоже увидела то, чего так испугался Ганс.
Оно стояла посреди коридора, и слегка покачивалось из стороны в сторону.
— Х-хороший… хорошее… — я пыталась подобрать определение этому существу, но не находила его. Книга, естественно, выпала из пасти.
Оно в ответ заворчало,
Мамочки!!!
Мы тут же заскочили обратно в комнату и заперли дверь. Через секунду послышались весьма весомые удары, но мы подперли ручку деревянной палкой, найденной в углу, так что дверь не могла открыться. Если только ее сейчас не выломают…
— Что это? — от страха я едва смогла произнести два слова.
— Умертвие, — сказал ученый, тоже дрожа от ужаса.
О да, и куда там мне, с моими переодеваниями и игрой в «бледнолицых», восстающих из гроба?
— Арафольд столько трупов натаскал сюда, что рано или поздно хотя бы один должен был ожить, — сказала я, стараясь успокоиться.
— Подожди, — вдруг спохватился Ганс. — У меня же есть это!
Он выхватил из кармана «амулет», подаренный Котом и, прежде чем я успела что-то сообразить, открыл дверь.
— Что, испугался?! — выкрикнул Ганс, с торжеством подсовывая под нос умертвию камешек.
Умертвие немного опешило и с удивлением посмотрело на руку ученого. Наверное ему еще не приходилось видеть, чтобы жертвы сами давали руку на «откушение». Но раз дают, чего отказываться?
— Ай! — испуганно воскликнул Ганс, отдергивая руку, когда зубы чудовища клацнули в сантиметре от его пальцев. — Ты чего не боишься?
— Ганс, оно не испугается, — тихо сказала я, поджимая хвост.
— Что? — не сразу понял ученый.
— Бежим! — крикнула я, и, прежде чем умертвие опомнилось, проскользнула мимо, схватила зубами книгу и помчалась к выходу. Но затормозила на пол пути, оглядываясь на Ганса.
Но ни умертвия, ни ученого в коридоре не было. Зато из комнаты послышался шум, и я уже было решила бежать на выручку, бросив книгу, как увидела Ганса. Он выбежал из комнаты и вылил что-то из пузырька перед входом.
— Быстрее! — крикнула я, и вдруг замерла с открытым ртом.
Умертвие ступило на порог с явным намерением отловить жертву, как из каменного пола, разбивая в крошку булыжники, начала расти дерево. Причем так быстро, что подняло на себе умертвие и через секунду вместе с ним ударилось о потолок, пробив дыру.
Думаю, после такого даже живой мертвец не выживет… Вот и пригодилось деревце.
На выходе из коридора Гансик опять капнул этого вещества и вход прочно замуровало дерево, правда, снова изрядно покрошив и без того не новый пол и стены.
— От вашей магии никакого проку, — проворчал Ганс, бросив амулет на пол. — Наука — вот что станет признаком будущего!
Я не стала спорить, и пошла обратно в лабораторию. Нужно забрать плащ-невидимку, с ним гораздо легче разоблачать недобропорядочных граждан.
—
И он сунул мне под нос пузырек с жидкостью, из которой вырастают деревья. Да, ботаники в моем мире были бы в восторге…
— Шпашибо, — сказала я сквозь зажатую в пасти книгу. — Полош в кахман.
Ганс сунул пузырек в карман плаща, который мне пришлось накинуть сверху — рот и без того занят. Ох, как же все-таки трудно быть волком! Правда, есть и свои преимущества — можно быстро бежать и почти не уставать, что мне сейчас очень пригодится. Бежать придется изо всех сил — до самого города, лишь бы успеть…
Как я ни старалась, но в городе удалось оказаться лишь к обеду, когда до казни оставалось всего… о нет… час?!
Об этом я узнала от двух старушек, обсуждающих предстоящее «развлечение». Бегом, бегом на площадь!
Найти место проведения «церемонии» не составило труда: казалось, весь город собрался посмотреть, как будут наказывать «убийцу». Но есть и хорошее в том, что скоро казнь — значит, Кот еще жив, и план Арафольда провалился.
Сейчас главное — найти судий или кто там отвечает за исполнение приговора? Нужно подсунуть им книгу — это раз. В книге описано все, ради чего совершались убийства — в том числе и про ритуал. Потом стащить какую-нибудь вещицу у Арафольда. Кольцо, например… Зачем? Потому что вычитала в книге, что в этом мире есть какое-то «магическое опознавание», когда по одной вещице можно определить убивал ли когда-нибудь ее хозяин для совершения ритуала. Только одна загвоздочка — на этой вещи должна быть кровь жертвы. Вряд ли этот «рыцарь» станет носить подобные вещи, которые могут его разоблачить, но кто мне мешает соврать? Вот только заниматься воровством в образе волка не слишком удобно, за неимением рук. Но как же хорошо, что на мне плащ-невидимка, а то волчице с книгой в пасти едва ли удалось бы остаться незамеченной.
— Ай! — вдруг послышался возглас, а я поняла, что плащ с меня сполз — какой-то пацаненок споткнулся о него и упал, меня сделав видимой. Как хорошо, что больше в этом переулке никого нет!
— Ты? — спросила я, выронив книгу. Какой-то листочек выскользнул на дорогу, но посмотреть я не успела.
Совсем забыла, что здесь волки не разговаривают, и заговорила с мальчишкой. Еще бы — ведь этот тот самый воришка, который сбежал из тюрьмы.
Пацаненок перестал вопить, а уставился на меня с открытым ртом, так и не поднявшись с земли.
— Чего надо? — спросил он, наконец.
Я не сразу нашлась, что ответить, но неожиданно в голове созрел план.
— Хочу нанять тебя, — сказала я. — Можешь украсть кольцо с пальца богатого человека?
— А что мне за это дашь? — тут же оживился мальчишка.
Я задумалась. Денег у меня нет, драгоценностей тоже…
— Отдай свой плащ — тогда украду, — бескомпромиссно заявил воришка.
Я с сожалением посмотрела на плащ и кивнула — выбора нет, надо действовать. Ганс мне не простит…