Тьма

Марков-Бабкин Владимир

Завтра в Рим. Столица Римской Империи. Конечно, до Царьграда, Константинополя, Москвы или Нового Илиона Риму далеко по роскоши, но, всё равно, старинный город, куча памятников древности и Средних веков. Музеи. Колизей тот же. Есть что посмотреть. Конечно, в Константинополе сто лет назад построили новый Императорский Большой Ипподром, но это всё равно новодел. А вот Колизей — это да.

Мила проговорила на ухо Сергею:

— В Риме обязательно пойдем в кафе «Sala da te Babington’s»,

попьём чаю в романтической обстановке. Там любила пить чай сама Мария Благословенная, в бытность ещё принцессой Иоландой Савойской!

Кивок.

— Конечно, любимая, принцесса ты моя…

Капризное:

— Я не принцесса, я замужняя женщина!

Улыбка.

— Конечно, моя богиня.

Она положила голову на плечо мужа. Что-то тараторил гондольер. Вокруг проплывала Венеция…

* * *

ОСТРОВ. ИМПЕРАТОРСКАЯ РЕЗИДЕНЦИЯ. 25 декабря 2017 года.

Рождество. Трещат поленья в камине. Сверкает огнями ёлка в её кабинете. Маша ждёт подарков.

Стук в дверь.

— Войдите!

Дежурный адъютант полковник Ефросинин буквально забежал в кабинет.

— Ваше Всевеличие! Катастрофа!

Гримаса искривила лицо Государыни.

— Что опять?

— Корабль с Великим Князем Фёдором Александровичем…

— Что???

— Взорвался на старте. Ничего нельзя было сделать. Кабина не отстрелилась. Весь экипаж и пассажиры погибли.

Императрица потёрла глаза.

— Это проверено?

Кивок.

— Да, Ваше Всевеличие. Внезапное и неожиданное происшествие.

А вот и подарки к Рождеству, прости Господи.

— Проверьте всё. Мне нужно точно знать.

— Слушаюсь. К вам Светлейшая Диана.

Вздох.

— Проси.

Диана вошла. Сделала придворный книксен.

— Ваше Всевеличие.

С палочкой это было не так изящно, но она старалась. Императрица, опираясь на свою палочку, кивнула.

— Приветствую, Светлейшая. Давайте сразу по сути. Времени мало.

Кивок.

— Конечно, моя Госпожа. Мне не говорят толком о муже. Можно, чтобы вы повелели? Я очень боюсь за него. Что там происходит? Связь раз в неделю.

Императрица отвернулась к окну. Что ей сказать? Что муж — герой и прочий бред? Бедная девочка…

Корабль-заправщик прилетел, но шансов крайне мало. Да, и то. Это не кино.

Мария понимала личные проблемы Дианы, но куда больше её беспокоила цифра ТРИ. Трое должны знать Тайну. Дядя Федя взорвался, прости Господи. Миша, очень вероятно не вернётся. Она одна носительница Тайны. Вовку точно (почти) захомутала графиня. Сашка ещё бестолочь. Пусть и возьмет его в оборот Эбигейл. Но, он слишком юн для Тайны. Да, есть Протоколы и на подобный случай, но никто не составлял протоколов на случай, если вдруг из Троих не останется никого.

ТЕКСТ ВИТАЛИЯ СЕРГЕЕВА

Федерация Великих Озер. Иллинойс. Чикаго. Сейт-стрит. Марина-Сити. 25 декабря 2017 года.

С самого утра праздник не заладился. Борис обычно его проводил с семьёй. После свадьбы они с Ксенией летали на 25 декабря к тестю в Рим. Там у князей Юсуповых было обширное поместье в Париоли, рядом

с виллой Боргезе. С принцами Боргезе родители Ксении были дружны и Рождество всегда, после служб в православном и католическом соборах, встречали вместе «по-соседски». Собственно, Борис через своего однокашника по «Звёздному» принца Сципиона Ливиовича Боргезе со своей будущей женой, тогда ещё княжной Ксенией Феликсовной Юсуповой и познакомился. А уже сам Борис свел старшего брата с Ливией Паоловной — кузиной Сципиона… Рода Юсуповых и Боргезе в Терре считались медиатизированными и проблем у великих князей с браками не было. Только вот отец настоял потом, чтобы на Рождество семья среднего сына Бориса встречала в Риме, а старшего Василия в Константинополе. На Новый Год они «менялись городами». Борис долго не понимал почему отец старается не собирать их всех вместе.

Родители Ксении оставили этот мир. Римский особняк отошел её брату. И последние два года на Рождество Великокняжеская чета никуда не летала. Борис Фёдорович руководил филиалом Банка Ромеи в Северной Америке и занимал с семьёй пентхаус в Марина-Сити. В соседней башне такие же апартаменты занимал с семейством товарищ руководитель филиала Симон Барух. А в третьей «кукурузине» пентхаус и вертолётная площадка были общего пользования и туда жители всех башен могли попасть по коридорам — скайвейям. Борису до его кабинета на Южной ЛаСаля 230 было всего полтора километра, там же сегодня в зале собраний была Рождественская ёлка для персонала. На неё Ксения с детьми после службы в соборе Святого Николая с детьми и уехала. Борис же должен был присоединится к семье и коллегам позже — к раздаче подарков и взрослому корпоративу. А пока там справится и его деловой товарищ — Симон Бернардович.

Борису же надо было позвонить по закрытой линии отцу, отправлявшемуся сегодня на орбиту. Дома в «Марине» было надежно. Её строили уже под присмотром Императорской Фамилии. А вот на работе, в ещё довоенном здании Седьмого банка Федерального Резерва полной гарантии конфиденциальности бесед не было. Отец же требовал полной секретности разговора. Час назад вместо звонка отца Борису сообщили о гибели «севастократора Великого Князя Федора Александровича». Отца не стало. Катастрофа на старте. Личная трагедия. И глобальная, не осознаваемая пока человечеством.

Бориса давно вводили в «круг дел», раскрывая, как говорил отец, «одну за другой 'вселенские тайны». Борис Романов понимал, что ему раскрыли не все, но знает он уже слишком много. Потому ему было понятно какие силы сейчас придут в движение. Ещё многим этот взрыв может стоить жизни. Даже если они ни к чему не причастны. Даже ему самому стоило бояться.

Давя наворачивающиеся слёзы, Великий Князь цедил в тишине с лимоном уже второй стакан «Шустовского». Особый браслет, такой же как у Цесаревича, предусмотрительно пока был положен в сейф. Дверь отворилась. Борис вздрогнул. Сюда никто так, без доклада не мог зайти! Его тоже? Уже? Но нет, перед ним стоял человек его лет в строгой, несколько старомодной статской одежде. В правой руке он держал конверт, а не пистолет.

— Великий Князь Борис Федорович, — ровно заговорил незнакомец

— Да, а как…- начал приходить в себя Борис

— Вам экстренная Царская почта, — не дав задать вопрос продолжил собеседник, — примите и распишитесь.

Гонец протянул ведомость и два конверта.

На конвертах стояли только номера и странный знак из двух знаков меньше и двух латинских букв Вэ. Хангарион! Борис вспомнил!