Точка Бифуркации XII
Шрифт:
— От своего лица предлагаю до первой крови или потери боевого клинка, — оглядев нас со Степаном, с надеждой произнёс Сидоров.
— Сдача с последующими публичными извинениями, либо смерть, — качнув головой, бросил в ответ Степан, заранее узнав у меня ответ.
— Господин майор? — уточняюще произнёс секундант и, получив утвердительный кивок от моего визави, повернулся в нашу сторону. — Сергей Валентинович принимает ваше предложение. Оружие, полагаю, всех устраивает?
— Боевые артефактные клинки, — произнёс Степан, подчёркивая наш выбор.
— Тогда можем начинать, —
— Никак нет, — коротко кивнул товарищ. — Бойцам отойти на десять шагов и приготовиться.
Мы разошлись, занимая свои позиции. Напряжение в воздухе стало почти осязаемым. Я крепче сжал рукоять клинка, готовясь к предстоящему бою.
Пространство зала будто сжалось, оставляя лишь небольшую площадку, в центре которой оказались я и разминающий кисть правой руки майор. Все посторонние звуки быстро ушли на второй план, оставляя меня и мои мысли наедине с противником и товарищем, который с секунды на секунду должен будет дать отсчёт.
— Готовы? — поочерёдно нас оглядев, громко бросил Степан. — Три! Два! Один! Бой!
Противник двинулся первым, тогда как я, встав полубоком, остался на месте. Его шаги были осторожными, без лишней суетливости или напора. Но едва оказавшись на дистанции боя, майор без лишних промедлений сделал короткий выпад, проверяя мою реакцию. Я парировал, легко отбив клинок в сторону, и в ту же секунду полоснул мечом в ответ. Этот обмен ударами стал лишь началом — словно разминка перед настоящим поединком.
Майор двигался с грацией, неожиданной для человека его комплекции. Каждое движение было выверено, продумано и отточено, давая практически сразу понять, что в соперники мне на этот раз попался человек, на редкость умеющий отвечать за свои слова.
Противник сделал резкий шаг в сторону и, неожиданно прокрутившись на опорной ноге, изменил угол атаки, нанося с разворота мощнейший удар, от которого я не успел увернуться и вынужден был принять на меч. Звон стали ударил по ушам, клинки выбили искры, а мы с майором сошлись в ближней дистанции, уперевшись друг в друга гневными взглядами.
Шаг в сторону, разрыв дистанции, лёгкое уклонение вбок от шагнувшего навстречу противника и мгновенная контратака прямым в голову, которая в самом конце ушла мимо, и вот уже справа летит меч агента, успевшего не только чудом уклониться, но и тут же ударить в ответ.
Я едва успел пригнуться, почувствовав, как лезвие пронеслось рядом с плечом. На мгновение меня охватило удивление — несмотря на возраст, он двигался и думал быстрее, чем можно было ожидать изначально. Это заставило меня мобилизоваться и сосредоточиться ещё сильнее.
Мы кружили друг вокруг друга, словно два хищника, каждый из которых искал слабое место в защите оппонента. Майор пробовал обманные движения, и хотя большинство из них я читал с лёгкостью, несколько раз мне пришлось отступить. Его стиль боя был словно танцем, где грация сочеталась с силой, а ловкость с боевым интеллектом.
Внезапно противник сделал серию быстрых выпадов, заставив
— Кажется, кто-то задышал? — бросил я, парировав очередной выпад, отмечая, что первоначальный запал, с которым агент на меня накинулся, постепенно иссякает, и бой постепенно становится более спокойным.
— За собой следи, — удерживая маску невозмутимости, промолвил противник в ответ.
Я решил изменить тактику и перешёл в наступление. Мои удары стали сильнее, акцентированнее и быстрее, я давил, не оставляя ему времени на передышку. Однако, казалось, что несмотря на появившуюся одышку, оппонент был в силах выдерживать подобный темп ещё долго. Его клинок двигался с минимальными усилиями, блокируя мои атаки и уводя их в сторону, а сам майор, на время переставший серьёзно контратаковать, будто перешёл на второе дыхание и, умело перемещаясь по залу, а также красиво срезая углы, чтобы уйти от моей очередной атаки, казалось, более не уставал.
Как выяснилось, почти на минуту уйдя в защиту, майор копил силы для коварного манёвра. И дело оказалось не в банальном желании дать мне устать и переиграть на очевидно старательно вынашиваемой серии. Противник в самый неожиданный момент внезапно попытался использовать телекинез, чтобы удержать мою руку и нанести поражающий удар.
Но в данном случае, майор однозначно себя переоценил. Да, мечником он показал себя великолепным и я бы даже сказал — весьма талантливым, но тягаться со мной даром, несмотря на то, что смог изначально успешно противостоять моей попытке его грубо прижать силой, у него не вышло.
Легко отбросив щупальца дара противника, ринувшиеся меня хоть как-то придержать, я пережил серию ударов майора и расплылся в улыбке, уставившись ему в глаза. Только что оппонент собственноручно развязал мне руки на любые ответные действия, и кажется, судя по его напрягшемуся лицу, сам это отлично понимал.
Нет, я и раньше бы не стал играть в честного рыцаря в смертельном бою и принципиально не использовать свой дар в случае намёка на поражение, но встретив достойного противника, мне захотелось проверить свои навыки, почувствовать слабые стороны и в целом объективно оценить собственный уровень владения мечом. И я всё это получил — материала для анализа поединка и своих действий набрал более чем достаточно. Но это потом, а сейчас бы надо не расслабляться и всё-таки победить.
Выдержав напор противника, я, не сбавляя темпа, тут же разразился собственной серией, теперь уже смело применяя свои способности.
Естественно, это практически сразу дало мне вполне ощутимое преимущество. Его клинок стал двигаться медленнее и с рывками, будто пытаясь вырвать оружие из чьих-то невидимых лап. Майор быстро получил ранения плеча и державшей клинок руки в области предплечья. На окрашенный в синий цвет деревянный пол спортзала упали первые капли крови.
Парировав последующую контратаку, я пригнулся и, придержав телекинезом меч врага, от всей души влепил ему навершием клинка прямо по носу, моментально его разбив и оставив кровавую сечку.