Точка вымирания
Шрифт:
Paul Antony Jones
Extinction Point
Дизайн обложки: Марина Акинина
На обложке использована иллюстрация Оксаны Ветловской
Перевод с английского Ольги Кидвати
Печатается с разрешения издательства Amazon Publishing и литературного агентства «Синопсис»
Text copyright © 2012 Paul Antony Jones All rights reserved
Published in the United States by Amazon Publishing, 2013. This edition made possible under a license arrangement originating with Amazon Publishing, www.apub.com
Посвящение
Эта
Грядут дикие, темные времена.
Красный дождь Низвергается, Красный дождь Льет, как из ведра, Заливая все вокруг меня.Кто умер
и назначил тебя королем
чего бы то ни было?
Завтра
Глава первая
Приемная была маленькой и тесной, и Эмили тут же возненавидела ее. Унылые грязно-белые стены, вдоль которых стояли дешевые складные стулья, только усиливали клаустрофобию. В дальнем конце помещения скучающая секретарша стучала по клавиатуре ухоженным пальчиком, перемалывая челюстями жевательную резинку. Время от времени изо рта молодой женщины выдувался розовый пузырь, с треском лопался и втягивался обратно.
Седовласый мужчина и мальчишка-подросток ожидали, когда настанет их черед зайти в кабинет врача. Парнишка уткнулся в свой мобильник, его большие пальцы так и мелькали над мелкими кнопками, а мужчина тем временем листал потрепанный журнал, периодически прерываясь, чтобы поднести ко рту ладонь и разразиться сухим отрывистым кашлем. «Ежемесячник „Уход за собакой. Груминг“», – прочла Эмили, взглянув на обложку журнала.
«Почему в этих приемных вечно такие странные журналы? – удивлялась Эмили по пути к столу секретарши. – Словно кто-то с неведомой целью нарочно заваливает ими столики перед кабинетами докторов, стоматологов и бухгалтеров».
Эмили остановилась перед секретаршей, надеясь этим обратить на себя ее внимание, но та была слишком поглощена происходящим на мониторе компьютера. Прошло где-то полминуты, и Эмили, не дождавшись от молодой женщины даже взгляда, громко прокашлялась и заявила:
– Здравствуйте, меня зовут Эмили Бакстер, я из «Трибьюн». На одиннадцать часов у меня назначена встреча с доктором Эвансом.
Секретарша на миг перестала двигать челюстями, загнав жвачку куда-то за румяную щеку, и оторвалась от монитора, где, как теперь увидела Эмили, была открыта какая-то игра.
– Прошу прощения, – сказала она, – как, вы сказали, вас зовут? – И меж ее белых зубок снова мелькнула розовая резинка.
– Эмили… Бакстер, – помедленнее, чтобы до секретарши как следует дошло ее имя, повторила молодая журналистка. – Хочу взять у вашего босса интервью для «Нью-Йорк Трибьюн» о его клинических исследованиях.
Досадливо
– Доктор Эванс, тут к вам пришла Амелия Бекстер. Да, говорит, что она журналистка… хорошо. – Демонстративно переврав имя Эмили, женщина лицемерно улыбнулась. – Кабинет там, – она махнула рукой на коридор у себя за спиной, – третья дверь налево.
– Спасибо, – сказала Эмили, направляясь в указанную сторону, но секретарша уже вернулась к компьютерной игре и увлеченно давила на клавиши. – Сучка! – еле слышно пробормотала себе поднос Эмили и постучала в дверь кабинета.
Спустя сорок пять минут эта дверь закрылась за ее спиной. Эмили удовлетворенно вздохнула, снова окунувшись в звуки и запахи Нью-Йорка. Она любила этот город. Эмили выросла в Денисоне, штат Айова, маленьком захолустном местечке, окруженном другими такими же неприметными городками. Когда Эмили вспоминала то время, ей казалось, будто всю юность она только и делала, что ждала момента, чтобы вырваться оттуда и отправиться куда-нибудь. Все равно куда, лишь бы там были люди – много людей.
Она никогда не собиралась работать репортером; причиной этому стало скорее удачное стечение обстоятельств, чем сознательный выбор. В ее городке, как и во множестве других ему подобных, издавалась собственная газетенка, выходившая раз в неделю и информировавшая жителей обо всех новостях, от отчета шерифа о задержаниях до обычных политических интриг. Местной газетке нужен был репортер, чтобы освещать локальные городские мероприятия, и Эмили решила попробовать себя на этой стезе. Хэл, издатель, лично провел собеседование. Этот седой старик выглядел лет на восемьдесят, хотя с тем же успехом ему могло быть уже и сто. Он занимался журналистикой со времен Второй мировой войны, когда служил военным корреспондентом в корпусе морской пехоты США. Хэл решил дать Эмили шанс и оплатить ей пару недель работы в качестве внештатного корреспондента. «Если, юная леди, вы с этим справитесь, можно будет подумать о чем-то постоянном», – сказал он Эмили.
И девушка приступила к работе, о которой никогда прежде не задумывалась. Спустя месяц она уже была в штате городской газетки, а через три года поднялась до ведущего корреспондента. «Она тут на месте, как клещ в собачьей заднице», – образно характеризовал ее успех Хэл. Эмили проработала в газете еще пять лет, набираясь опыта, а потом решилась попытать счастья в изданиях посолиднее. Количество отзывов на ее резюме оказалось для девушки приятной неожиданностью, и в конце концов она решила принять предложение «Нью-Йорк Трибьюн», слишком заманчивое, чтобы оставить его без внимания. Это был ее шанс уехать из маленького городка, с которым она так стремилась распрощаться.
Эмили работала в столичной «Трибьюн» уже шесть лет и по-прежнему наслаждалась каждой минутой работы. Тут нельзя было разбогатеть, но размер заработка позволял не беспокоиться о том, как протянуть от зарплаты до зарплаты. Она жила одна, и ей не приходилось, подобно многим коллегам, заботиться о семье.
Эмили никогда не умела водить автомобиль, у нее просто не было такой необходимости. В Денисоне достаточно было оседлать велосипед, чтобы уже через десять минут оказаться в нужном месте. В Нью-Йорке она тоже ездила на велосипеде, чтобы не терять время в пробках, а для перемещения на более дальние расстояния предпочитала метро.