Токеча
Шрифт:
– Войдите, – донесся изнутри очаровательный голос Джоан.
Кросби оцепенел. Его мысли путались, завязывались в клубок.
– Ну что же вы, входите!
Собрав в кулак все свое мужество, офицер открыл дверь и шагнул внутрь.
Джоан сидела на стуле, занимаясь вязанием. Узнав лейтенанта Кросби, она улыбнулась и отложила спицы в сторону.
– Добро пожаловать, мистер Томас, – сказала она весело. – Располагайтесь.
Кросби снял широкополую шляпу, стянул тесные перчатки с ладоней и, положив все это на стол, сел на предложенный стул. Он взглянул
– Кофе, мистер Томас? – спросила Джоан, изогнув дугой длинные брови.
Кросби сглотнул слюну и кивнул. Пока девушка готовила напиток, лейтенант не сводил глаз с ее стройной фигуры, облаченной в нежно-розовое пышное платье. В комнате витал тонкий запах французских духов, который вскоре был заглушен стойким ароматом горячего кофе. Джоан поставила поднос на стол и пригласила к нему лейтенанта.
– Извините, мисс Паркингтон за непрошеный визит, – произнес он, отглотнув из фарфоровой чашечки. – Захотелось просто вас увидеть.
– Пустое! – Ладошка девушки мелькнула в воздухе. – Как служба?
Лейтенант пожал плечами.
– Нормально.
– Я беспокоюсь за лейтенанта Дайвера. По моему, ему уже пора возвращаться.
Имя друга в устах Джоан больно отозвалось в его груди. И Кросби, к своему удивлению, сейчас довольно холодно и расчетливо подумал о том, что было бы весьма кстати, чтобы возвращения Дайвера не состоялось вовсе.
– Мы на границе, мисс Паркингтон. Человек уезжает куда-то, и поминай, как звали. И это больше всего относится к Стейси. Он любит разведку не меньше делавара.
Девушка согласно кивнула, и ее красивое лицо несколько омрачилось.
– Он слишком безрассуден и храбр – Дайвер был таким еще с кадетских пор в Вест-Пойнте. – Лейтенант искоса взглянул на девушку и добавил: – Его будущей жене придется вечно тревожиться.
Джоан встрепенулась, ее глаза округлились.
– Вы хотите сказать, что Стейси… что у мистера Дайвера есть девушка?
Кросби в ту же секунду озарило. Джоан сама подала ему эту мысль. Он вспомнил, что в шкатулке Дайвера лежат два любовных письма от одной девицы с Востока, которая по уши была влюблена в него. Кучу писем он порвал, но эти два оставил, как наиболее яркие образцы любовной переписки. Какая разница, что они двухгодичной давности! Заронить в сердце красавицы семена сомнений – вот что главное. А она уже была готова сомневаться и ненавидеть.
– Есть такая девушка, – ровно произнес он. – Ее письма хранятся у Дайвера. Но это между нами, мисс Паркингтон. Обещаете?.. Мне просто жаль, что вы… Как бы это выразить?.. Имеете на него виды.
Лейтенанта понесло. Его занесло так далеко, что он уже не видел пути назад. Любовь к девушке превратила его в интригана. Дело было сделано. Шагнувши в воду, идешь дальше. Коль он начал интригу, ее следовало вести до конца. И если все откроется, то черт с ней, с этой давней дружбой! Может, к тому времени Джоан будет всецело его. И он сумеет ей доказать, что всепожирающее пламя
Он задержался у Джоан до прихода прачек. Он был с ней мил, обходителен, весел. И в конце сумел поднять ее настроение. Она улыбнулась и сказала, что не будет против очередного визита лейтенанта Кросби.
Первым делом по возвращении в форт лейтенант Дайвер сходил к командиру и доложил об итогах разведки. Райт по обыкновению предложил ему посидеть за столом, чтобы угостить виски с холодным лимонадом. Дайвер отказался, сославшись на усталость. Он не мог теперь находится в присутствии командира сверх положенного времени. Знание того, что продажный капитан замешан в грязных сделках с враждебными племенами, жгло ему сердце. Холодно отдав честь, он вышел из штаба.
Он был так взвинчен, что даже не захотел увидеться с Джоан. Его тянуло поделиться омерзительным открытием с кем-то, кто был ему близок, и он прямиком пошел к Кросби. Он надеялся, что некоторая отчужденность между ними из-за Джоан – ничто по сравнению с последними новостями.
Кросби он застал в его комнате с книгой в руке. Они обменялись рукопожатием, похлопали, как обычно, друг друга по плечу.
Дайвер не стал тянуть и после расспросов о разведке, все рассказал Кросби.
– Это должно быть тайной, Томми, – сказал Дайвер. – Пока тайной.
– Хорошо, – кивнул Кросби. – Но что ты собираешься делать?
– Что мы собираемся делать, Томми, – поправил Дайвер. – Я тебя посвятил в это дело, и теперь мы вместе должны решить, что предпринять.
Кросби еще не знал, что из всего этого выйдет, но нутром почуял, как Дайвер лезет в нечто липкое и смертельно опасное. Он стал лихорадочно думать о том, чтобы бывший друг (а отныне таковым тот и являлся) завяз в этом дерьме с головой. И пришло решение. Оно не могло не придти – настолько карты легли удачно.
– Вот что, Стейси, – оживленно заговорил он. – Бери бумагу и пиши. Напиши обо всем, что видел, подозревал, чувствовал. Это будет убийственный документ. Он должен дойти до генерала Шеридана. Райту не сдобровать. При первой возможности отвезешь письмо в форт Смит или в Фил Кирни. Армия найдет этого Бигона и его дружков и вытрясет из них, да и из Райта, всю правду.
Через десять минут письмо было написано и запечатано в конверт.
– Ну ладно, Томми, – сказал Дайвер, прощаясь. – Как и договорились, молчок!
– О чем ты говоришь, Стейси!.. Я буду нем, как рыба, даю слово!
– Эти недоразумения с Джоан… Я не хочу из-за нее с тобой ссориться, Томми. Ты понимаешь меня?
– Ерунда, оставим это… Ты еще не видел ее?
– Позже увидимся. Хочется как следует выспаться.
– А делавар? – бросил вслед уходившему Дайверу Кросби. – Как насчет него?
– Ты не знаешь Тонвейю? – отозвался Дайвер. – Он будет молчать и в том случае, если с нега начнут сдирать кожу.