Шрифт:
1. Прототип
Тишина разливалась патокой по темным зарослям. Окраины маленького городка безмятежно спали, кое-где изредка лаяли ленивые собаки. Только ночные птицы вскрикивали в вышине, делая резкие виражи в охоте за юркими насекомыми, да стрекотали кузнечики в траве. По ржавым путям возле заброшенного депо с трудом перемещался странный тип. Посреди жаркой ночи он натягивал капюшон на подозрительно длинную голову. Другой рукой он то и дело хватался за бок.
Перед его взором плыли голубые линии, вытягивались тонкими щупальцами из каждого листа на еще не остывших деревьях, что стояли как столбы света, из самой маленькой травинки у дороги и среди ржавых
Он знал, что по его телу прокладывали путь те же невидимые обычному человеку линии. Каждый орган пульсировал голубой дымкой, токи складывали яркие пятна над сердцем, печенью, другими жизненно важными органами. И капли крови, что сочилась из огнестрельной раны на боку, оставляли за ним четкие голубые пятна.
***
Капитан Волков был не в духе, это понимал каждый солдат, так что старались не попадать ему на глаза лишний раз, и не тупить по-возможности. Уже битый час они выполняли приказ, который вырвал половину состава из заслуженного сна после тяжелой службы, а вторую половину отправили проверять надежность замков и клеток на Объекте. Название объекта, как и его местоположение были строго засекречены. Для конспирации местным травили байки про ракетную часть, и якобы по пьяни один солдатик рассказал мужикам, что заведует заправкой ракет топливом, на чем они успокоились, было что обсуждать.
Отряд собрался, и в полной боевой выкладке они шли искать сбежавший прототип. Чем на самом деле занимались на объекте, знал только Волков, но предупредил состав, что чрезвычайно опасный субъект сбежал из заключения. Стрелять можно было на поражение, местных не привлекать, по возможности зачистить все следы операции. Волков лично отобрал людей, заставил каждого взять по два дополнительных рожка к бесшумным автоматам.
Все это было так противно. Найти и убить безоружного человека, пусть и отличающегося от всех прочих людей, было из тех заданий, что казалось ему недостойным воина. С другой стороны, командир понимал, что существо, которое разглядит тебя даже сквозь стены, а еще стреляющее маленькими (как утверждали ученые) молниями, не такое уж беззащитное.
Сейчас они шли как в разведке на вражеской территории, опасаясь выйти на свет редких фонарей, затем надели инфракрасную оптику, глядя на сплошную зелень и серость изображений ночного леса возле депо. Собак нельзя было брать с собой, они бы демаскировали отряд, так что пришлось применить увесистый электронный “нос”. Тот уверенно показал им, что в эти заброшки ведет кровавый след.
– Все-таки зацепили голубчика часовые, – удовлетворенно подумал Волков, который всегда гордился своими подчиненными. Он фыркнул, потому что через секунду до него дошел смысл только что придуманного каламбура про голубоватого прототипа. Солдаты заволновались, почувствовав изменение настроения командира. Но дисциплина и выучка были на высоте, отряд продолжал бесшумно прочесывать местность.
***
Прототип добрался до старого депо буквально минут за пятнадцать до появления отряда. Он понимал, что пятна крови выдадут место, где он прячется, но по всем ощущениям ему и так осталось жить не более двух часов, скоро умрет от потери крови и усталости. По ржавым скрипучим лестницам он забрался под просевшую крышу, в том месте, где она была ближе всего к лесу, чтоб видеть дорогу от городка.
Прототип подумал, что пропустил прием препарата. Проф уже наверняка рвет и мечет, но с момента побега прототипа вступило в силу положение устава Объекта о том, что теперь принимает оперативные решения начальник охраны капитан Волков. А тот просто солдафон с пушкой, он сначала устранит угрозу выстрелом, а потом уже будет думать о том, что перед ним прототип за двадцать миллионов кредитов. Без седативного препарата способности пойдут вразнос. Это может быть опасно для всех окружающих, включая самого прототипа.
Вдали раздались тонкие детские крики. Прототип с трудом видел сквозь несколько стен и лестниц. Но отсюда он узрел три размытых детских силуэта. Причем двое были на старом вагоне. Третий явно провалился в какое-то небольшое помещение, в котором было очень много электричества. Ребенок слишком близко лежал к высоким панелям, которых прототип видел как стены голубого огня.
У него был выбор, конечно. Либо сидеть тихо под крышей, в ожидании отряда, что охотился на беглеца. Либо последние силы потратить на то, чтоб добраться до того помещения с ребенком. Прототип, сдерживая стоны, двинулся через замусоренные залы к электрощитовой, перешагивая через непонятные кучи, ныряя под ржавые балки.
Чем больше приближался к старым вагонам, тем явственней становились крики детей. Они звали на помощь хоть кого-нибудь. Один из них был ранен, придерживал безвольно повисшую руку. Второй ребенок мучил сотовый телефон, но прототипу было ясно, что тот разряжен. Ребенок в щитовой не подавал звуков, по его телу пробегали слабые токи, то есть он был жив, но без сознания, либо в коме.
Когда прототип вышел к вагонам, он понял, что случилось. Парни лет десяти, может с небольшим, устроили вылазку в депо, забрались на вагоны, а скользкая после вчерашнего дождя крыша предательски подалась под весом самого крупного паренька, тот скатился в пролом электрощитовой, которая на беду была прямо за вагоном. На удивление, питание все еще было подано на щиты, наверно, в депо велись строительные работы, их поленился или забыл выключить на выходные бригадир.
Не суть, надо было спасать паренька. Судя по тому, что наблюдал прототип сквозь стену, дыхание мальчика замедлялось, как и сердцебиение. Скорее всего, он попал под удар током, его слегка отбросило от панелей. Очень повезло, что не остался под напряжением, иначе уже был бы мертв. Прототип, кряхтя, подобрался к вагону, протиснулся к стене электрощитовой. Так и есть, в ней был разлом, куда так неосторожно упал паренек. Мальчики ощутили его присутствие, и хотя не видели в почти полной темноте, уловили шуршание от стены. Они замолчали, изо всех сил прислушиваясь, парень с больной рукой даже перестал стонать на минутку.
Прототип ясно видел, как повысилась температура их тел, наверно, от страха. Он сделал усилие, от которого еще сильнее выплеснулась кровь из раны на боку, и протиснулся в узкий разлом в стене. Мальчик лежал слегка на боку, у него изо рта шла струйка пены. Это было по-своему хорошо, не задохнулся сразу от удара тока. Откинутая рука с явной отметиной от разряда почти касалась старой электропанели.
Прототип приблизился к нему, с трудом наклонился, попытался приподнять тяжелого подростка. Это ему удалось с большим трудом, в глазах у раненого мутилось, но он кое-как смог перекинуть неподвижное тело через пролом. Затем перелез сам, от чего кружилась его длинная голова, перед внутренним взором четкие линии превращались в голубую кашу.